Чтение онлайн

Привалов бессильно выругался.

— Хрен с вами. — Шагнув к столу оба, уже бывших чиновника принялись строчить заявления. Матвей прогуливался за их спинами, временами останавливаясь и изучая через плечо, то одного, то другого, тексты заявлений. Со стороны — походило на школьный диктант. Спикер закончил первым и протянул ему исписанный неровным почерком лист. Через полминуты Привалов тоже вручил ему свое заявление об отставке. Матвей внимательно перечитал оба заявления и удовлетворенно кивнул. Засунув их в карман пиджака, он приоткрыл дверь.

— Семен, войди.

На секунду дверной проем перекрыли широченные плечи Бобкова. Протиснувшись, он встал у дверей и молча посмотрел на Матвея.

Привалов и Сергиенко побледнели.

— Пожалуйста, проводи этих двоих до самолета и убедись, что они улетели.

И уже обращаясь к Привалову, он сухо, но вежливо произнес:

— Спасибо за сотрудничество, вы свои обещания выполнили, я — свои. Не смею задерживать. Добавлю — аэропорты Крыма работают только на вылет. Для вас обоих.

Привалов обмяк. Тускло оглядев напоследок свой бывший кабинет он, молча вышел. За ним последовал бывший спикер. Последним вышел Семен. Дверь мягко закрылась.

Валера, в течение всей сцены, не проронивший ни слова громко выдохнул.

— Знаешь, друже, я в какой-то момент подумал, что до стрельбы дойдет.

— А она была.

— ?

— На выезде из офиса, — Пояснил Матвей, — Уверен, утреннюю стрельбу заказали эти. Доказательств у меня, сам понимаешь — нет, но уж больно ошарашенными они выглядели, когда мы ввалились в кабинет. Да и против отставки не возражали особо. Хотя и могли. Сам посуди, если нас всех троих бы грохнули, то у них был бы неплохой шанс зацепиться за власть.

Валера неопределенно пожал плечами. Основания довольно зыбкие…

— Колобок бы мог организовать. У него бы пороху хватило.

— Возможно. Но не Альенде же из него делать?! Или ты в Пиночеты метишь? Пусть катится.

Фесик довольно улыбнулся, став на секунду похож на хитрого кота, дорвавшегося до сметаны.

— В полном соответствии с прозвищем. Если мы тут закончили, то я — на майдан, а потом начинаю принимать дела.

Глядя на приятеля, Матвей ухмыльнулся.

— Поздравляю с должностью. Возьми пару парней из охраны. Бывай, премьер.

Матвей улыбнулся и исчез за дверью кабинета.

Петр Андронов, глава администрации Керченского района, подперев подбородок загорелой ладонью, пристально рассматривал резную дверцу собственного мини-бара. Это был ежедневный, утренний ритуал. Как минимум последние три недели. Он смотрел на деревянную дверцу спокойным, трезвым взглядом. Вдумчиво, не торопясь, абсолютно не нервничая. Он примерно знал, что несет день и сейчас прикидывал, какой из двух вариантов — предпочтительнее. «Накатить» с самого утра, поддерживая «градус» до заката. Или оставить бутылку в покое, с тем, что бы нажраться вусмерть перед сном. Иных вариантов Петр Иванович не видел. Кстати говоря, довольно распространенная дилемма для антикризисного управляющего. Особенно, если дела идут совсем неважно.

Неважно, в применении к Керчи было совсем неподходящее слово. Более полно картину отображало короткое, емкое и нецензурное слово из шести букв. Иначе и не скажешь. Андронов досадливо дернул бровью.

Что делать? Проблемы нарастали как снежный ком. В бюджете — ни копейки. Город зарастал грязью и мусором. В порту опять сцепились между собой Смирнов и Петрик. Сцепились так, что даже докеры «забили» на работу, ожидая пока «бригадиры» решат между собой — кому стричь порт. На окраинах Керчи шатались татары, задирая всех подряд. По слухам, эта беспокойная народность, на прошлой неделе заняла два пансионата в Курортном, выгнав оттуда персонал и отдыхающих. Менты разбежались, телефон прокуратуры в Симферополе молчал вторую неделю…

Петр Иванович в сердцах звезданул ладонью по столу. Твою мать!

