Чтение онлайн

–  Ты сегодня прекрасно выглядишь, - Зара с гордостью взглянула на статную фигуру отца. Она вторично видела его в парадном облачении и вторично признавала, что такой человек разобьет любое сердце. Самоуверенный, безукоризненный, с гордой посадкой головы, он и на мужчин производил впечатление.

–  Благодарю, приятно слышать это от тебя, - улыбнулся герцог, щелчком пальцев достав из шкафа приталенный, расшитый едва различимым серебристым узором черный камзол.
– Скажу тебе по секрету: ты обворожительна! Даже эльфийки позавидовали бы твоей красоте.

–  Да ну тебя!
– покраснела девушка.

–  Я не

имею привычки лгать, тем более своей дочери. Покажись-ка!

Зара завертелась по комнате и, потеряв равновесие, со смехом упала на кровать. Улыбаясь, отец подал ей руку и помог подняться. Блеснув сапфирными запонками, он щелкнул замком и открыл футляр с драгоценностями. С гладкой темной подкладки на девушку глянуло произведение ювелирного искусства - серьги и колье.

–  Позволишь?
– Рандрин осторожно, стараясь не повредить прическу, притянул к себе голову дочери и вдел драгоценные, стоившие целое состояние серьги в уши дочери. Затем так же ловко водрузил на законное место колье.

–  Вот теперь ты у меня самая прекрасная женщина на свете!
– улыбнулся он и поцеловал ее в щеку.
– Ладно, иди, наводи красоту, я буду ждать тебя в холле. И поторопи Апполину: боюсь, она заснула перед зеркалом.

Зара упорхнула в себе и минут пять крутилась перед зеркалом, рассматривая свое отражение. Она казалась себе принцессой, даже несмотря на то, что, как истинная женщина, отыскала в себе ряд недостатков.

Слегка подкрасив глаза, пройдясь пуховкой по лицу, плечам и груди, девушка нанесла на губы перламутровую помаду и окружила себя легким облаком духов. Переобувшись, она послала воздушный поцелуй блестящей незнакомке в зеркале и поспешила к Апполине. Вопреки опасениям отца, кузина была почти готова и обещала спуститься через пять минут.

Слетев вниз по лестнице, Зара замерла: у двери жалась одинокая фигурка женщины. Мать. Она казалось такой несуразной и жалкой по сравнению с богатой отделкой холла. Симуус, словно сторожевой пес, замер в нескольких шагах от нее, недоверчиво посматривая на смущенную Эгюль. Подобных посетителей он не пускал на порог, но раз дочь господина приказала ее принять...

–  Мама?
– удивленно выдохнула девушка, нервно теребя мягкий локон.

–  Зара?
– женщина робко улыбнулась и нерешительно сделала шаг в ее сторону.

–  Да, это я. Проходи, у нас еще есть пара свободных минут, пока Апполина не соизволит спуститься вниз. Чаю хочешь?

–  Нет, спасибо. Так ты теперь...

–  Да, я живу здесь. И моя фамилия Рандрин. Сейчас придет отец...

–  Нет, - испуганно вскрикнула Эгюль и закрыла лицо руками,

– я лучше пойду!

–  Мама, сегодня самый важный день в моей жизни - ты хочешь его испортить?
– недовольно поджала губы Зара.
– Перестань, дело прошлое!

–  И не проси! Дай, я лучше на тебя посмотрю... Ты теперь такая важная, совсем знатная дама, - Эгюль всхлипнула.
– Доченька, когда ты вернешься домой?

–  В деревню? Никогда. Мой дом Айши. Лучше бросай свою гостиницу и переезжай в столицу: я тебя устрою. Кстати, мама, если хочешь, я могу взять тебя с собой на бал.

–  Что ты, Зара!
– испугалась женщина.
– Я и бал?

Зара была полна решимости заставить ее пойти, но в это время появился Рэнальд Рандрин. Эгюль заметила его первой, переменилась в лице и охнула, схватившись рукой за сердце;

девушки даже на мгновение показалось, что она потеряет сознание.

–  Кто это?
– синие глаза герцога в недоумении скользнули по лицу испуганной женщины.

Эгюль попятилась, что-то невнятно пробормотала и, потупив взор, замерла в глубоком поклоне. Она никогда не думала, что когда-то снова утонет в омуте этих бездонных глаз, попадет под их власть, окажется так близко от первого человека королевства. Женщина бы и на колени перед ним упала, сдерживало лишь присутствие дочери. Но и дочь стала теперь совсем чужая, другая, бесконечно похожая на него. Это была не ее Зара, отныне ее девочка целиком и полностью принадлежала другому человеку и другому миру. Миру, где не было места для содержательницы деревенской гостиницы.

Советник подошел ближе, и Эгюль задержала дыхание, будто вернувшись в далекое прошлое. Сколько лет прошло - а она по-прежнему готова была выполнить любой его приказ, любую его прихоть.

–  Моя мать, Эгюль. Та самая горничная из 'Белой ладьи' в городе Юр. Сейчас, правда, она владеет небольшой гостиницей - на твои деньги, между прочим.

Герцог нахмурился и переменился в лице. Колючий взгляд скользнул по лицу дочери.

–  Зачем ты ее пригласила? Решила устроить воссоединение семьи? Ничего не выйдет, Зара, этой женщины давно для меня не существует, - глаза его стремительно темнели.
– Так это и есть твой обещанный сюрприз? Так вот, он мне очень не нравится.

–  Просто было интересно, как ты посмотришь в глаза моей матери.

Зара выдержала его взгляд и поманила к себе мать.

–  Зара Рэнальд Рандрин, на меня такие штучки не действуют. Что тебе еще от меня нужно? Да, ты моя дочь, да, ты родилась от нее - и что? Я ничего ей не должен и уж тем более не испытываю мук совести.

–  Значит, тебя совсем не интересует, как...

–  Совсем!
– резко отрезал Рэнальд.

Девушка непроизвольно вздрогнула от звука его голоса; в памяти всплыла сцена с консулами. Отец был рассержен, более того, взбешен.

–  Она моя мать, она имеет право...

–  Ни на что она не имеет права! И ты, между прочим, тоже бы не забывала, что живешь в моем доме, где хозяин я. Впредь, будь любезна, ставь меня в известность, когда вознамеришься приглашать своих деревенских родственников, потому что никого из них я видеть не желаю. Хочешь поговорить с ней? Говори, но только не в моем доме.

–  А ведь ты когда-то чуть ли не в любви к ней признавался...

–  В любви?
– герцог расхохотался.
– К горничной? Я еще не сошел с ума! Просто женщины любят ушами и за красивые слова готовы душу продать, особенно такие, как твоя мать. Я же по лицу ее вижу, что ее любой в постель затащит. А теперь сделай так, чтобы через пять минут ее здесь не было, - это был приказ.

–  Не ругайте ее, сеньор, это я во всем виновата, - робко подала голос Эгюль.
– Мне так хотелось увидеть дочку, и Зара,

простите, сеньорита Рандрин разрешила мне приехать, придти сюда. Но я уже ухожу. Да продлят боги годы Советника!

Рандрин перевел на нее иссиня-черные глаза и холодно произнес:

–  Я рад, что Вы правильно истолковали смысл моих слов. Не смею Вас задерживать и надеюсь никогда больше Вас не увидеть. В Ваших же интересах. И о наличии у Вас дочери советую не вспоминать.