Маска
Шрифт:
— Но я боюсь. Я не готова. Что мне делать, тетушка? Что делать? — вопила ты, со слезами на глазах.
— Послушать сердце, — сев на небольшой пенёк, рядом, присела женщина, — оно тянется к нему. Следуй за своим сердцем, оно никогда не обманывает.
— Но, болезнь Кая…
— Ты видела его без маски?
— Да.
— Пугает?
— Нет, просто мне так жаль. Я не знаю как поступить?
— Рискуй. Даже я, на старости лет, позволила себе любить и стала счастлива с доктором. Люби, пока не поздно, дитя мое.
— А если он правда проклят? — прошептала ты, пока из глаз не прекращались
— Тогда твоя любовь его исцелит.
— А если нет? Если это просто болячка, что никогда не исчезнет? Что тогда?
— Ничего. Ты все равно уже любишь его, таким какой он есть, так не думай ни о чём, а просто ответь ему взаимностью, — прошептала тетя, и ты непроизвольно присела на землю, ложа руки и голову ей на колени, начиная ещё громче рыдать, — поплачь, поплачь, и станет легче. Какая ты уже у меня взрослая. И так похожа на мать. Она бы тобой гордилась. У тебя замечательное сердце. Любить красивых может каждый. Это дело не хитрое, — размышляла тетя, — а вот в душу взглянуть, это другое…
50
В твое отсутствие, молодой граф был очень обеспокоен. Мужчине казалось, что твоя отстранённость появилась не просто так, и причина этому, как всегда его нелицеприятная внешность. Кай все не мог принять тот факт, что ты давно привыкала к нему и совсем не боишься. Единственное, чем он мог себя отвлечь, это больное колено и то, что нужно учиться ходить без трости, пока не поздно.
— У вас хорошо получается, — произнес управляющий, что покорно шел за его светлостью, пока тот медленно, но главное самостоятельно направлялся в свои покои, — через время вы будете ходить ещё увереннее!
— Надеюсь на это, — открывая дверь, сказал граф, — прикажи согреть воды и помоги побриться, — добавил, устало садясь на кровать.
— Да, господин. Сию минуту.
Уже через пол часа молодой граф, находился у себя в ванной, готовясь к так ненавистному бритью. С такой неровной, проблемной кожей это трудно и долго, что безусловно утомляет, и не редко молодой человек использует просто ножницы, но сегодня решил провести полную процедуру.
— Ее нет уже четыре дня, — произнес Кай, развязывая маску, и присаживаясь на табурет, — почему мне все кажется, что она не хочет возвращаться.
— Вы соскучились по супруге? — уточнил управляющий, промокнув белое, махровое полотенце в миске с горячей водой.
— Уже не важно скучаю или нет. От чего я люблю ее все сильнее, а она убегает?! — шептал, глядя на свое лицо, в небольшое зеркало, — ненавижу себя!!
— Не говорите так, ваша светлость. И госпожа все равно с вами, несмотря ни на что. А произошло между вами многое.
— Но ее сердце холодно ко мне. Как бы я не уверял себя, что мне достаточно лишь присутствия Анны, я хочу большего. Хочу ласки, хочу любви, но у меня нет на это прав!
— Вы ее законный муж и имеете пра…
— Нет! — перебил управляющего, — не так! Хочу взаимно. Без слёз и страха с ее стороны. А пока у меня это лицо, этому не бывать! — стукнул по столу кулаком, сцепив зубы.
— Что же… — не зная, чем утешить молодого графа добавил старик, протягивая ему влажное полотенце, — прикладывайте, — и Кай закрыл им лицо. В это время, управляющий намылив специальную щётку, ждал, держа в руке острую бритву, —
снимайте. Начнем, — добавил, начиная мазать мыльной пеной подбородок, — пристально глядя на графа.— Что-то не так?
— Ну, — замыслился, — может мне только кажется, но ваша кожа, она стала мягче.
— Ясен пень! Мы ее распарили!
— Я не об этом. Наросты словно меньше и цвет светлее, — задумчиво говорил старик, продолжая мазать подбородок.
— Не неси чушь! — злясь крикнул граф, хватая щётку, — давай, брей! И побыстрее! Надоело сидеть.
— Да, ваша светлость. Прошу меня простить, — виновато произнес управляющий, и потянулся за бритвой, — сидите смирно.
— Хорошо. Смотрите, не порежьте.
— Я сама аккуратность, — сказал, и начал процесс бритья.
Когда это все закончилось, молодой мужчина засел в своём кабинете, читая газеты и даже не подозревал, что именно сегодня ты вернёшься домой. Слыша звук повозки и конный топот, сразу не придал значения, ожидая кого угодно, только не тебя. Но когда сквозь открытые окна еле слышно донёсся твой смех и голос, дрогнул, срываясь с места. Конечно, больше всего на свете Кай хотел увидеть тебя, поэтому неспешно спустился вниз. Ты задорно хохотала, обнимая пёсика, что тоже очень соскучился, от чего скулил, радостно махая хвостиком.
— Анна, вы вернулись, — сказал мужчина, стоя без трости, и казалось сейчас упадет, теряя равновесие, ведь сильно волновался, — как ваше самочувствие? Голова не болела? Как дорога?
— Спасибо. Все хорошо, — не менее взволновано ответила, — отпуская собаку с рук, и встала, отряхивая платье.
— Почему не сообщили, что приедете сегодня. Я бы отправил нашу повозку.
— Ничего. В этом не было нужды.
— Ясно. Как дела у вашей тети?
— Отлично. Она здорова, а это главное.
— Пусть приезжает в гости когда-нибудь.
— О, это так любезно с вашей стороны. Я обязательно приглашу ее в первом же письме, — робко добавила.
— Да, буду рад с ней познакомиться, — сказал граф, заметив, что ты такая же как и до отъезда. Слегка нервная, и избегаешь взгляда. Но ты, наоборот, пыталась найти в себе силы обнять его, ведь хотела этого больше жизни. Ты очень скучала по своему графу, — вы точно в порядке? — уточнил Кай, — вы…- но не дав ему закончить, просто сделала шаг ближе, все таки обнимая его. Молодой мужчина замер в недоумении, ведь никак не ожидал от тебя такого жеста. Все внутри дрожало, и он несмело положил руки тебе на спину. Ты, просто уткнулась лицом в его грудь, убеждаясь в своих чувствах. Кажется это действительно любовь. Так приятно, как сейчас ещё никогда не было.
— Я скучала, — несмело прошептала, безумно переживая.
— И я… скучал… — запинаясь ответил граф, не веря в происходящее. Ты, разорвав объятия отступила назад, все также не глядя в глаза, и добавила:
— Дорога меня немного вымотала. Пойду отдохну. Извините.
— Да, конечно. Приказать что-нибудь подать в ваши покои?
— Нет. В этом нет нужды. Мне просто нужно прилечь.
— Как скажите. Я не буду вас беспокоить до вечера.
— Ваша светилось, — вдруг меняя тон, на более серьезный произнесла, — мне нужно вам сказать нечто важное. Давайте поговорим после ужина?