Чтение онлайн

— Нечего плохого не делал, говоришь! — взревел мужчина, так, что я аж вздрогнула. — Ты точно еще не в себе! Он отнял у тебя твою жизнь, твоих близких, твои воспоминания, твою силу! Из—за него погибла наша дочь! Трехмесячный, не в чем неповинный малыш! У твоего отца сердечный приступ случился, пока он ее тело по кустам, по кусочкам собирал, верховный жрец, полный еще сил мужик, последние два года, не пил, не ел сам. Под себя ходил! Только знай себе колыбельную, вам напевал, в небо смотря. А тебе он нечего не сделал! Красота! Да имел он тебя как куклу резиновую, подсмеиваясь

над нами, над всеми в душе и властью своей упиваясь.

Влад не лгал, я это ощущала четко. И мое сердце разрывалось от боли и горечи. Как же больно, как тяжело, как непросто! По щекам текли горькие слезы отчаяния.

— Все равно не хочу! Не хочу войны! Не хочу воевать! не хочу убивать!! Не заставляй, пожалуйста! Умоляю! — Я приподнялась и схватила Влада за руку, — Вы ведь братья! Вы ведь одной крови! Не надо! Грех!

— Хорошо, хорошо. Моя девочка. Как скажешь! Не буду больше! Прости меня родная.

Ласково погладив меня по голове, Влад уложил, меня в постель и поцеловал в лоб.

— Спи моя сладкая. Отдыхай. Тебе нужно набираться сил.

На меня тут же навалилась дрема и уже через несколько секунд я крепко спала. Проснулась резко, будто кто под бок толкнул. Я даже огляделась вокруг, в поисках того, кто посмел прервать сон. Но в комнате никого не было. А вот в соседней комнате слышались голоса. Сейчас разговаривала, кажется, свекровь.

— Дубина ж ты, а! не мог несколько дней подождать! Отварами попоить, ауру почистить, в койке с ней наваляться досыта! Присушку сделать, в конце концов!

— Не хочу! Я не он! Все должно быть естественно!

— Внимательно смотрите за тем, что б инвалид их в себя не приходил, если он с ней свяжется ментально, весь наш план коту под хвост.

Мое сердце ухнуло куда—то вниз от ужаса. Боря уже здесь? Но как?! Я же разговаривала с ним ментально, только вчера вечером! Он, конечно, собирался, но не мог же так быстро?

Или случилось что—то другое за эту ночь? Его похитили? И именно поэтому Вадим один был на стройке. Пришел за братом по требованию? Интуиция настойчиво подсказывала этот вариант. Но как похитители проникли на территорию санатория и умыкнули Бориса? Неужели в стае есть еще предатели?

— Боже! Боренька, где ты? Как ты?

— А сейчас, иди к своей женушке, — продолжала свекровь, — отлюби так, что б ни одной связной мысли в голове ни удерживалось. Подарки дари, дуркуй как влюбленный юнец. Ужин сам приготовь. Соглашайся со всем, что она говорить, восхищайся ее благородством, скажи, что ты все переосмыслил, что понял, что ее возвращение — это знак от богов, что вражду нужно прекратить, и ты первым более не тронешь Лютичей.

— Она же лож чувствует. — Возразил Влад.

— А ты в постели говори, вина моего выпейте чуток, и оба, в сказанное верить будете.

Дверь хлопнула, свекровь, ушла.

А я, поспешила претвориться спящей.

Оба верить будем, говоришь? Что ж, отлично!

Я легла и отвернулась к стенке, притворяясь спящей. Влад вошел в спальню минут через 5. Я повернулась к нему лицом, все еще не открывая глаз, зрение

и не нужно. Слышу хорошо. Вот подходит к столу, ставит поднос. Встает передо мной на колени, облокачивается о кровать. Берет мою руку в свои теплые сильные, натруженные ладони, подносит к своим губам, покрывает мелкими поцелуями, дыхание учащается.

— Как же я тебя ждал любимая! Если бы ты только знала.

Тихо шепчет и вздыхает так надрывно, словно ком в горле мешает. На мои пальцы падает капля, он, что плачет?!

А ведь то, что ты вернулась, и правда великая милость богов! Сама Мара — матушка вернула тебя мне, видя мою любовь и тоску! К бесу лысому мамашу! Сам разберусь!

Мужчина решительно встает, забирает поднос и уходит.

Неужто и правда, Мара — матушка просветила?!

Влад не приходит долго, но в доме тишина, пельмени, что ли, доделывать сел? Слабость еще жуткая, мыслить ясно не могу. Закрываю глаза, засыпаю мгновенно.

Будит меня потрясающе вкусный запах, свежих оладий с яблоком, мои любимые! Живот сразу начинает урчать.

Встаю, заправляю кровать, иду на кухню. Влад у печи, печет оладьи.

— Ммммм! — Сладко мурлычу я, — Этот аромат и мертвого разбудит!

— Тьфу, на тя! Мертвых нам не надо! Оладьи — пекутся во имя Великой богородицы Лады — матушки матери царицы ночи и других богов великих, Лада, покровительствует счастью в семьях. Я решил отблагодарить ее за твое чудесное возвращение. Чтобы у нас с тобой все было с миром, ладом да по совету.

— Принес жертву—то уже?

— Позже вместе пойдем. Ты прости меня, за то, что накричал, я просто жутко испугался, что вновь потеряю тебя. Ты ведь реально умирала. То, что Вадим для тебя хороший тоже понимаю. Прошлого ты не помнила, про свое настоящие, он тебя понятно дела не рассказывал. Я искренне ему благодарен, за то, что он заботился о тебе, судя потому, как ты отозвалась на его боль, связь у вас, искренняя и крепкая. Хоть мне чертовски больно это признавать.

— Не надо об этом.

Я подошла к мужу со спины, обняла за плечи. Он аж вздрогнул. Явно не ожидал. Я добила поцелуем в шею. И быстро украла горячую оладушку с тарелки.

— Они мне все дороги по—своему, а трое на одного это просто подло. Что он делал один на стройке? Чем заманили? — Как ни в чем не бывало, поинтересовалась я.

— А, за что он Боре позвонки переломал, и блок на исцеление поставил? — Проигнорировал мой вопрос Влад.

— А я с ним спала!

Честно призналась я. Смысла врать нет. Либо сам Влад, либо его мать, рано или поздно, посмотрят его прошлое, если уже не посмотрели,

Влад аж оладушку на пол уронил.

— Серьезно?! Не думал, что Боря такой идиот! За такое и убить можно запросто!

— Видать, охота, пуще неволи была. — Пожала я плечами.

— Он, что силой тебя взял? — Влад резко обернулся ко мне, его глаза пылали яростью.

— Нууу! Не совсем! Он напугал меня, но в итоге я не сопротивлялась, Влад, в постели грубый и жуткий эгоист.

— Понятно, изнемогала от неудовлетворенности бедняжка моя. Как Вадим тебя наказал?

— Напился и влепил пару пощечин.