Чтение онлайн

— Здорово! Надо ее срочно застолбить. То есть получить разрешение на разработку столь ценного сырья! Где тут ближайшая нотариальная контора? — Во мне проснулся дух предпринимательства. Не сокровищница Али-Бабы, но все-таки… — Или сбыть их подпольно на черном рынке… — «засомневалась» я. — Кстати, могу выделить тебе небольшую долю, пай в моем новом предприятии. Будешь здесь за главного управляющего. Как тебе такая перспектива?! Станем богатыми и при этом гуманными! Это же класс — получить натуральную белую шубку без причинения ущерба ее прежнему обладателю. Надеюсь, ты не против, если я возьму парочку шубок в качестве образцов? — задала я риторический вопрос, усердно запихивая несколько шубок в рюкзак.

Пушистик разумно

молчал, не вступая со мной в полемику, прекрасно зная, что переговорить меня в этаком азарте практически невозможно, так же как и заткнуть мне рот.

Закончив трудное дело по размещению нового имущества, я вновь почувствовала голод.

— Фар, пора найти выход из этого склепа! — взмолилась я.

Обреченно покачав головой, нан махнул на меня лапой, дескать, горбатого могила исправит, и двинулся на поиски вожделенного выхода. Я же с тяжелой ношей с трудом поспевала за заданным им темпом. Даже такие легкие шубки в удвоенном весе и совокупности моего прежнего багажа существенно оттягивали мои плечи. Да и голод давал о себе знать все сильнее и назойливее.

Мы вернулись в исходный широкий тоннель и двинулись дальше. Свернув за очередной поворот, мы увидели впереди свет. Прибавив ходу (я уже неслась за своим телохранителем вприпрыжку), мы как-то совсем не обратили внимания на то, что пол в пещере становится скользким и снежным. А зря. Хотя именно этот укрывшийся от наших глаз факт позволил нам спуститься с горы в несколько раз быстрее.

Уже за несколько шагов до выхода Фар резко остановился, как я посчитала, чтобы дать мне новое напутствие или просто сжалившись и решив меня подождать (но это маловероятно). Поглощенная новым выходом в свет, заметила я его на своем пути слишком поздно. Поэтому моя попытка резко затормозить была заранее обречена на провал. Я неожиданно поскользнулась и, так сказать, на всем скаку свалилась на Фара. Нан, не ожидавший от меня подобной подлости, не удержался и, невольно раскинув лапы, подтверждая, что и в их мире вовсю действуют законы инерции, заскользил вперед. Выход из пещеры, который шел немного под уклон, стал приближаться стремительно.

Зев коридора открывался на крутой заснеженный склон, с которого мы, так и не сумев затормозить (собственно, я и не старалась этого сделать), весело покатились… Вернее сказать, весело покатилась я.

Бешено скользя по наклонной, нан не мог ни остановиться, ни встать на лапы. Я же, придя в себя и крепко ухватившись за его шкуру, чтобы не свалиться, вошла во вкус. Было невероятно здорово катиться с горы с ветерком на мягких и теплых «салазках». Из такого маленького недоразумения получилось очень даже оживленное развлечение. Теперь все близлежащие окрестности оглашались моими бодрыми воплями:

— И-хо! Вперед, мой верный конь! Лети быстрее ветра!

К сожалению, все хорошее когда-то заканчивается. Наш стремительный спуск занял всего несколько минут. И теперь я сидела (лежала?) на нане, уткнувшись носом в его шкуру, а Фар пытался отдышаться от скоростного спуска у самой кромки так некстати закончившегося снега. Немного оглядевшись по сторонам, я увидела, что прямо перед нами с широко открытыми глазами сидит маленький (размером с хорошего быка) дракон, явно ошарашенный увиденным. Судя по его виду, он был… ну, еще ребенком. А судя по выражению его морды — очень сомневался в реальности представшей перед ним картины. Человек, катающийся на нане! Невозможно! Кому расскажешь — не поверят, а то и засмеют. Наверное, это событие на всю оставшуюся жизнь врежется в его память. Так ничего и не решив, дракончик резво, по-пластунски отполз подальше от столь непонятной парочки и, удостоверившись, что удалился на достаточно приличное расстояние от нас, взмыл в небо, исчезая за деревьями.

