Кома
Шрифт:
– Вполне, - ответила я и задумалась. Все правильно в общем, все логично. У него будет достаточно времени, чтобы меня запомнить, когда я буду его вытаскивать. А если мы встретимся в реальности... Он на десять лет старше, я все такая же... начнутся ненужные вопросы и догадки. Да, как ни больно, но с этим условием я буду вынуждена согласиться.
– Когда пойдешь?
– спросил он.
– Думаю, завтра вечером.
– Ну ладно, тогда будь поаккуратней, хорошо?
– Хорошо, зайчик.
Невидимый Иде по привычке чмокнул меня в щеку и испарился, только ветерок прошел по столовой. Я осталась одна со своими мыслями. Надо было хорошенько все продумать... От размышлений меня оторвал только звонок на следующую пару, и я со вздохом потащилась на грамматику.
Весь следующий день я посвятила тщательнейшей подготовке к предстоящей операции.
Оставалось сделать лишь одно - нарыть денег. Для начала надо было вспомнить, какие деньги тогда вообще ходили по стране. СССР еще не развалился, значит, старые советские. Порывшись в старых ящиках, я нашла рублей двести бумажками и кучу мелочи. Еще немного оказалось у знакомых и соседей. В общем-то для тех времен деньги очень хорошие, а мне надо совсем ничего, пробуду я там часов 7, не больше... Закинув кошелек в маленький рюкзачок, я огляделась вокруг и была вынуждена признать, что процесс подготовки окончен. Я прошлась по квартире, проверила газ и свет, сверила часы и стала выставлять данные. Быстренько развернув карту, я отметила в качестве точки назначения железнодорожный вокзал, всего в двух остановках от нужного мне перекрестка. Установила таймер на семь часов с автоматическим возвратом, выставила время и дату прибытия на место и время возвращения домой. Кажется, теперь все. Глубоко вздохнув, я с усилием вдавила сиреневую кнопку в металлический корпус. Как там говорил Гагарин? Поехали? Поехали....
Суббота, 21 апреля 1990г, 15:00.
Я очнулась в здании маленького железнодорожного вокзала. Тело ныло от жесткого деревянного сиденья, в голове - непрерывный саднящий звон. После перехода всегда так, это тебе не через зеркальные ворота туда-сюда шастать... Все казалось таким нереальным, чудным и ... знакомым. Тревожно посмотрела на часы - на дополнительном дисплее уже активизировался обратный отсчет. У меня осталось 7 часов. В 10 ночи мне возвращаться...
Как странно. Мне казалось, стоит лишь очутиться здесь, как все действия будут ясны и понятны... Как же я ошибалась. Я еще не успела выйти из здания, а люди уже косятся на меня, как на чокнутую. Может, я ошиблась в расчетах и одела что-то не то? Да нет, вроде выгляжу ничего, из толпы не выделяюсь... Я встала на остановке и незаметно стала рассматривать окружающих. Через какое-то время я поняла, что во мне так удивило людей - мой взгляд и мои манеры. Слишком свободные, слишком самоуверенные, вот что их смутило. Ладно, если так. Будем смотреть под ноги и изображать из себя скромницу. Да... и маленьких рюкзачков в это время еще никто в глаза не видел. Прокололась я все-таки...
Мне нужно было как следует продумать свои действия. Что у меня есть? Мне известен весь его маршрут до рокового перекрестка, каждый его шаг, каждое движение.
Где-то в три пятнадцать уехал из дому. Три тридцать три - выехал на Рижское шоссе. Три сорок шесть - проехал мимо дома своей тети на вышеуказанном шоссе и помахал ей рукой. Она была последней, кто его видел живым. Без пяти четыре примерно произошла авария. Значит, перехват лучше делать не на самом перекрестке, а заранее, после того, как он помахал тете и до того, как подъехал к перекрестку. Трудное место люди пытаются проехать побыстрее, им не до разговоров и не до странных незнакомых девчонок. Значит, решено, вылезаю за одну остановку до поворота на мост и ловлю его там. Главное - остановить, иначе
все мои усилия окажутся напрасными.Я залезла в автобус, приобрела талончик старого образца и пробила его, не глядя. Через три остановки вылезла, провожаемая удивленными взглядами пассажиров, но не обратила внимания. На часах было без пятнадцати четыре, времени было в обрез. Я перебежала дорогу в неположенном месте и стала думать, как бы мне все это обставить понатуральнее. Пройдя пару десятков метров в сторону перекрестка, я обнаружила боковую улочку, въезд на которую трудно было заметить. Замечательно. Как заправский партизан я засела в кусты шиповника и проверила позицию. Перед моим носом лежало Рижское шоссе. Если посмотреть налево, можно увидеть, хотя и с трудом, домик вышеупомянутой тети. Если смотреть направо, в двустах-трехстах метрах располагался злополучный перекресток. Я глянула на часы - 15:49. Критическая точка приближается, он вот-вот будет тут. Я приняла стартовую позу, вроде тех, что делают бегуны на Олимпийских играх, готовая в любой момент выскочить из-за поворота. Глаза сканировали местность на предмет велосипедистов.
