Любишь, да?
Шрифт:
– Все хорошо!
– на ухо прошептал он.
Женщина слегка кивнула и даже смогла растянуть губы в улыбке. Ей стало спокойно и легко. Она знала, что Кирилл поддержит ее и не даст в обиду... Даже ее же матери!
– Ну проходите! Нам есть о чем поговорить!
– наконец сказал Татьяна Александровна.
ПРОДА ОТ 22.02.12.
Олеся сидела на диванчике и нервно заламывала руки. Она страшилась предстоящего разговора с матерью, боялась того, что та может сказать.
–
– говорил ей Кирилл десять минут назад, уговаривая решить раз и навсегда все проблемы с матерью.
– Ну не прятаться же тебе от нее, в самом деле!
Женщина понимала, что он прав, но ничего не могла поделать со своим страхом...
– Здравствуй, Олеся.
– холодно произнесла вошедшая в гостиную мать.
– Здравствуй, мама.
– Итак?
– присела она на край кресла.
– Ты вернулась... У меня не было сомнений на этот счет! Только я не понимаю, что это за 'друг' с тобой приехал?
Лесю передернуло от тона Татьяны Александровны, когда та произнесла слово 'друг', но она постаралась взять себя в руки. Нельзя вестись на провокацию матери! Нельзя!
– Это действительно мой друг! Близкий друг.
– твердо сказала Олеся.
– Тварь!
– прошипела женщина, сощурившись.
– И ты посмела привести его ко мне домой?!
– Это я его пригласил и ты будешь вести себя с ним любезно и приветливо!
– от двери послышался ледяной тон Виктора Эдуардовича.
Обе женщины резко обернулись. В дверях стоял хмурый мужчина.
– Витенька, что ты...
– залебезила Татьяна Александровна.
– Молчи!
– прогремел мужчина, проходя в комнату и присаживаясь рядом с дочерью.
– Как ты, милая?
– тепло спросил он у Леси.
– Нормально, пап.
– улыбнулась она.
– Где Кирилл?
– Он пока поиграет с Никиткой, а мы поговорим.
– О чем?
– пискнула Татьяна Александровна.
– О том, что ты наговорила Лис!
– рыкнул Виктор Эдуардович.
– А что я такого сказала?
– испуганно спросила она, переводя затравленный взгляд с Леси на мужа.
– Вот и расскажи нам, что ты такого наговорила?
– спокойно произнес мужчина, откидываясь на спинку дивана.
– Я весь внимание!
Татьяна Александровна заерзала на месте, теребя обручальное кольцо .
– Я не понимаю, о чем ты.
– прошептала женщина.
Виктор Эдуардович только хмыкнул и ничего не сказал. Он просто смотрел на свою жену и ухмылялся.
– Я... я...
– занервничала женщина, а потом вдруг подскочила на ноги и уперла руки в боки.
– Ты всегда заступался за нее! Всегда любил ее!
– кричала Татьяна Александровна.
– Ее, а не меня! Как только я родила эту...эту... то перестала для тебя существовать! Ты не замечал меня, не видел, что мне плохо, больно,
– она уже плакала. Сердце Олеси ныло от жалости к матери.
– Тебя даже Алина не интересовала... Как же, твоя любимая доченька пошла в спортивную школу! Ее там хвалили, она ж все делала хорошо и правильно...
Татьяна Александровна замолчала и устало опустилась в кресло. Она прикрыла руками лицо. Были слышны только ее всхлипы. Олеся медленно встала и хотела подойти к матери, успокоить ее, но тут Виктор Эдуардовия взял ее за руку и покачал головой.
– Но...
– Нет!
– твердо произнес он и повернулся к жене.
– Концерт окончен?
Женщина отняла ладони от лица и с ненавистью посмотрела на мужа.
– Ненавижу! Ббесчувственная мразь!
– выплюнула она и, резко подскочив на ноги, выбежала из комнаты.
С минуту Леся переваривала только что произошедшее. Она непонимающе смотрела на отца.
– Милая, все то, чему ты стала свидетелем, простая игра, не более!
– начал мужчина.
– Она просто хотела отвлечь наше внимание от того, что мы собирались обсудить. И, надо сказать, удачно.
– Но... Откуда ты вообще узнал о нашем разговоре?
– Юля рассказала.
– пожал плечами мужчина.
– Вот же ж...
– Она тебя любит! И беспокоится!
– тепло улыбнулся он...
Олеся в нерешительности стояла перед дверью, ведущей в палату своей сестры. Она в который раз протягивала руку, чтобы толкнуть ее и войти, и в который раз не могла сделать этого.
– Вам помочь?
– прозвучал тонкий голосок за спиной.
Женщина обернулась и растянула губы в улыбке.
– Нет. Спасибо.
– сказала она.
– Я пришла к сестре...
– Удачи!
– понимающе кивнула девушка и поторопилась уйти.
– И снова- спасибо.
– пробормотала Леся вслед быстро уходящей медсестре.
Олеся, набрав побольше воздуха в легкие и повернув ручку двери, вошла в палату.
Повсюду- на полу, на тумбочке- стояли вазы с цветами. Было ощущение, что Леся попала в цветник, а не в больницу. У окна стояло глубокое, мягкое кресло, а в нем сидела Алина. Девушка, сощурившись, внимательно наблюдала за входящей сестрой.
– Я уж думала, ты так и будешь до утра стоять там.
– недовольно бросила она вместо приветствия.
– Почему одна?
– Привет, Лин.
– заставила себя произнести Леся.
– Как ты?
– она проигнорировала и тон сестры, и ее вопрос.
– А как я могу быть после того, как попала в аварию?
– передернула плечами девушка.
– Да еще и по твоей вине!
Это заявление ввело Олесю в ступор. Она стояла и тупо смотрела на Лину.