Чтение онлайн

Пилон прищурился:

— А по какому поводу нас пригласил Фифнир?

— Мне знать не положено. Я охрана, — сообщил волк. Чихнул, мучительно затряс головой, и начал чесать лапами нос. Его напарник меланхолично добавил:

— Если сами не пойдете, будут проблемы. Которые не нужны. Только сам Фифнир знает, что и от кого хочет. Так что, давайте-ка шевелитесь. Воняет тут.

"Воняет!" — я мысленно поворчал, но вслух не решился. Звери внушали опасение. Они не серые фекские волки, а разумные, значительно более сильные, хотя не очень умные, похоже. Раз снежные хищники состоят в охране преступника, то не корзины вяжут в свободное от работы время. Пилон, наверное, рассуждал также, потому что мотнул головой и двинулся за первым из волков. Второй волк шел по пятам за

мной. В таких "клещах" мы с конем медленно плелись по улице. Когда дом перпедля исчез вдали, а вонь окончательно рассеялась, волки оживились. Они прибавили ходу и гораздо бодрее потрусили по улице. Так мы добрались до окраин города, а дальше дорога снова пошла через лес. Бежать стало трудно, потому что тропы как таковой не было, а гора поднималась крутыми склонами. Но скорости волки не снизили, и пришлось поддерживать заданный ими темп. К тому моменту как мы по кругу обежали город через лес до южных ворот, я окончательно выдохся и кроме стука в ушах ничего не слышал. Продираться сквозь чащу зверюшке моих размеров нелегко, так что видел тоже немного. Поэтому когда неожиданно мы оказались на площади, я естественно несколько растерялся. Круглая, выложенная оранжевым ракушечником, она венчалась белоснежным массивным зданием. Дом, окруженный железным, состоящим сплошь из завитушек забором стоял одиноко, но величественно. Все другие постройки жались где-то в стороне. Долго гадать не пришлось, я сразу понял, что белый дворец и есть скромное пристанище Фифнира. Волки забежали в открытые ворота, мы последовали за ними. Перед широкой лестницей хищники остановились. Один из близнецов остался с нами, второй побежал вверх по ступеням и скрылся в дверях. Все еще тяжело дыша, я пытался осмотреться, так сказать, заранее подготовиться к отступлению. Пилон стоял со скучающим видом и как назло, совершенно не выглядел утомленным.

Наконец, волк сидевший рядом глухо произнес:

— Идемте, — поднялся и медленно потрусил к лестнице. Я задумался, пройду ли в предложенную дверь. Пилон, цокая копытами по камням, шел нарочито неспешно, всем видом демонстрируя независимость.

В дверь я, разумеется, прошел. В городе, где бок о бок живут разные существа, такие проколы не совершаются. Дом Фифнира показался мне любопытным образцом архитектуры. Сначала шли по длинному коридору, стены которого некто и неизвестно из каких соображений выкрасил в ярко красный цвет. Показалось, что это часть внутренней стены, опоясывающей дом по окружности. В конце коридора уперлись в массивные двери. Они беззвучно открылись, и мы попали во внутренний дворик.

Вымощенная светлым ракушечником площадка, беседка, увитая зеленью, сквозь которую едва пробивались лучи солнца. Фонтаны с прозрачной голубой водой, плоское и широкое возвышение посредине двора, с горой полосатых подушек на нем. Чинно бродят толстые птицы с длинными, волочившимися по земле разноцветными хвостами. Похожие на феков человечки, маленькие, но все же побольше моего зеленого знакомого, занимаются домашней работой. А их тонкие как тростинки самочки резво носятся с различными блюдами, подносами и кувшинами в руках.

Несколько серых волков проводили нас ленивыми взглядами, развалившись в тени у стены. Мельком я видел и других странных существ. Когда мы вплотную подошли к возвышению, белый волк запрыгнул на него и потрусил к брату. Они обнюхали друг друга и гордо сели по обе стороны от полосатого ковра. С него на нас взирал Фифнир. Зверь черный как безлунная ночь. Огромный, по меньшей мере, в два раза крупнее белых собратьев. Его холодный, неподвижный взгляд внушал мне некую неуверенность в собственном будущем.

— Так…это вы и есть?

— Смотря кого, ожидал увидеть, — великодушно ответил Пилон. Поскольку я знал, как он расценивает пренебрежительное отношение к своей персоне, то был великодушный ответ. Тут вспомнился недавний разговор с конем, и то, что он якобы знаком с Фифниром. Интересно, почему тогда они разговаривают так, словно и не знакомы?

— Наслышан о тебе, Пилон Черный Четвертый. Каким же ветром задуло в мой город?

