Шрифт:
Глава 1.
Свет люминесцентных ламп в офисе «Крафт и партнеры» всегда вызывал у Аделины мигрень. Особенно в одиннадцатом часу вечера.Она потерла виски, переводя взгляд с экрана монитора на огромную стопку архивных папок. Двадцать четыре года — прекрасный возраст, говорили подруги. Время для свиданий, клубов и легких глупостей. Но Аделина в свои двадцать четыре умела только работать за двоих. Два года назад, когда не стало мамы, она осталась совершенно одна. Жизнь быстро научила ее рассчитывать только на себя, туже затягивать пояс и читать мелкий шрифт в любых документах.Смартфон на столе завибрировал. На экране высветилось имя «Алекс». Аделина вздохнула и приняла вызов.
— Адель, привет. Ты скоро? — голос парня звучат сонно и немного раздраженно. —
— Алекс, я же скидывала тебе фото этой горы макулатуры, — тихо ответила она, зажимая трубку плечом и продолжая перебирать старые судебные иски. — Начальник требует разобрать архив до утра. Я физически не успеваю.
— Как всегда, — буркнул он. — Ладно, я спать. Удачи с твоими бумажками.
В трубке пошли гудки. Аделина горько усмехнулась. Ровно год отношений, а ощущение такое, будто они просто делят жилплощадь. Ни поддержки, ни тепла.Она отложила телефон и потянулась к самой нижней, пыльной папке в углу стеллажа. На ней не было инвентарного номера. Внутри вместо привычных листов формата А4 лежал кусок плотного, шершавого пергамента, перевязанный потемневшей от времени золотистой нитью.
— А это еще что? — пробормотала Аделина.
Ее пальцы коснулись грубой поверхности. В ту же секунду нить сама собой соскользнула с пергамента. Воздух в кабинете резко похолодал. Офисные лампы жалобно затрещали и погасли, погружая комнату в абсолютную тьму. Аделина хотела закричать, но вдохнуть не получилось. Пол под ногами исчез. Она полетела вниз, в глухую, ледяную пустоту.
— Какого черта?! Кто пропустил человеческую девку в святилище? Вы за это головами ответите!
Грубый, властный мужской голос заставил Аделину открыть глаза.Она лежала на ледяном каменном полу. Голова раскалывалась. Вместо привычного пластика и гипсокартона ее окружали огромные, уходящие высоко вверх колонны из темного камня. Сквозь резные стрельчатые окна лился мистический фиолетовый свет луны.Аделина с трудом поднялась на локти и замерла. В нескольких шагах от нее стоял мужчина.Он был невероятно высок и широкоплеч. Иссиня-черные, слегка растрепанные волосы падали на лоб. Резкие, хищные скулы, прямой нос и тяжелый волевой подбородок выдавали в нем человека, привыкшего безоговорочно повелевать. На нем был дорогой темный камзол с искусной золотой вышивкой на воротнике-стойке.Но больше всего Аделину напугал его взгляд. Пронзительные, темные глаза смотрели на нее исподлобья — сурово, холодно и с явным презрением. От этого мужчины исходила такая мощная волна опасности, что хотелось сжаться в комок.
— Я спрашиваю, кто ты такая? — процедил он, делая к ней шаг. Каждый его выверенный шаг отзывался эхом под сводами мрачного зала. — Отвечай, пока я не скормил тебя стражам.
Юридическая практика научила Аделину одной важной вещи: в любой непонятной ситуации нужно сохранять лицо и говорить уверенно. Она заставила себя подняться на ноги. При ее росте в 165 сантиметров этот незнакомец казался настоящей скалой.
— Меня зовут Аделина. И я требую объяснить, где я нахожусь, — ее голос слегка дрогнул, но прозвучал достаточно твердо. — Ваше поведение попадает под статью об удержании человека и угрозе жизни!Мужчина на секунду опешил. На его губах появилась хищная, злая усмешка.
— Статью? Человечка, ты бредишь, — он стремительно сократил расстояние между ними и резко схватил ее за правое запястье. — Сейчас ты отправишься в темницу, и там будешь рассказывать про свои...
Он не договорил.
