Мия. В Лабиринте
Шрифт:
8. Night hunting
В пенте меня встречает горничная Юмин. Уже наготове. Видимо, предупредил Джай. Слышала, как он с кем-то говорил по телефону, пока мы ехали к Башне. Судя по выражению лица, не удивлена. Ни моему окровавленному грязному комбинезону, ни красным разводам на моем лице, ни моим босым ступням — обувь осталась в битом гиперкаре.
Пока поднимаюсь наверх, чувствую, как после адреналинового скачка на меня наваливается усталость. Настолько сильная, что я не в состоянии лишний раз улыбнуться персоналу. Накрывает
Юмин, придерживая меня за локоть, заводит в мою комнату.
— Я приготовила вам ванну с травами и солями.
— А мне можно? После травм?
— Мистер Коул вас полечил. Значит можно. — Уверенно. И я с ней не спорю.
Правда теперь понятно его «сэкономил время». Я бы восстановилась через месяц без последствий, но я нужна ему здоровой для продолжения эксперимента. Правда, если бы я не прошла тест и не успела в последнюю секунду вытащить себя, Коул бы не стал меня восстанавливать.
А Юмин тем временем расстегивает и начинает снимать с меня комбинезон и белье. В другой раз я возмутилась бы. Но не сейчас. Хочеться сэкономить силы, чтобы помыться и упасть в кровать.
Так устала, что даже не стесняюсь своей наготы. Лишь отмечаю, что ушибы и синяки практически спали, а горничная, как обычно не задает вопросов.
Интересно, до меня были аналогичные эксперименты или персонал здесь вышколен, лишних вопросов не задает и ничему не удивляется.
Иду вместе с Юмин в ванную. Та заполнена до краев ароматной пеной.
Держась за ладонь Юмин, опускаюсь в мягкую воду. Тут же погружаюсь в негу релакса.
— Гидромассаж не включала из-за пены. Но…
— Не нужно… Спасибо, Юмин, — улыбаюсь, пока она присаживаясь на колени подкладывает под мой затылок мягкое полотенце.
— Зовите меня Юми.
— Юми. Красиво. А меня зовите Мия.
Молчит. Качает головой. Не хочет нарушать субординацию.
— Я вас помою, — вместо ответа берет мягкую мочалку из морской губки.
— Я сама…
Не спорит. Кладет на край ванной устройство, похожее на AirTag.
— Если вам что-то понадобится, вызывайте. Я рядом.
Встает с колен и направляется к входу из просторной черной ванной.
Смотрю ей вслед. Вспоминаются ее слова.
— Смерть не увольняет… — в догонку.
Она оборачивается. Внимательно рассматривает меня.
— Смерть ликвидирует. Правда? — добавляю.
Молчит.
— Расскажите мне о своем хозяине. — Подталкиваю на откровенность.
— Я ничего не знаю… — Быстро. Быстрее, чем следовало бы.
И так же стремительно выходит.
Откидываясь в удобной гидрованне с подсветкой, устало выдыхаю. В принципе, я ее понимаю. Опасается сболтнуть что-то лишнее.
Однако, едва я укладываюсь в чистую постель и закрываю глаза, такой долгожданный сон не идет. Возможно, от нового места, которое принадлежит моему экспериментатору. А возможно, от блока. Понимаю, что сон не принесет долгожданной информации. А будет все та же звенящая пустота.
Вновь
вспоминаю аварию. Вернее, визуал из детства. И все-таки, что мне маленькой снилось? Почему я загадала такое странное желание? Да. Сейчас оно меня спасло. Но в чем причина? Я помню мамин испуганный голос. Что-то я ведь ей ответила…Тру лоб. Думай, Бесова. Вспоминай. Не знаю почему, но мне это кажется важным. Не только потому, что сегодня оно стало моим спасательным кругом.
Вспоминаю ведьмин камень, через который я смотрела сначала на маму. Затем на небо. Но подсознание молчит.
Проворочавшиь до трех часов ночи, решаю спуститься вниз и выпить какого-нибудь мятного чая.
Однако, уже на лестнице отмечаю свет в кухне, откуда доносится тихий голос.
— Я чуть не проболталась… — голос Юми. Причем по-английски.
Можно было бы уйти, но становится понятно, что речь идет обо мне, и я замираю.
— Как о чем… О неудавшихся поджогах пять лет назад в новых застройках на Коулуне…. — вновь пауза, а я понимаю, что Юми говорит с кем-то по телефону. — Ты же помнишь, весь Гонконг тогда гудел. И что потом случилось с горе-поджигателями… — Пауза. — Вот именно. Причем все умерли собственной смертью.
Не удивлена.
«Нужно быть полным идиотом, чтобы посягнуть на собственность Коулов…» — не без иронии.
— Да. Тоже так считаю. Многие недооценили молодого мистера Коула, на которого свалилось управление гонконгскими кланами и остальным «хозяйством». Ведь старший мистер Коул передал сыну все дела, как только тому исполнилось 18. Тот еще учебу в Англии не закончил. — Продолжает Юми, и я делаю очередной вывод. Видимо, Коул-старший, отдав управление Гонконгом Тенету, давно здесь не появлялся, Тен учится, а конкуренты решили — папа далеко, мальчик-мажор. Прожигатель жизни. Такого подмять — раз плюнуть.
Да уж. И я попалась на бейт «легкомысленности».
— Какая она?.. Очень красивая. Волосы белые-белые, как шелковый водопад, и кожа, как фарфор.
Это она обо мне?
— Ой. И татуировка на спине такая интересная. Знаки на ней какие-то странные.
Точно обо мне.
— Неет. Красивее, чем Керри Вонг… — тихо смеется. — Ну и что… — фыркает. — Она хоть и наследница влиятельного пекинского клана, но хозяин ни с кем серьезных отношений не заводит.
Так. Кажется началось обсуждение личной жизни Тенета. Не двигаюсь с места. Чем больше информации я узнаю, тем легче мне будет ориентироваться в следующих экспериментах.
— А помнишь ту титулованную британку… Кто она там была? Дочь маркиза? Прилетала в Гонконг и в Австралию к хозяину, пока он здесь жил постоянно, как на работу каждый день, — смеется. — Ой, лучше о Вайноне Уильямс не вспоминай. — Недовольно. — Все понятно. Голливудская звезда, талант, заоблачный райдер, но она вынесла мозг всему Гонконгу. — Пауза. — Ну да. А с мистером Коулом была шелковой.
Вздыхаю. Поставил галочку и на королевском семействе, и на китайском влиятельном клане, и на Голливуде.