При всем моем внимании я не сразу заметила маленькую фигурку, вынырнувшую из-за грузовичка, а она все приближалась... Когда я наконец зафиксировала взгляд, уже можно было разглядеть, как мелькают спицы на старенькой "Каме". Мое тело давно уже было готово, а мозг ситуацию оценил не сразу, поэтому когда я полетела из-за угла прямо под колеса велосипеда, то не переставляла удивляться - а какого хрена я туда лечу? Вот так мои собственные мозги меня подвели. Слава богу, что я заранее настроила себя на прыжок, и сработал рефлекс. А упусти я его, ничего сделать было бы уже нельзя - мой пункт перехвата был слишком близко к критической точке и по времени, и по расстоянию. А теперь я валялась на асфальте, как лягушка, которую грузовик переехал, и тупо смотрела в небо. Велосипед валялся рядом, на газоне, а его хозяин склонился надо мной и что-то говорил. С не слишком добрым лицом. Итак, первый пункт программы осуществлен успешно. Я его перехватила. Теперь надо подождать, пока через перекресток не проедет роковой "Икарус".
– Ты совсем с ума сошла под колеса бросаться?
– вопил Индре, а это был именно он.
С абсолютно дикой блаженной улыбкой я смотрела на него с асфальта и, скорее всего, выглядела полной идиоткой. Боже, какой же он красивый... Блондин, глаза голубые-голубые... Такой загорелый и такой .... живой..... Идиотская улыбка не сползала с моего лица. Какое счастье... А он злился все больше и больше.
Я привстала, с трудом согнула руки-ноги... Да, тряхнуло меня замечательно. Глянула на часы. Пора.
Я отстранила его слегка рукой:
– Ну-ка, отодвинься, я дорогу не вижу.
– И так понятно, что не видишь. Если бы видела, не валялась бы под колесами!
– Ага, - согласилась я, - но все равно ты мне вид загораживаешь. Лучше бы встать помог.
Нехотя он помог мне подняться, и я, сверившись с часами, вперила взгляд в перекресток. Вот он, тот самый "Икарус", рейс "Рига-Пярну", вон он на светофоре стоит. А раз стоит, значит все готово. Авария должна была произойти когда автобус тормозил, а Индре поворачивал. Выходит, критическая точка пройдена, и началось новое будущее. Для верности я подождала, пока автобус не проедет мимо меня и не скроется по направлению к центру, а затем отряхнула коленки и нагло заявила:
– Все, можешь ехать.
– Куда ехать?
– завопил он.
– К другу на день рожденья.
– ответила я, не задумываясь.
– На таком велосипеде?!!
– взвыл Индре. И вправду, вид у транспортного средства был не ахти. Переднее колесо восьмеркой, руль согнут. "Вынужденно переквалифицировались в пешеходов" - вспомнилась мне строчка из статьи конца девяностых. Воистину. Аминь.
Какое-то время он продолжал ругаться, как вдруг застыл:
– Куда ты сказала?
Мои глазки сразу забегали.
– Что?
– Откуда ты знаешь, куда я еду?
Черт, за языком не уследила...
– Э... мне так показалось, - промямлила я.
Пора смываться, ежу понятно. Чем меньше я буду говорить, тем меньше буду путаться и тем меньше буду воздействовать на будущее... Пора смываться, Кей...
Я сгребла с земли рюкзак, пробормотала нечто нечленораздельное и опрометью бросилась обратно в кусты, оттуда вылетела на улицу 9Мая и почесала к центру, только пятки засверкали. Индре было бросился за мной, но пробежав пару шагов, остановился, постоял немного, еще раз выругался и вернулся к разбитому велосипеду.