В момент прикосновения его пальцев руку Аделины пронзила дикая, обжигающая вспышка боли. Это не было похоже на обычный ожог. Это был чистый, первородный жар, который хлынул по венам прямо к сердцу.Аделина вскрикнула, пытаясь вырвать руку, но незнакомец сам замер, словно пораженный ударом молнии. Его хватка ослабла, но он не отпускал ее.Прямо под кожей Аделины, начиная от самого запястья и поднимаясь выше по предплечью, начал разгораться яркий золотой свет. Он пульсировал в такт ударам сердца. Световые нити сплетались в сложный, невероятно красивый узор. Секунда — и на ее руке отчетливо проступили очертания величественного
восточного дракона, объятого магическим пламенем. Золотой свет озарил ее бледное, испуганное лицо и приоткрытые от шока губы.Мужчина смотрел на ее руку так, словно увидел собственного призрака. Вся его спесь и ярость мгновенно испарились. Черные зрачки сузились, превращаясь в тонкие вертикальные щелочки, а на шее над воротником камзола на мгновение блеснула темная чешуя.— Этого не может быть... — глухо, едва слышно произнес он. Его голос больше не был злым, в нем сквозило потрясение, смешанное с собственническим, диким инстинктом. — Золотой дракон Судьбы. Ты... моя истинная.
Аделина тяжело дышала, глядя то на светящуюся руку, то на пугающего незнакомца. Ее юридический мозг лихорадочно искал логическое объяснение, но интуиция кричала об одном: она попала в мир, где земные законы больше не работают. И этот грозный мужчина только что объявил на нее свои права.
Глава 2.
Древнее святилище обжигало привычным холодом. Асхер стоял у стрельчатого окна, всматриваясь в фиолетовые сумерки над горами. Мысли правителя были мрачными. Опять эти бесконечные отчеты, интриги советников и бунты на окраинах империи. Ему, первейшему из лордов-драконов, осточертела эта рутина. Душа требовала битвы. Ну или хотя бы достойного соперника.
Вдруг магия в зале сошла с ума.
Воздух в центре святилища затрещал. Запахло озоном и чужим, совершенно незнакомым миром. Асхер резко обернулся. Его внутренний ящер внутри мгновенно оскалил клыки, готовый к бою. Защитные заклинания замка молчали, но прямо посреди вековых плит из ниоткуда соткался темный кокон. Секунда — и на холодный камень рухнуло... человеческое тело.
Дракон брезгливо прищурился. Человек? Здесь? В святая святых его расы?
— Какого черта?! Кто пропустил человеческую девку в святилище? Вы за это головами ответите! — рявкнул он в пустоту зала, надеясь, что стража снаружи уже дрожит от страха.
Асхер сделал шаг вперед. На полу, смешно потирая голову, сидела девчонка. Хрупкая. Совсем тонкая. Наша иномирянка выглядела нелепо в своей странной одежде. Темно-каштановые волосы растрепались, пара завитков упала на бледную шею. Но когда она подняла на него свои огромные карие глаза, Асхер на секунду замер. В них не было рабского страха. Только шок и... какая-то отчаянная гордость.
Она поднялась на ноги. Ростом едва доставала ему до груди. Смешные 165 сантиметров против его двух метров боевой мощи. Но эта пичужка расправила плечи и заговорила.
— Меня зовут Аделина. И я требую объяснить, где я нахожусь. Ваше поведение попадает под статью об удержании человека и угрозе жизни!
Асхер даже опешил. Какие статьи? Какое удержание? Эта девчонка вообще понимает, перед кем стоит? Он — повелитель неба и огня, а она отчитывает его как провинившегося слугу! Внутри вскипела привычная холодная ярость, смешанная с азартом.
— Статью? Человечка, ты бредишь, — зловеще усмехнулся он.
Дракон стремительно шагнул к ней. Хватит с него этих странных речей. Сейчас он лично швырнет ее в самую глубокую темницу, пусть там качает свои права. Асхер жестко перехватил ее тонкое правое запястье.
И мир вокруг просто перестал существовать.
Вместо привычной покорности человеческого тела его обожгло. Да так, что из легких выбило весь воздух. Это не была боль от ранения. В его вены хлынул первородный, чистый экстаз, смешанный с диким, огненным жаром магии Судьбы. Его дракон внутри оглушительно взревел, признавая... ЕЁ.
Асхер застыл на месте, не в силах разжать пальцы. Сердце колотилось как сумасшедшее. Под нежной кожей Аделины, прямо под его ладонью, начал разгораться золотой огонь. Он пульсировал. Световые нити на глазах сплетались в узор, который Асхер видел только на древних фресках. Золотой восточный дракон. Огненный знак истинности.
Золотое свечение озарило ее испуганное лицо и приоткрытые губы. А Асхер смотрел на нее и чувствовал, как рушится весь его привычный, жесткий мир. Драконы не находили истинных уже триста лет. Это считалось сказкой для детей. И теперь эта сказка стояла перед ним, испуганно дыша и глядя на него снизу вверх.