Я так увлеклась разглядыванием дракоши, что не заметила, как Фар пришел в себя и встал на лапы. Почувствовала я это, только когда очутилась на земле, немилостиво сброшенная

с моего «коня» — им же. Мой пушистый приятель, судя по всему, был в раздумье: оскорбиться (что он бы непременно сделал, будь вместо меня кто-то другой, наны болезненно-гордый народец) или просто считать этот случай очередным приключением. Я же разумно не стала усугублять положение своими смешками, а просто напомнила, что мы не завтракали (впрочем, и не ужинали!). Фар вышел из своей задумчивости, и почтил меня своим вниманием.

— Хорошо. Тогда в Скалпек, как я планировал, мы заходить не будем, а сразу отправимся в Фашур, и уже завтра утром прибудем в столицу.

— Я согласна. Я на все согласна. Только давай сперва поедим. — Я сотворила страдательную физиономию, выразительно держась за живот. — А что такое Скалпек, который мы так опрометчиво лишили возможности лицезреть милоликую Миледи? — решила уточнить я, когда мы двинулись вперед (надеюсь, на поиски какой-нибудь еды).

— Это селение драконов. Я хотел показать тебе… но теперь считаю, что Скалпек подождет до следующего раза.

— Ага. А поесть?

— Скоро.

И мы вновь пошли. Я не жалуюсь — спускаться мне было намного легче, чем карабкаться вверх, но это уже приелось. Хотелось разнообразить нашу прогулку. Например, полетом до места и большим изысканным столом в мою честь или хотя бы парой-тройкой бутербродов (больших!), преподнесенных мне сочувствующим пилигримом. Из моих чудных грез меня вывел голос Фара.

— Займись костром, а я поищу съестное, — сказал, как отрезал, и сразу же скрылся за камнями.

— «Займись костром». Хорошо ему говорить! Тут дров-то не найдешь, — ворчала я, собирая все, что, по моему мнению, должно гореть.

«Горючим» эта местность богата не была. Скалистая равнина — это вам не лес деревьев-гигантов — множество камней и совершеннейший мизер палочек да веточек. Мой желудок заливался на все голоса при каждом наклоне или пробежке за малочисленным топливом, явно намекая на то, что в таком состоянии мне в какие-либо засады лучше не соваться. Не знаю, поджидала ли меня где-то поблизости засада, но вот голодный обморок был уже на подходе. «Что-то в глазах темнеет, уши закладывает и наблюдается полное исчезновение денег — надо что-то делать…» — говаривал частенько мой знакомый. Сейчас я была с ним полностью согласна. Взглянув на солнышко, которое натягивало на себя белое облачко, не желая смотреть на мои мучения, я отметила, что время уже послеобеденное (!), следовательно, по пещере мы бродили полдня и ДО СИХ ПОР не ели! Сущий произвол. Узнал бы Совет, как я тут страдаю (а если моя мама…), вмиг бы запретили любые натуралистические походы и поездки за город!

Фар снова отличился в добывании дичи, поэтому поели мы плотно и вкусно (правда, я старалась не смотреть на еду в ее сыром виде, чтобы не портить себе аппетит). Но отдохнуть мне «после сытного обеда по закону Архимеда…», даже не дослушав сей закон до конца, мой телохранитель не дал. Сразу после ужино-завтрако-обеда, мы вновь отправились «изучать Зубар». Нан сказал, что к закату дойдем до реки рядом с небольшим леском, там и переночуем. Так и поступили.

Проснувшись на следующий день, утопая в мягких белых шкурах коренулов, я щурилась на яркое солнышко, абсолютно не желая куда-либо идти. «Нас и здесь неплохо кормят!» Поэтому, заметив подходившего Фара, я закрыла глаза и «продолжила» сладкий сон. Было тихо. Очень тихо. Странно тихо. «Проспав» минуты три, я заинтересовалась, чем занимается пушистик. Приоткрыв осторожно щелочками глаза и ничего не обнаружив, я пожала плечами — странно, как это нан пропустил мою побудку? И тут мне запоздало пришла умная мысль — он, наверное, ищет нам завтрак! Как же это я? А костер? Надо срочно собирать хворост!