К.С.В...
Шрифт:
Но договорить он мне не дал. Обхватив мое лицо ладонями, он впился мне в губы поцелуем и отпустил лишь тогда, когда у меня от недостатка кислорода уже кружилась голова. А может она кружилась от его поцелуев. Так что ничего удивительного, что мгновение спустя я вновь лежала навзничь, а он, нависая надо мной, прокладывал дорожку из поцелуев от моих ключиц куда-то вниз.
Я чувствовала его каждой клеточкой тела, каждым вздохом души. От него шла волна счастья и любви такой мощи, что мне казалось, будто следующий удар моего сердца будет последним. А еще нежность и желание. И последнему чувству, я решила отдаться целиком, без остатка, потому как оно вмиг овладело и мною.
***
"Теперь я точно ненавижу эту вещь...", - была моя первая мысль, прежде чем Влад, мягко не переложив меня на подушку рядом с собой, не поднялся и не пошел искать это противное средство связи.
"Прости, но это Аня. Если я не отвечу, она так и будет названивать, и боюсь потом не только по телефону."
– Да, Аня, - ответил он на вызов.
– Ты что-то хотела?
– он обернулся и, улыбаясь, шагнул обратно ко мне.
– Что за вопросы? Нет, сегодня я никуда не пойду. Десять минут на что?
– он присел на кровать рядом со мной и, взяв в свою свободную руку, мою ладонь начал мягко перебирать ее пальцами.
– Ты знаешь, что ты извращенка, каких свет не видывал?!
– неожиданно рассмеялся он.
– Нет, Алек не позволял себе подобного. Знаю я твое "случайно". Знаю я твое "одним глазиком". Откупиться хочешь? Поросенок ты. Хорошо, так и быть. Через полчаса. Не твое дело. Да, с грибами и шпинатом. А эту гадость оставь себе. Нет, дома съешь. Я сказал дома!
– выпустив мою руку из своего захвата, он потянул на себя одеяло, прикрывавшее мою грудь и живот, после чего потерся о кожу последнего носом. Я задрожала.
– Черт, Аня, - выдохнул он мне уже в грудь, и я выгнулась навстречу ему, зарывшись руками в волосы, - скажи еще, что и родители уже тоже в курсе, - он замер, приподнявшись и, улыбаясь, глянул на меня.
– Надеюсь, ты шутишь. А у меня есть шанс избежать этого?! Почти убедила. Черт с вами, все равно не отстанешь ведь. Полчаса. Пока, Аня.
И он, тут же выключив, отбросил телефон в сторону, и, опершись руками по обе стороны от моей головы, прошептал:
– На чем я остановился?
– Что она хотела?
– улыбаясь поинтересовалась я, уже и без того догадываясь, что о спокойном сне в его объятиях можно позабыть.
– Она переживает, что мы с тобой тут скоро скончаемся от физического истощения и голода заодно. Предложила поработать курьером и одновременно пожирателем пиццы. Простое слово "нет", в ее словарный запас, Матушка Природа видимо вложить позабыла. Уж, прости. Но поверь мне, проще пережить их нашествие сегодня вечером, чем если у нее будет ночь на обдумывание зловещих планов, которые она не преминет воплотить в жизнь в особо зверской форме на следующий день.
– Их?
– уточнила я.
– Когда она ограничивалась только своей скромной персоной, при малейшем намеке на вечеринку, я уж и не припомню, - закатил он глаза.
– Алек с Машей подъедут чуть позже.
– Ой, Машка, - вырвалось непроизвольно у меня, - я так по ней соскучилась.
– Я так и подумал, - потерся он носом о мою шею.
– И все же я по тебе соскучился больше. Слов не хватит, чтоб описать насколько, - и он плотнее прижался ко мне.
– Ненасытный, - рассмеялась я, тут же оценив безмолвный крик его тела взывающего к моему.
– Кто там что-то говорил про полчаса?!
– Уже видимо меньше, - лизнул он меня в шею.
