Чтение онлайн

— Ну, военный, вот она — твоя смета. Читай.

Бобков внимательно посмотрел на Матвея, перевел взгляд на лежавшую на столе тонкую синюю папку. На титульном листе значилось: «Инвестиционная программа фонда „Поиск“». Глаза Бобкова посерьезнели.

— Не шутил, значит… Ну-ну.

Поставив стакан на стол, он взял папку в руки и открыл ее. Матвей ободряюще улыбнулся.

— Читай. Подпись кровью не потребуется.

Семен вздохнул и перелистнул первую страницу. Матвей краем глаза наблюдал за ним, тихо забавляясь. По мере того, как Семен вчитывался в документы, его брови поднимались все выше. Не сдержавшись, он присвистнул.

Матвею наскучило. Открыв балконную дверь и прихватив собой стакан, он вышел на террасу, протянувшуюся вдоль всего фасада.

С высоты второго этажа, открывался красивый вид на прибрежные рощи и тусклое серебро моря. Стакан и пепельница удобно расположились на широких перилах. Матвей как раз прикончил виски и добивал третью сигарету, когда Семен выбрался на балкон. Они стояли бок о бок, смотря вдаль. Матвей докурил и, не поворачиваясь, поинтересовался:

— Что скажешь?

Широченные плечи Семена поднялись и опустились.

— Если честно, это не совсем то, что я себе представлял. Но смотреть на вещи нужно реально. И этот проект — шанс для Крыма. Киев все угробит, а ты хоть и не город Кампанеллы строить собрался, но в любом случае — для Крыма это лучше. Потому — я в деле. Только, в качестве чего? Или кого?

— Сейчас займись безопасностью. Купи местную охранную фирму с лицензией. Набирай людей. С опытом. Для начала сотню-полторы. Но, с прицелом на будущее. Лучше наших бывших вояк. С момента, когда я начну переговоры, ребята должны будут прикрыть и меня и эту халупу. Возможно что-то еще. Сейчас еще не знаю, проявится по ходу. Уточняю. Если на самом первом этапе, в дело вступит украинское СБ или военные — нам хана, по-любому. Но это менее вероятно. А вот что мы ненароком кого-нибудь из местных обидим и тот пришлет ребят, это я тебе практически гарантирую. Деньги мои, людей сам найдешь. Снаряжение и оружие закажешь в России. Контакты я тебе дам. На крайний случай, кое-что найдется и в Севастополе…

Ну а после… Давай для начала пройдем первый этап. И после него поговорим о ролях второго акта.

Бобков улыбнулся, но его глаза остались серьезными, — Заметано.

Ставший крупным местным латифундистом фонд не спешил что-либо предпринимать. Вызывая как минимум — любопытство. Оставалось только гадать, какие формы оно примет. И первые любопытные не заставили себя ждать.

Спустя пару недель после приезда, Матвея, только поднявшегося с кровати и сладко зевавшего в гостиной, окончательно разбудил телефонный звонок. Охранник на воротах сообщил, что у ворот стоят три машины с людьми. Матвей в халате, как был, прошел к Бобкову. Тот уже переговаривался с кем-то по телефону. Бросив в трубку несколько слов, он, прикидывая, поднял глаза наверх.

— Мои уже едут. Будут здесь минут через пять. Я схожу вниз, посмотрю, кто там и потяну время до их прибытия.

Матвей кивнул, — Понял. Я с тобой, пожалуй. Мне тоже любопытно посмотреть. И гостей и твоих ребят.

Спустившись во двор, еще со ступенек они увидели три «Гелендвагена» с тонированными стеклами, стоявшие полукругом перед воротами. На пятачке перед воротами стоял десяток крепких, коротко стриженых парней. Все в лучших традициях середины девяностых. Провинция, как всегда, отставала от столицы лет на десять.

Увидев выходящих из здания Семена с Матвеем, прибывшие двинулись к воротам. Подойдя вплотную к ажурной решетке ворот они, молча наблюдали, как Федоров и Бобков не торопясь пересекают двор и подходят к воротам.

— Нехорошо, хозяева, гостей встречаете! — вперед выступил коротко стриженый крепыш. Его серые глаза поочередно впивались в собеседников. Крепыш пытался уяснить, кто из собеседников старший.

Семен невозмутимо спросил Матвея, демонстративно не обращая внимания на говорившего,

— Дружище, ты кого-нибудь приглашал?

