Монстр
Шрифт:
Конец был близок, мне уже не удастся его заболтать, но в тот момент, когда я окончательно потеряла надежду, во двор стремительно въехал черный вседорожник Корпуса, а следом за ним — черный седан более скромных размеров.
Оба резко затормозили, дымя покрышками. Из вседорожника выскочил Давид Грегсон с двумя безопасниками. Он громко велел Берту опустить оружие, но тот на секунду растерялся, не ожидая такого поворота. А в следующее мгновение раздались два выстрела, и Берт упал.
Мой мозг снова не поспевал за происходящим. В ушах шумело, а перед глазами все расплывалось. Я даже не поняла, откуда появился Антуан. Скорее всего, из черного
— Вы в порядке? Ты не ранена?
Я только испуганно смотрела на него, пытаясь понять: мы спасены или попали из огня в полымя?
Глава 31
Я плохо осознавала реальность. Люди вокруг о чем-то разговаривали: я слышала, как Маркус, все еще опираясь на разбитую нами машину, приглушенно объяснял Антуану, что и как происходило с тех пор, как он обнаружил троих неизвестных в своей квартире, как переговаривались безопасники во главе с Давидом, но все эти голоса сливались для меня в единый неразличимый гул.
Я смотрела на тело Берта, на растекающуюся по асфальту лужу крови. Его мертвые глаза остались открыты и были устремлены на меня, а я почему-то не могла оторвать от них взгляд. Его голос все еще звучал у меня в ушах. Звучал куда отчетливее, чем голоса тех, кто разговаривал рядом.
Это больше, чем просто серия убийств, Нелл…
Антуан обнародовал доказательства, которые связывали наш магический департамент с экспериментами Рантор…
К голосу Берта неожиданно примешался второй, который я знала хуже, но который прозвучал не менее отчетливо.
Я слышу разговоры... В них упоминают Корпус Либертад. И две фамилии: Рантор и Орб…
Маркус узнал об этом за пару месяцев до гибели. Проект «Ангел» тогда уже начался, но Ангелину еще не создали. Маркус наверняка пошел с этим к руководству, то есть к Антуану, но тот ничего не сделал. Возможно, поручил Маркусу разобраться по-тихому, как потом предложил мне следить за своими коллегами, искать среди них предателя. И, вероятно, Маркус что-то нашел, раз его убили, а Рантор потом уволили. Но почему Фрай все-таки продолжил работать? Понадобилось двенадцать лет, чтобы найти доказательства против него и его департамента? Серьезно?
Больше похоже на укрывательство, на сознательное торможение расследования, но Маль сказала, что Антуан ненавидит магов. Так с чего бы он стал их покрывать? С чего бы он стал так тянуть? Чего он ждал?
Люди были возмущены и напуганы…
В обществе что-то сломалось…
Я затаила дыхание. Мог ли Антуан ждать, пока проект «Ангел» зайдет так далеко? Мог ли он использовать это, чтобы добиться чрезвычайных полномочий, усиления мер безопасности, роста ненависти к магам? Чтобы ответственность понес не только магический департамент Корпуса, а все маги, оставшиеся в Федерации?
Он так сомневался в том, стоит ли выпускать Маркуса, но не установил ни в его квартире, ни в его доме слежку…
А ведь еще тогда, когда решалась судьба Маркуса, у Антуана были основания подозревать, что Маркус однажды сорвется с цепи и станет Зверем. «Агел превратился в Зверя» — он ведь видел это на записи. Пусть он не знал, что именно и в каких объемах Маркус натворит, но ожидать подвоха был обязан. И все равно он отпустил Маркуса, дал ему полную
свободу.Потом, когда в прессе появились бы упоминания о Звере, он должен был бы догадаться обо всем и раскрыть его. Сразу, а не ждать десять лет. Чего он мог ждать?
Внутри все перевернулось от страшного, тошнотворного осознания. Антуан оставил Маркуса без присмотра, чтобы не мешать ему. Не мешать хамелеону постепенно завладеть им, превратить в чудовище.
И еще долгое время он намеренно не мешал бы этому чудовищу убивать, чтобы поселить в сердцах людей страх перед Зверем. Многолетний, парализующий. Чтобы потом вывалить на их головы правду о нем вместе с доказательствами вины магов и спровоцировать волну ненависти. Да, именно этого он и ждал двенадцать лет. То есть, будет ждать еще десятилетие.
— Нелл?!
По тону Антуана я поняла, что он зовет меня уже не первый раз. Судорожно вдохнув, я моргнула, прогоняя навернувшиеся на глаза слезы, оторвала взгляд от мертвого Берта и повернулась к директору. Он смотрел на меня с тревогой и даже чем-то похожим на заботу. Маркус тоже поглядывал на меня, но я не могла понять эмоции в его глазах.
— Что?
— Все это правда? То, что рассказал Маркус.
Я растерянно смотрела на них обоих. Я ведь ничего не слышала из его рассказа. О чем они вообще говорили?
— Да, — неуверенно выдохнула я, все еще слишком шокированная своей догадкой по поводу Антуана. — С чего ему врать?
Антуан тяжело вздохнул, бросил взгляд на Давида и молчаливо велел ему подойти, тихо заметив:
— Да, натворили вы дел. То есть… зря вы все это делали в одиночку, скрываясь от нас. Не установи мы слежку за квартирой Маркуса, этот… — он посмотрел на мертвого Берта, нахмурился и осекся. — Он бы вас убил. Даже жаль его. Наверное, будущее, в котором он оказался, по-настоящему ужасно. Нелл, нужно будет подробно изучить все статьи, которые вы видели наверху, и понять, как этого избежать. Маркус, мне очень жаль, но тебе придется на какое-то время вернуться в хранилище.
— К чему это, Антуан? — удивился Маркус. — Вы все равно меня ликвидируете, так почему не сделать это здесь и сейчас? Вы же грозились уничтожить меня, если я еще кого-то убью, а я только что признался вам, что убью как минимум сотню человек.
— Нет, он тебя не ликвидирует, — возразила я, глядя на Антуана так же неотрывно, как до этого смотрела на мертвого Берта. — Ты ему нужен.
— О чем ты, Нелл? — поинтересовался Давид. Он только подошел, и пока не понимал, о чем идет речь.
— Да, я тоже хотел бы это знать, — Антуан нахмурился. — Можешь пояснить?
— Ангел превратился в зверя: почему Даркон вынужден принять новый закон против магии, — процитировала я, внимательно следя за его реакцией. И он предсказуемо на секунду отвел взгляд. — Вот зачем ты ему нужен, — объяснила я, повернувшись к Маркусу. — Точнее, не ты, а Зверь, в которого ты можешь превратиться. Ему нужен кошмар, который с ним будет связан. И действия властей, к которым этот кошмар приведет.
Антуан бросил тревожный взгляд на Давида. Наверное, уже жалел, что позвал его. Впрочем, это было неизбежно: я все равно сейчас рассказала бы руководителю службы безопасности Корпуса то, что поняла. Антуана следовало остановить, пока он не избавился от меня так же, как когда-то избавился от настоящего Маркуса. Сейчас я была уверена в том, что это сделал он: тот Маркус ни за что не согласился бы молчать столько лет, наверняка он хотел разоблачить проект раньше.