Лёд
Шрифт:
В животе всё мгновенно в узел стянуло. Он наклонился и подобрал что-то с пола. Спинка дивана закрывала от меня этот предмет до тех пор, пока он не разогнулся полностью. Но это оказалась всего лишь перчатка. Моя перчатка. Только сейчас я запоздало сообразил, что в поисках следов пребывания Эммы, совсем забыл о моей одежде для внешнего выхода разбросанной повсюду.
– Перчатка.
– Я вижу. Но она какая-то ненормальная. Такая... толстая, - он вертел её, рассматривая с разных сторон.
– И зачем она тебе?
– Чтобы не замерзали руки.
– Не замерзали? Где у тебя могут так замерзать руки?
– На крыше купола есть смотровая площадка.
– В каком смысле "открытая"?
– Сам подумай, - процедил я и прошел к креслу.
– Ты собирался провести мой осмотр?
Я уселся, а он смотрел на меня, явно не понимая. Потом заметил и куртку, и его лицо стало таким изумленным.
– Ты был снаружи?!
– Неоднократно.
– Ты сейчас не шутишь, - без всякого намека на вопросительную интонацию сказал он.
– Осмотр! Начинай уже.
Он стоял ещё не меньше минуты, прежде чем приблизиться. Но больше ничего не спрашивал и действительно приступил к осмотру. Я молча терпел, незаметно осматриваясь. Скорее всего, у неё было мало времени, и она спряталась в ванной?
– Я сейчас.
Черт тебя возьми, Эйнар! Ты мысли мои сегодня читать научился?! Почему тебе удается сегодня идти именно туда, куда я меньше всего хотел, что бы ты шел?! И как мне тебя остановить?
Я стал подниматься, но остановился. Потому что понял, что снова ничего не произошло. Он не закрыл дверь за собой, я слышал, как полилась вода, потом всё затихло, и он вышел совершенно со спокойным лицом. Значит и там пусто?
У меня вдруг промелькнула очень плохая мысль. Я снова посмотрел на кровать. Куда же она ушла? Все выглядело так, будто там спал всего один человек. С левой стороны примятая подушка и идеально гладкая справа. Покрывало откинуто, тоже с левой стороны. Как быстро она всё поправила. И не забыла забрать с собой свои вещи. Не только здесь, но и ванной тоже. Вряд ли Эйнар не заметил бы аккуратно сложенную форму и её ботинки.
– Почему пульс ускорился?
– Что?
Я даже не заметил, как он вернулся и продолжил снимать показания с приборов. Манжета на моей руке, сейчас выдала меня с головой. У меня действительно немного зашумело в голове.
– Не выспался. Ты закончил?
– Ты все время так напряжен и теперь торопишься меня выставить?
– Очень. Будь добр, уйди скорее. Ты же убедился в том, в чём хотел?
– Полностью.
– Уходи.
– И снова никаких объяснений?
– Эйнар, прошу тебя!
– Хорошо, - он потер лоб с немного усталым видом.
– Я только хочу предостеречь тебя.
– Есть необходимость?
– Да. Ты, кажется, не очень осознаешь, что происходило здесь в последние десять дней. Я конечно постараюсь, но при всем моём желании остановить твоего отца не смогу.
– Ты же сказал, что больше никого не будет?!
– Да, сказал. Но иначе мне не удалось бы тебя увидеть раньше всех остальных, - он слегка развел руками, демонстрируя, что вовсе не смущен свой ложью.
– Поэтому, если у тебя есть еще какие-то дела, я советовал бы тебе решать их за пределами дворца.
Моё возмущение угасло, толком не разгоревшись. А ведь он полностью прав. Я едва различал окружающих меня людей в последнее время, но предугадать, как они себя поведут, вполне мог. Если я окажусь сейчас под плотным контролем, никто не сможет мне помочь. Но всё-таки, прежде всего мне следовало разобраться с другим вопросом.
– Я понял. Спасибо тебе. А теперь уходи.
Он кивнул, пристально разглядывая меня, и больше ничего не говоря, развернулся и вышел.
Я едва ли слышал,
щелчок закрывшейся двери.Что же сейчас происходит? Где Эмма? Не может быть, что бы мне всё это просто привиделось.
Я поднялся и торопливо направился в ванну. Её вещей там действительно не оказалось. Я пытался успокоиться, уговаривая сам себя, что она просто забрала их, прежде чем спрятаться. Все же её форма и вещи слишком приметные. И предположить, что пришедший ко мне человек захочет воспользоваться ванной комнатой тоже не трудно. Поэтому прятаться там не имело смысла. Она так быстро и аккуратно всё сделала. Я вернулся в комнату и остановился у кровати. Никто бы не подумал, что здесь спали два человека. Не знаю зачем, но я откинул покрывало. На простыне тоже не было складок, исключая то место где лежал я. Это так...
Внезапная мысль заставила меня приложить руку к подушке, на которой она лежала. Разгладить её не сложно и достаточно быстро. Но она должна была быть влажной, от её волос. Я же прикасался к ним всего несколько минут назад, и они ещё не высохли до конца. И тут же приложил другую руку, стал мять ткань, но мои руки меня не обманывали - она была совершенно сухой! Как это может быть?
Подушка выпала из моих ослабевших рук. Всё тело будто мгновенно парализовало. И на меня обрушилась страшная истина. Я вдруг четко и ясно осознал, что на самом деле её тут не было и быть не могло!
Ведь с самого начала это было понятно! Каким образом? Каким чудом она оказалась на смотровой площадке? Она же никогда там не была! Я сам рассказывал ей о ней в тот последний день и она даже не догадывалась о её существовании. И вся дорога до дворца, сейчас я понимал, что это всё выглядело нереально до крайности!
Но я же всего несколько минут назад держал её в своих руках! Как она могла быть такой реальной? Она была живая, теплая, разговаривала со мной! Невольно прижав руку к губам, я не мог поверить, что мой разум завел меня настолько далеко в дебри бреда и галлюцинаций. Мне всё привиделось? И теперь морок рассеялся? Она больше не вернется?!
От шороха, раздавшегося за моей спиной, я чуть не подскочил и резко развернулся. Эмма стояла всего в нескольких шагах от меня. Я рванулся к ней, как ненормальный. Сгреб в объятия, прижимая к себе изо всех сил.
– Ты здесь! Ты здесь!
Она стояла, не шевелясь, обняв в ответ за шею и прижавшись щекой. Просто ждала, пока я успокоюсь.
– Что случилось?
– её руки стали поглаживать мои волосы.
– Я подумал, что ты мне привиделась. Решил, что ты моя галлюцинация.
– Ты так думаешь ещё с того момента, как мы наверху встретились, - слегка пожав плечами ответила она спокойно.
– Я стал ненормальным из-за тебя.
– Из-за тебя я стала нормальной.
И она, обхватив, мою голову, заставила меня склонить её, для того чтобы она смогла поцеловать меня.
Я действительно вел себя сейчас как ненормальный! Её губы, дыхание - всё для меня! Я окунулся в её тепло с головой, ничего не видя, не слыша и не чувствуя кроме неё, забыв где я.
Обнимал и пытался отодвинуть одновременно. Немного! Не отпуская её совсем, просто, чтобы можно было поговорить. Я уже не очень помнил о чем, только понимал, что меня это беспокоит и хотел избавиться скорее от неопределенности. Но как только отклонялся, руки, будто без моей команды, самовольно снова притягивали её ближе. Никак не мог прекратить её целовать. Она заметила мои мучения и засмеялась тихонько. Это так прекрасно было - целовать её смех! Подрагивающие губы, лицо, глаза. Как же я мог оторваться?