Монстры носят короны
Шрифт:
Мгновение — пустой коридор. А потом он вошёл в поле зрения. Высокий. Широкоплечий. Весь в чёрном. Капюшон скрывал лицо, бросая глубокие тени на черты лица. Но я чувствовала, как он смотрит. Чувствовала тяжесть его взгляда — он проникал сквозь дверь, сквозь толстые стены квартиры, словно хотел дотянуться до меня и сжать горло. Господи, да он был огромным. Наверное, не меньше метра девяноста пять. Я запнулась на вдохе. Он не вёл себя так, как ведут себя люди, ожидающие ответа.
Не переминался с ноги на ногу, не проверял телефон, не озирался. Он просто стоял. Наблюдал. Ждал. Голова его наклонилась набок — намеренное, пугающее движение, обнажившее губы. Он улыбался. Едва заметно, но достаточно, чтобы на правой щеке появилась ямочка, подсвеченная
Он провёл двумя пальцами по поверхности двери. Едва слышный шорох кожи по дереву. Лёгкое прикосновение, от которого в животе кольнуло чем-то острым. Сообщение. Из моей груди вырвался вдох — слишком громкий в этой тишине.
А потом, так же бесшумно, как появился, он развернулся. Шагнул в темноту. И исчез.
Я стояла, как вкопанная. Пульс бился в рёбрах, будто хотел вырваться наружу. Я не позвонила в охрану. Не распахнула дверь. Я просто пошла по инерции. Взяла телефон с кухонной стойки и вцепилась в него. Если он позвонит снова — я вызову охрану.
Но звонка больше не было. Единственным звуком оставался приглушённый гул города за окнами. Я резко выдохнула и заставила себя двигаться. Вернулась на диван, поджала под себя ноги. Допила виски одним глотком — он обжёг горло, но я не поморщилась.
Это было ничто. Просто пустяк. Обязано было быть пустяком. Но когда я смотрела в панорамные окна, всё ещё чувствовала его присутствие — как глухую тяжесть где-то глубоко, под рёбрами. Я много лет убеждала себя, что всё под контролем. Что я неуязвима. Сегодня ночью я в этом засомневалась.
С той самой ночи, как он появился у моей двери без приглашения, я начала видеть его, блядь, повсюду. Сначала я убеждала себя, что это игра воображения. Обман света, тень, где не было никого. Но потом это повторилось. Снова. И снова. Впервые — через два дня. Я не находила себе места, не могла сосредоточиться. В голове всё ещё клубился образ незнакомца с манящими глазами и грешной улыбкой. Мне нужен был воздух. Чистота. Ясность.
Балкон моего пентхауса открывал идеальный вид на город — сверкающее, беспокойное море огней и жизни. Тёплый летний ветер ласкал кожу, неся с собой аромат жасмина и насыщенные, пряные запахи ресторанов внизу. Это должно было успокаивать. Но мой разум не хотел утихомириться. Я не из тех женщин, что легко отвлекаются. Работа требовала концентрации, и я всегда умела держать фокус — чётко, безупречно. Но в последнее время мысли всё время ускользали. Возвращались обратно к нему. Сила давала мне определённые привилегии. Я знала, как обращаться с ножом и пистолетом, не хуже, чем с ядовитыми фразами. Я не пугалась легко. Но сталкера у меня никогда раньше не было… И ощущения, что он вызывал, были всем, чем угодно, только не страхом. Если быть до идиотизма честной — это было завораживающе. В моих любимых книгах были такие мужчины. Тёмные. Одержимые. Фигуры, что крались из теней, преследуя красивую женщину. И теперь у меня, похоже, появился собственный незнакомец. Я даже не знала, как он выглядит под капюшоном — может, именно это и делало всё только хуже. А может — лучше. Анонимность только усиливала остроту ощущений.
Я вздохнула, убрала выбившуюся прядь с лица и позволила взгляду скользнуть вниз, на улицу. И застыла. Святое дерьмо. Он был там. Внизу, по ту сторону улицы, облокотившись к фонарному столбу, будто это его привычное место. На голове — чёрный капюшон, лицо скрыто, поза расслабленная и лёгкая… но ничего в его взгляде не было расслабленным. Даже с такой дистанции я чувствовала его взгляд. Живот скрутило, пульс ударил где-то в горле. Я пыталась убедить себя, что это не он. Не может быть. Но на следующую ночь я увидела его снова. Ближе.
Он стоял на краю парка напротив Sinclair Solutions.