Матвей подыграл. Поправив пояс роскошного китайского халата, как барин, только поднявшийся с постели, он зевнул и протянул: — Неа… И переведя глаза на крепыша, довольно нагло, с ленцой поинтересовался, — тебя кто звал, гостюшка?

Крепыш, несмотря на численный перевес, на секунду стушевался. Но вспомнив о маячившей у него за спиной бригаде крепких

парней, он поднял голову и ухмыльнулся. Перед собой он видел недоумка в халате и одинокого здоровяка, стоявших посреди пустого двора. Их разделяло два метра асфальта и ажурные ворота, которые «на раз» высаживались бампером джипа. Симпатичный особнячок, две пустых машины во дворе и совершенно безлюдная округа. Дядьку-охранника в будочке при воротах, в расчет никто не брал. Здание стояло на отшибе, до ближайших соседей тут было минимум пара километров. Шуми — не хочу. Крепышу была поставлена задача прощупать ребят, с целью понять, кто такие. Но коли парни нарывались…

— Эй, придурки, живо открыли воротца. Или мы их сами отопрем.

Придурки даже не почесались. Крепыш махнул рукой водителю, показывая, чтобы тот вынес ворота и посторонился, давая дорогу машине. Напоследок он кинул взгляд на эту странную парочку, продолжавшую стоять у ворот. Придурки тихо переговаривались, смотря мимо него на дорогу за его спиной. Почуяв неладное, крепыш обернулся. С трассы, на дорожку, ведущую к особнячку, сворачивала пара темных минивэнов. Машины, перевалив через бордюр, разошлись в стороны и покатили по газону. Задние дверцы, прямо на ходу отъехали назад и оттуда сыпались сноровистые ребята в черной униформе. Бойцы сразу занимали позицию изготовки к стрельбе из положения лежа. Крепыш разглядел пару пулеметов. Дальнейшее его уже не интересовало. Первая очередь прошла над головами, вышибая тонированные стекла «Гелендвагенов». Переть на пулеметы желающих не нашлось и крепыш первым уткнулся носом в пыльный асфальт, пытаясь сообразить, на что же они нарвались. Остальные попадали рядом.

Через минуту неудачливых гостей выстроили на обочине. Джипы оттащили к трассе и один из пулеметчиков, оперев сошки на капот, деловито высадил в них всю ленту. Крепыш грустно смотрел, как дырявят отличные машины.

Выдав по хорошему пинку на прощание, крепыша с бригадой отпустили. Топая по трассе в сторону Севастополя, обескураженный крепыш злился даже не то, что их так бесцеремонно вышвырнули. Больше всего злило то, что никто из хозяев, даже не удосужился поинтересоваться, кто, собственно говоря, и зачем приходил.

Семена тоже мучил этот вопрос. В отличие от крепыша, он мог транслировать его нужному человеку.

Ответ был краток.

— На хера нам это? Нам еще столько мозолей предстоит отдавить… И нет времени разбираться с каждым. Увязнем. Вопросы нужно решать комплексно. Но попозже.

Семен кивнул.

— Понятно. Я в твою стратегию не лезу. Но несколько парней я здесь на дежурство поставлю. А теперь извини, пойду с ментами за стрельбу пообщаюсь. И дам команду, что бы это убрали. — Он, кивком головы, показал на стоящий в конце аллеи автохлам.

Через месяц, Матвей, находясь в просторном холле Крымской Рады, слушал речь крымского спикера. Он поочередно поглядывал то на экран телевизора, ведущего прямую трансляцию, то в распахнутые двери зала заседаний Крымской Рады. Поверх голов депутатов была видна облепленная телевизионщиками трибуна и пара чиновников на ней, чью уверенную скороговорку транслировал ящик.

«Руководствуясь волей населения, Верховная Рада Крыма, большинством голосов приняла решение, поддержанное кабинетом министров, об объявлении суверенного и независимого государства „Республика Крым“…» «…государственным языком новой страны является русский. Законодательная и исполнительная власть в стране отныне принадлежит парламенту и премьер-министру. Референдум о принятии новой конституции страны и выборы в парламент будут произведены через месяц, с сегодняшней даты»… «…руководство нового государства информирует своих граждан, что власти страны заключили соглашение об осуществлении трехлетней инвестиционной программы, предусматривающей… полную реконструкцию портов Севастополя, Феодосии и Керчи, достройку и ввод в эксплуатацию Керченской АЭС, возведение в Севастополе судостроительного завода и строительство моста через керченский пролив»…