Повеселились! По весне весь Крым словно сошел с ума на пару недель. Когда все очнулись — было поздно. Киевская власть, напоследок посулив все кары небесные, свалила. Крымская, опять-таки — наобещала золотые горы и… тоже свалила. В Россию не взяли. Чья сейчас власть в Симферополе, Андронов не знал. Сидит наверно кто-то.

Зато — независимость. Мать-перемать!

Как решать все, что свалилось на его голову, ведал только аллах. С ним Петр Иванович знаком не был, стало быть, проблемы, в его понимании, были нерешаемы. Определиться бы с его немудреным выбором. Наконец решившись, Андронов подошел к бару и, пошарив в нем, извлек бутылку беленькой. Недоуменно хмыкнув, он вторично запустил руку внутрь и выволок на свет божий чайную кружку. Не веря сам себе, он уставился на предмет в своей руке. Заглянув в бар, он убедился, что все содержимое бара исчезло. Ни коньяка, ни виски, ни хрусталя. Только бутылка «Столичной» на крышке бара и старая фарфоровая кружка в руке. Андронов покосился в открытую дверь приемной и убедился, что секретаря нет. Девчонка, которой он не платил уже больше месяца, похоже смылась, прихватив самое ценное из кабинета. В сердцах запустив в сторону пустого секретарского стола кружку, он осознал, что одна проблема решилась сама собой. Пить было больше не из чего.

Андронов повеселел. Убрав в бар бутылку, он подошел к окну и открыл обе створки. Свежий ветер принес в кабинет запах моря, немного пыли и приглушенные выстрелы со стороны порта. Глава поморщился и пробормотал:

— Да когда они его, наконец, поделят? Неделю уж палят. За это время Сталинград можно было взять, а эти два урода занюханный порт поделить не могут!

Он постоял у окна, прислушиваясь к выстрелам и пытаясь на слух определить, из чего палят. Судя по отрывистым хлопкам — из пистолетов. Андронов потянулся к окну, намереваясь прикрыть створку. Приближающийся шум двигателя остановил движение руки. Глава выглянул во двор и узрел морду фордовского минивэна, выворачивающего из проезда. Андронов придвинулся поближе к проему.

За первой автомордой показалась вторая и через полторы секунды обе новеньких машинки, блестя тонировкой окон, замерли у подъезда администрации. Из первой машины выпрыгнули четверо с оружием. Из второй вышли двое гражданских. Андронов прищурил глаз и углядел в одном из гражданских знакомую фигуру.

— Валера! — Окликнул он.

Внизу, все дружно завертели головами. Андронов замахал руками, привлекая внимание. Один из бойцов, наконец, узрел машущую руками фигуру в окне и тронул парня в костюме за плечо, показывая наверх. Костюм задрал голову

— Петро! Здорово! А мы к тебе! — Крикнул он снизу.

— Поднимайтесь, хлопцы!

Через пару минут, покосившись на пустое место секретаря, заваленное фарфоровыми черепками, Фесик со спутником прошли в кабинет.

— А кто это у тебя тут посудой бросался, Иваныч? — Валера был свеж и оживлен.

Андронов махнул рукой.

— Да так… Это я, в сердцах… Секретарь, зараза, сбежала. И зарплату моим сервизом взяла.

— Денег нет?

— Откуда? Да хрен, с этой девкой. Ты-то как?

— А ты не в курсе? Нет? Ладно, тогда слушай.

Слушая Валеру, Иваныч потихоньку стекленел взглядом. На ощупь добравшись до гостевого диванчика, он присел.

— Мама моя. — Пробормотал он. — Ты — премьер?

— Угу.

— И АЭС будут строить? У нас?

— И АЭС и мост через пролив, и терминал контейнерный в твоем порту.

— Это который сейчас бандюки делят?

— Пусть пока делят.

Глаза Иваныча заблестели.

— А не врешь?

— Тебе что, крест поцеловать?