Королева
Шрифт:
– Зачем ты меня позвал? – королева не видела смысла молчать дальше.
– Пока рано, не хочу лишних ушей, как прейдем, все объясню, – король ответил слегка резковато, словно она сбивала его с чего-то важного.
Когда конечная цель их путешествия, стала очевидна для королевы, в ее душе заскреблись нехорошие предчувствия. Его величество вел ее прямо в магическую ловушку. Ее она обнаружила еще вчера, поставили ловушку на день раньше положенного, видимо надеялись на эффект неожиданности, но второй амулет Риша не подвел, она увидела и заклинание и ту паутину что оплетала дорогу не давая шанса случаю миновать спусковые нити. Вчера она ее обошла, а вот как быть сегодня, и сработает ли она на короля, и знает ли он вообще о ее существовании. Может маги или сам король отчаялись ее убить, и теперь он хочет сам проследить за действием заклинания и в случае чего просто добить ее. Ну не может он так целенаправленно вести ее туда совершенно случайно, или может? Просто знает
Чувство опасности вывело ее из раздумий, королева в нерешительности остановилась перед первой нитью, все это время она непроизвольно сжимала амулет. Король успел пройти дальше, он задевал нити, но ничего не происходило, они были рассчитаны на ее ауру, что бы случайный человек не разрядил ловушки. Люди на такое не способны, значит, ставил кто-то из нелюди. Король спустя пару шагов заметил, что Эллис перестала за ним следовать, и застыла посреди тропинки. Непривычно бледное лицо, полное тревоги и раздумий. Сейчас застыв посреди едва заметной тропинки она казалась ему чем-то нереальным, но таким прекрасным, самым лучшим подарком Первых. Он сделает все, что бы защитить ее, казавшуюся такой беззащитной и ранимой в этот момент. Ксаниэлю так непривычно было видеть ее слабость, но именно в эти моменты он ради нее был готов свернуть горы, был готов простить любые прегрешения.
– Что случилось, ты сама на себя не похожу, любимая? – он произнес это со всей теплотой и любовью, на которую был способен. А в следующий момент она от удивления слишком сильно сжала брошь, укололась и непроизвольно отдернула руку. Случайное движение решило все за королеву, рука совсем немного, но коснулась спусковой нити. Король почувствовал сильную эльфийскую магию, от неожиданности он мгновенно узнал самое жуткое заклинание дроу, которое с успехом смогли перенять светлые эльфы. Но сделать он уже ничего не успевал, все еще недоуменно смотрящие на него глаза, расширились в ужасе. А спустя еще одно недолгое мгновение тело любимой обмякло в его руках, в последний момент он успел схватить ее за плечи.
Эллис, раздумывая как ей лучше поступить, совсем не ожидала увидеть своего прежнего мужа, столь сильно ее любящего. А потом она увидела его глаза, любовь в них мгновенно сменилась страхом за нее, она все поняла, чувствовала заклинание, летящее в нее, время замедлилось до предела, но она все равно знала, что не успеет, а если успеет, то на линии заклинания окажется он. Она бы никогда не простила себе, если бы Ксаниэль погиб из-за ее нерешительности, из-за ее недоверия. Они всего лишь играли с магами, пытаясь вывести их на чистую воду, Кэриен никогда бы не позволил никому влиять на короля с помощью магии. Все это она просто поняла в одно мгновение, а уже в следующее боль разорвала ее тело, она не успела даже крикнуть, как провалилась в спасительную темноту. Лишь последняя мысль пронеслась в голове королевы, о том, что он станет достойным приемником, и доведет ее дела до конца, ну а она, зато узнает, что же бывает после смерти.
Ксаниэль не мог позволить ей умереть, сейчас, когда они были в шаге от решения всех проблем, когда не осталось смысла в дурацком пари, когда уже ничего не стояло между ними. Он с нечеловеческой скоростью уложил ее на землю, и запел. Сильнейшая эльфийская магия построена на темпе, ритме, размере строфы и, конечно же, интонации голоса. Он знал заклинание способное остановить разрушительную деятельность того, что ударило ее любимую, и его голос не дрогнет, и не важно, что заклинание находится за пределом его сил и способностей, у него их хватит, непременно, иначе и быть не может. Первые не позволят умереть своей избраннице так быстро. Он верил, что и она справится, что жизненно важные органы еще не задеты, а она сильная, она выкарабкается, потому что тут у нее осталось еще много неоконченных дел, тут остался народ, которому она очень нужна, со всеми ее невероятными идеями и представлениями. Он пел и вкладывал эту веру в заклинание, а мир пел вместе с ним, потому что не мог отпустить ту, что так любила с ним поболтать. Ту, что спрашивала у мира совета, но и не забывала делиться своей радостью, мир очень любил, когда ему радовались чисто и искренне, не смотря на проблемы и неудачи, просто потому, что жизнь достойна того, чтобы ей радовались. Черты лица королевы разгладились, заклинание больше не рвало ее тело изнутри, и она все еще дышала, пусть едва заметно, но дышала, и сердце продолжало биться, пока еще робко, неуверенно, как бы не понимая, что за напасть приключилась. А дальше она справится сама, потому что она сильная и никогда не сдается, даже на пороге смерти.