"Ого, — подумал я, — очень скромно, конечно". Однако

Фифнир знал больше, чем мне бы хотелось. И это нервировало куда больше красного коридора.

— Я тоже наслышан о тебе, Фифнир. Ты…

— Эээ, ладно, хватит формальностей, — лениво прервал волк. "Гм, — подумал я, — сумел поставить на место Пилона. Ого. Это мало кому под силу". Фифнир зевнул, — ближе к делу. Я получил кое-какие сведения от Матильды. Ну, к тому же это ваше послание только что. Так что, не будем жевать жвачку, ибо мы хищники, а не коровы. Кому я должен верить? У меня другие сведения об ожерелье.

Я напрягся. С этого момента лучше быть внимательнее. Речь пойдет об Осирисе. Пилон задумчиво пожевал губу.

— Ну, к делу так к делу. Ты знаешь Осириса? Того самого, с разноцветными глазами?

— Первый раз слышу, — любезно ответил волк, обнажая в подобии улыбки пасть полную острых зубов.

— Да ладно, Фифнир. Прекрасно знаю, в этом городе незамеченной ни одна мышь мимо не проскочит. А тут волкодлаки бродят толпами, слухи, известный вор-неудачник. Хотелось бы знать, неужели тебя совершенно не интересует предмет?

— Что ты хочешь? — волк задумался, — я могу сдать вас властям или волкодлакам, все равно кому, прямо сейчас. Но делать этого не буду, потому что существует небольшая проблема. Да, Тильда сказала, что вы абсолютно точно знаете, где оно. Но она не смогла понять, где именно, хотя очень старалась. А она один из лучших моих агентов. Стало быть, торговля того стоит. Ну?

— Осирис, — сказал Пилон. Я подумал, что разговор получается совершенно бессмысленным.

— В чем подвох? — поинтересовался волк, склонив голову набок.

— Никакого подвоха, — Пилон даже выглядел оскорбленным.

— А подросток, какое он ко всему этому имеет отношение?

— А что сообщают твои источники?

— Это платная информация, — сухо отрезал Фифнир, становясь нелюбезным, — но, что-то вы намутили ребята.

Я чувствовал себя совершенно неуютно. Волк знал. Что-то очень важное, но делиться не собирался. Бесплатно. Я открыл пасть сказать, что готов заплатить, но увидел Тильду. А потом вспомнил, что платить нечем. Кошка прошла мимо одного из снежных волков и села на краю возвышения. Ее глаза весело поблескивали, но она не издала ни звука.

— Мы говорили о небольшой проблеме, — напомнил Пилон. Фифнир кивнул:

— Да. Кикмара.

Конь сделал шаг назад и нахмурился:

— Уверен?

— Вполне, — волк вздохнул, — У меня был заказчик. Он решил подстраховаться и сказал, что напустит на город кикмару. А я очень не люблю, когда меня пытаются заставить что-либо делать. Решил расторгнуть сделку. Но кикмару не так легко уничтожить. Ты из лучших магов, так говорят. Уничтожишь проклятье, получишь Осириса. А за ожерелье, расскажу кое-что забавное о твоем маленьком друге. Думаю, будет интересно. Он ведь сын стража, если не ошибаюсь, а?

Я с трудом удержался от нервного икания. Зараза эта Тильда, все растрепала. Пилон кивнул и произнес:

— Одно только. Прежде, чем заключим договор, хотелось бы увидеть предмет соглашения.

— Мне тоже, — сухо сказал Фифнир, глядя прямо в глаза Пилона. Конь тихо заржал и его стоящие торчком уши зашевелились:

— Нет, не та ситуация. Мы говорим о кикмаре. Я знаю, на что способна эта зараза, видел ее в действии. А ты? Что касается ожерелья, совершенно другой предмет торговли, а? Секрет на секрет. Я должен быть уверен, что Осирис жив и здоров. Иначе нет смысла торговаться. Может, ты убил его.

— Я похож на психа? — Фифнир приподнял верхнюю губу, и сидящие по бокам белые волки тихо зарычали. Пилон и ухом не повел. Фифнир показал краешки клыков, но потом добродушно фыркнул и ответил: — Любой знает, разноглазый опасен своим проклятием. Мы верим в такие вещи, и не спешим проверять. Миры радуги, знаешь ли, странное место.

— Значит, если ты покажешь Осириса, и мы убедимся в этом, твой авторитет только вырастет.

— Не увлекайся играми, — рявкнул Фифнир. Белоснежные волки поднялись со своих мест и сделали шаг вперед, ощеряясь. Главарь зарычал, а потом вяло плюхнулся обратно, — Тильда, приведи Осириса.