– Тогда в конце придется немного ускориться, - блаженно выдохнула я, пока он исследовал губами мои ключицы.
"Колючий какой...", -
подумала я прежде, чем смогла остановить себя."Извини...", - замер он.
"Нет, мне нравится. Правда. Просто ... непривычно...", - отозвалась я.
– Тогда я еще немного побуду колючим, в виду того, что нас ограничили по времени, - мягко рассмеялся он.
– Но за весь причиненный урон ты сможешь выставить мне счет позже.
– Урон и вправду велик, - смеялась я, чувствуя вибрацию от его воздействия на мое тело.
– Мне видимо предстоит скоропостижная смерть от щекотки. Ай, Ладь хватит, - уже хохотала я, потому как он провел своим подбородком у меня по самому низу живота, но и этого ему показалось мало и мгновение спустя по моим ребрам как по клавишам рояля пронеслись его пальцы.
– Ой, черт, Ладя! Прекрати! Я щекотки боюсь!
– Я знаю, любимая, - атака на мое тело была прекращена столь же молниеносно, как и началась. Он замер вглядываясь в мое лицо и я вновь поразилась силе чувства достигшей моего сердца без сомнения идущего из его собственного.
– Что-то не так?
– испугалась я, уловив легкую горчинку, как шлейф от накрывшей меня мгновение назад эмоции.
– Просто я все еще сомневаюсь, что все это реальность, - на миг его лоб пересекла морщинка неуверенности и задумчивости.
– Пока ты спала, я боялся даже пошевелиться и отвести взгляд. Мне казалось, что стоит мне отвернуться и ты исчезнешь.
У меня вновь кольнуло сердце.
– Прости меня, - прошептала я.
– Я...
– Шшш..., - его пальцы накрыли мои губы и я зажмурившись, поцеловала их.
– Прощение просить нужно не тебе, а мне. Я был слишком самоуверен и от этого слеп. Любовь и вправду ослепляет. И обжигает. Никогда в жизни я не чувствовал себя таким потерянным и одиноким, как в момент когда ушла ты.
– Ладь..., - меня уже во всю терзало чувство, которое, как я знала, властвовало у него в груди. Вот только имя ему я пока не могла подобрать.
– Ты слишком великодушна, честна и светла для меня. Я и правда не знаю, чем заслужил это счастье. Счастье быть рядом с тобой.
– Ладь, не надо, - я чувствовала, как его слова поднимают у меня со дна души что-то что вот-вот вырвется наружу посредством слез.
– Я ранила тебя и сбежала. Я...
– Не говори ничего, - он вновь накрыл мои губы своими пальцами. Боже, как же я любила его пальцы. Как же я любила этот глубокий взгляд. Как же я любила его. Но так долго не верила в то, что это возможно.
"Я люблю тебя", - произнесла я.
– "Но пожалуйста, больше не делай мне так больно. Ты единственный человек на земле, кто способен ранить меня так глубоко в сердце. Второй раз я этого не переживу."
"Прости меня", - его взгляд добрался, кажется, до самых потаенных уголков моей души.
– Я никогда больше...
– Шшш...
– прервала я его на полуслове, неловко закрывая рот своей ладонью.
– Никогда не говори "Никогда" и "Вечность". Думаю даже для хранителей это слишком неподъемные понятия, особенно когда дело касается человеческих чувств. Просто помни о том, что я тебе сказала, хорошо?
В ответ он накрыл своей ладонью мою, все еще покрывающую его губы, и, поцеловав ее, медленно кивнул.
– И могу я у тебя попросить еще кое-что?
– спросил тихо, но твердо он, разглядывая мою правую руку, все еще удерживаемую им.
– Что?
– как я не старалась, небольшая нотка страха просочилась у меня в интонации.
– Только если сомневаешься сейчас, не говори сразу "нет", просто подумай, хорошо? Можешь сказать мне завтра утром, если хочешь. Просто именно сейчас мне не хочется разрушать этот прекрасный, сказочный сон, где я пока всей душой верю в "вечность" и осознаю силу "никогда".