Король утер выступивший пот, и позволил себе облегченный вздох. Сейчас, когда боль не искажала ее лицо, он заметил на нем улыбку,
ту улыбку, которой она улыбнулась своей последней мысли, и понял, что больше никому не позволит причинить ей боль, никогда. Аккуратно взяв ее на руки, король стремительным и в то же время плавным шагом направился во дворец, теперь ей нужны совсем другие лекари.Темнота… Эллис поняла, что вновь способна мыслить. 'Мыслю, значит, существую', мгновенно всплыло в памяти изречение древнего философа. Королеве стало интересно, это ли, то самое существование бессмертной души после смерти бренного тела, и почему, собственно говоря, так темно.
– Может, попробуешь открыть глаза, – произнес ее собственный голос в ее же сознании.
– А они у меня разве закрыты? – спросил в ответ брат близнец первого голоса.
– Похоже, у меня шизофрения, разговариваю сама с собой,
– тут же вмешался третий. Немного подумав, Эллис решила последовать совету своего первого голоса, и попыталась открыть глаза. Только сейчас она заметила, что чувствует свое тело, пусть плохо, пусть оно почти ее не слушается, но она его чувствует. Веки словно из свинца сделанные, никак не желали подниматься, лишь после десятого усилия ей удалось их разомкнуть. Все вокруг мгновенно залили свет. Где-то на грани слуха, она уловила удивленные вздохи. От света на глазах выступили слезы, и сквозь их пелену стало прорисовываться знакомое лицо.
– Откуда тут быть Ришу? – неподдельно удивился очередной ее голос.
– Это рай, дорогуша и теперь мы будем вместе навсегда, – этот голос явно был ее оптимизмом.
– Ага, размечталась, а может, я еще жива? – а этот настроен еще оптимистичнее.
– Точно прогрессирующая шизофрения, – как всегда безапелляционно изрек голос разума.
– Слава Первым, она пришла в себя! – а вот этот голос явно прозвучал не в ее голове, и так же несомненно принадлежал дракону, чье сияющее лицо она недоуменно наблюдала. Чувства возвращались к ней стремительно, и сейчас она уже чувствовала сильную сухость во рту, про ощущение, что там нагадили коты и упоминать не стоит. Краем зрения королева уловила еще пару счастливых лиц, герцог и король светились, ничуть не меньше дракона.
Эллис попыталась сказать, что хочет пить, но из-за сухости во рту ей не удалось выдавить из себя ни звука, лишь небольшое шевеление губами.
– Воды, она хочет пить, – голос Риша все еще звучал, как не в этой реальности. Интересно как он понял, подумала королева, а потом вспомнила что он эмпат, и с удовольствием почувствовала, как живительная влага наполняет ее рот. Эллис чувствовала себя на порядок лучше, и возблагодарила Первых что у нее ничего не болит, продолжать испытывать ту дикую боль ей совершенно не хотелось.
– А теперь по порядку, все, что я пропустила! – королева едва шептала и голос ее дрожал, но, тем не менее, она умудрилась вложить в него властные нотки. Трое мужчин недоуменно переглянулись. В качестве первых слов спасенной королевы, они явно ожидали нечто другое.
– Похоже, рассказывать стоит мне, а то эти двое от пережитого ужаса в себя еще не пришли. – Сам он тоже едва пережил тот миг, когда увидел почти безжизненное тело на руках короля. Но он не имел права терять от этого голову, поэтому дурные мысли и переживания отогнал развитием бурной деятельности. – Я и сам испугался, когда увидел Ксана с тобой на руках. Но начать стоит еще со времени твоего обращения к народу. Вскоре после него в летней резиденции появился маг, и начал всячески обихаживать нашего короля. Вовремя вставленное слово, фраза, предложение, так он потихоньку стал настраивать короля против тебя и твоей деятельности. Естественно не забывал он и про магию, тут он работал очень тонко, до грубого вмешательства не опускался. Король почти сразу приказал мне не вмешиваться, но глаз с мага не спускать, ну и информацию на него начинать копать потихоньку. Маг был явно школы разума, поэтому за короля я не переживал, его прабабка эльфийка, в свое время его хорошо натаскала против этой школы. Как оказалась, они поставили на короля прослушивающее заклинание. Ксан мне все объяснил лишь перед самым отъездом. Мы решили и дальше играть, что полностью под влиянием магов, а я тем временем выяснял, кто за этим стоит. Ну и в тот день, когда все произошло, я попросил Ксана с тобой поговорить, рассказать ситуацию. Сама понимаешь, мы магов сами схватить не смогли бы, нужна была помощь твоих друзей.
А потом появляется король с королевой на руках, весь дворец в шоке, мы срочно собираем всех лучших лекарей. Пока они вытаскивают тебя с того света, а мы с королем в соседней комнате думаем, как быть, посреди комнаты появляются повелитель драконов и повелитель демонов. Твой приятель Рен обвиняет нас черт знает в чем, Риш умудряется сцепиться с твоим мужем, мы их ели разняли, хорошо, что оба были в шоке, и даже синяков поставить друг другу не успели.
– У меня постоянная связь с твоим амулетом, – неожиданно вступил Риш, – и я сразу почувствовал, что ты на пороге, а при условии, что это был день покушения, сама понимаешь, о чем я подумал. Как только появился Рен, мы сразу к тебе, а когда увидел твоего супруга, не сдержался, ведь это он должен защищать тебя, а не плясать под дудку магов.