Вне досягаемости уличных фонарей лицо было в тени — но я знала. Это был он. А потом — снова, когда я выходила с работы. В конце улицы. Его часы блеснули в свете фонаря, и он стоял абсолютно неподвижно, как чёрная пантера, наблюдающая за добычей. Он никогда не приближался. Не говорил. Просто был.К пятому разу мои нервы были оголены до предела. Я перестала нормально спать. Каждый скрип, каждый звук в квартире заставлял меня срываться с места, сердце грохотало в груди, как бешеное. Я держала шторы задвинутыми, но всё равно чувствовала его там. Всегда где-то за пределами моего зрения.
Я не рассказала об этом своей лучшей подруге. Пока нет. Наверное, потому что знала, что она скажет — позвони в охрану, в полицию, хоть кому-нибудь. Но у меня не было доказательств. Ничего, кроме собственной паранойи. А ещё часть меня… очень тёмная, очень опасная часть… не хотела, чтобы он исчез.
Каждый раз, когда я видела его, сердце сбивалось с ритма, кожа вспыхивала. Я сходила с ума. По-настоящему.
В ту ночь я стояла у окна спальни, забыв о бокале вина, оставленном где-то на столике позади. Город подо мной пульсировал в ритме какого-то праздника — смех, гул, музыка. Но всё это не имело значения. Ничего не имело значения. Потому что мои глаза снова нашли его. Он был там. Ближе, чем когда-либо. Стоял прямо напротив — на верхнем этаже затемнённого офисного здания, примыкающего к моему пентхаусу. Тень, вырезанная на фоне стекла. И он смотрел на меня. Пульс соскочил с ритма. Это здание было закрыто. Как, чёрт возьми, он туда попал? Все инстинкты внутри кричали: задёрни шторы, вызови охрану, добейся ответов. Но я не пошевелилась. Вместо этого по телу разлился тёмный, густой, тягучий прилив адреналина — почти удовольствие.
Я дотянулась до подола своего шёлкового розового халата, пальцы дрожали, пока я медленно развязывала пояс. Что, блядь, я творю? Даже с этого расстояния я видела, как его голова чуть склонилась. Как по телу прошла напряжённая волна. Как в его взгляде поселился тот самый голод — тихий, упрямый, неминуемый. Искра внутри меня вспыхнула. Я затаила дыхание. Но он не двигался.
Я позволила халату соскользнуть с плеча. Открыла гладкую, обнажённую кожу. Вызов. Приманка. Провокация. Тело горело. Сознание орало, чтобы я остановилась, подумала, одумалась. Но я не слушалась. Шёлк соскальзывал ниже. Нормальная женщина закончила бы эту игру, даже не начиная. Но я не была нормальной женщиной. Меня тянуло к опасности. К её медленному, душному жару. А этот мужчина… этот безликий незнакомец… был самым опасным и завораживающим, что я когда-либо встречала.
Я не знала, чего хочу от него. Увидеть, как он отреагирует? Понять, что он тоже чувствует это — это болезненное, затягивающее притяжение? А может… просто посмотреть, как далеко мы сможем зайти, прежде чем один из нас сломается.
Как бы это выглядело? Он ворвался бы в мою квартиру и прижал меня к кровати? Или медленно разобрал бы меня на части?
Я стояла, утопая в собственных сумасшедших фантазиях, пока ноги не начали подкашиваться, а взгляд его — тяжёлый, жаркий — прожигал меня насквозь. Меня так это потрясло, что я едва удержалась на ногах, прислонилась ладонью о прохладное стекло. И наконец — задёрнула шторы. Но не отошла. Стояла ещё долго, лбом прислонясь к стеклу, тяжело дыша. Почему у меня перехватывало дыхание?
Я скользнула в кровать, не отводя взгляда от окна — будто надеялась, что он всё ещё там. И думала лишь об одном: когда я увижу его снова.
Утром город за окном уже жил своей обычной жизнью, но я никак не могла стряхнуть с себя груз вчерашней встречи. Всё было как всегда: гул машин, люди, спешащие по тротуарам. Ничего не изменилось. Кроме того, что изменилось всё.
Я отогнала мысли. Впереди было важное совещание, и мир не переставал вращаться только потому, что мне казалось — в моей жизни что-то сдвинулось. После того как я задёрнула шторы, я забралась в кровать с одной из своих грязных книг про сталкеров. Представлять, как он врывается в мой дом и… берёт меня, было… Я покачала головой. Господи, я ведь совсем поехала.