Лэсси
Шрифт:
Лазана приняла его, несколько мгновений хлопала глазами, затем упала в обморок.
– Вот те на.
– Фыркнул Герх. Он попытался привести львицу в чувство, но это не вышло.
– Чего я никогда не видел, так это хнагорок в обмороке.
– Ее играет кто-то другой, Герх. Ты уверен, что она нужна?
– Она не помешает. Ты же понимаешь, что за нами следят. Что бы мы ни говорили, они слышат. Так что нового она не узнает. А мы вполне можем.
– Думаешь, она станет говорить?
– Не важно. Она, конечно, не станет,
– Ты прав. Конечно же! Мне даже как-то легче стало, Герх.
– Почему?
– Я вдруг подумал, что раз с нами кто-то еще играет, значит, там продолжается жизнь.
– Именно, Миор. Об этом я и говорил тебе. Жизнь здесь, жизнь там. Важно не то где мы живем, важно, что мы живем вообще. А Лазана, судя по всему, просто еще молода и неопытна. В общем, считай, что рядом с нами обыкновенная девчонка.
– И мы расскажем ей все?
– Зачем? Наша жизнь здесь, Миор, ее - там. А здесь для нее все только игра. Не думаю, что надо ей эту игру портить. Может, она и поймет что сама. Потом, когда нибудь.
– Нам будет сложно говорить при ней, Герх.
– Не думаю. Большей частью мы поймем друг друга сразу, с полуслова, а ей многое не будет ясно.
– Она не умрет так?
– Миор!..
Он сам усмехнулся.
– Да, конечно. Кто ей даст умереть?..
Фрай сидел перед экраном и улыбался. Он видел, что Герхатан и Миор приняли игру. У них не было иного выбора. И игра предвещала быть очень острой.
Рина вошла в дверь и остановилась.
– Ну-с?
– Спросил Фрай.
– Он действительно программа?
– Спросила она.
– Зачем мне обманывать? Герхатан - программа. И я говорил, он очень опытен.
– Но его не отличить от живого!
– Разумеется. Так эта программа и писалась, что бы было не отличить.
– А Миор?
– Он артист. Но он из стариков, Рина. Ты знаешь, что с ними стало.
– Он полностью там, да?
– Да. И его физического тела не существует много лет. Собственно, он жив только благодаря Герхатану.
– Но как?! Он же программа...
– Да. И даже программа несет не мало информации. Влияние Герхатана на Миора очень высоко. Тебе следует знать, что Миор считает Герхатана живым существом. Настоящим.
– Он не понимает, что Герхатан программа?
– Он понимает, но у старика некоторый сдвиг по фазе. Он считает, что программа может быть живой. Но увы. Он лишь похож на живого по словам и не более. Кстати, обморок, это был не сильно хороший вариант.
– Я ничего не придумала лучше. Я же не знаю половину! И не знаю как этим эликсиром пользоваться.
– Не страшно. Ты уже все узнала?
– Да. Мне возвращаться?
– Да. Но я кое что напомню тебе. У тебя есть возможность общаться с нами напрямую оттуда. Просто уходишь куда нибудь, где никого нет,
и...– Я знаю. Но там я не могла уйти.
– Я не осуждаю, Рина. Просто действительно, ни в одном сериале, ни в какой момент не бывало, что бы хнагорская львица в обморок упала. Это нонсенс.
– Я учту.
– Да. Ты понимаешь, что тебе надо будет сделать с эликсиром?
– Я должна загадать желание и проглотить каплю эликсира. Оно исполнится.
– Да. Я имею в виду другое. Вы направляетесь в город, ты должна будешь обернуться женщиной.
Рина замолчала.
– Серьезно?
– Спросила она удивленно.
– Да. Для Герхатана в превращениях не больше чуда, чем для нас в радиоприемниках. Ну, ты готова?
– Да.
– Тогда, иди...
– Кажется, она приходит в себя.
– Произнес Герх, взглянув на львицу.
– Лазана, ты слышишь меня?
– Я? Что со мной?
– Произнесла она и поднялась.
– Это только богу известно.
– Ответил Герх.
– Никогда не видел, что бы хнагорки в обморок падали.
– А ты их много видел?
– Спросила она.
– Ты еще спрашиваешь? Конечно, много. Я же родился в Мире Драконов. Ты прямо как маленькая. Может, ты забыла, что мой отец - хнагорский лев?
– Я не забыла, но ты же его никогда не видел.
– Не видел. Но я урод для драконов. И в детстве у меня было только одно развлечение. Я спускался в долину и смотрел за играми хнагорских львов.
– За играми драконов тебе не давали смотреть?
– Нет. От дракона не спрячешься. Меня видели почти сразу и гнали. Ты так и будешь сидеть на земле, Лазана.
Львица поднялась и несколько мгновений смотрела в глаза Герху. Тот улыбнулся.
– Герх, я действительно не все помню.
– Я понял это. Увы, время есть время. Я рад, что ты не забыла главного, Лазана. Что мы с тобой друзья.
– Ты скажешь, куда мы идем?
– Да. Мы идем в город. Найдем какую-нибудь забегаловку, что бы пообедать.
– Я не об этом. Вообще, куда?
– Вообще?
– Произнес Герх.
– Вообще, в данный момент, у нас нет цели.
– Как это нет? Ты сказал, что я тебе нужна.
– Разумеется. Потому что мне нужны друзья, Лазана. У тебя были друзья там, среди львов? Настоящие друзья. Были?
– Моя мама. И моя дочь.
– Может, я зря тебя увел? Твоя мать волнуется, наверно.
– Она давно умерла. А дочь исчезла...
– Ты просто скажи. Если хочешь вернуться туда, я верну тебя.
– Я не хочу.
– Тогда, не спрашивай, куда мы идем. Это не имеет особого значения. Придет время, и у нас появится какая-нибудь цель.
– Так ты что, просто ищешь приключений, Герх?
– Я мне больше нечего искать, кроме них. Ты не хочешь стать человеком, Лазана?
– Это обязательно?