Ижак
Шрифт:
Как только она была одета, чтобы выйти на улицу, она положила руку на ручку двери и взглянула на него. Он скрестил руки на груди и уголок его рта дернулся. Он смеялся над ней?
— Я ухожу прямо сейчас. — Она повернула ручку, но дверь не открылась. Она чувствовала холодный воздух с другой стороны и не хотела выходить в него. Но какой у нее был выбор?
— Я вижу. — Он взял свою тарелку, которая теперь была полна еды, и сел за стол. Он начал есть, как будто ее уже нет.
Вздохнув, она открыла дверь, и холодный воздух настиг ее. Она вышла на крыльцо и захлопнула за собой дверь. Кем он себя возомнил? Она никогда в жизни не встречала
Снег был глубже, чем вчера, и огонь ее гнева горел только до половины пути по дорожке, ведущей к дороге. Ее желудок выбрал этот момент, чтобы указать, насколько глупой она была. Половина чашки кофе, который она выпила, не заполнило ее живот, и память о его тарелке, набитой беконом, яйцами, жареным картофелем и тостом, изводила ее. Она остановилась и вздохнула.
«Тебе просто нужно было обидеться, не так ли? Ты не могла дождаться, пока поешь, и снег почистят, прежде чем уйти в порыве ярости. Он засранец, так что смирись с этим. Ты не обязана быть с ним близкими друзьями, ты просто должна оставаться в теплом и сухом месте». Ее голос прорезал тишину вокруг нее, и она взглянула на хижину. Она собиралась вернуться туда. Он, вероятно, посмеется над ней, но она это заслужила. Она всегда делала такое дерьмо, уходя наполовину взведенной и сожалея об этом позже.
Она повернулась и пошла обратно к хижине. Она не собиралась позволить ему обижать ее. Он был грубым, но она должна быть выше этого.
«Кажется что-то пошло не так». Ижак покачал головой, глядя на дверь, в которую выбежала Джулия. Он должен пойти за ней, так как сельская местность не была пригодна для путешествий. Когда он потерял контроль над собой до такой степени, что выгнал ее в неприветливую погоду? Это была не ее вина, что звук ее голоса творил с ним такие вещи, о которых он не хотел думать, что он забывал из какой семьи она пришла.
Когда женщина вошла на кухню раньше, выглядя взъерошенной от сна, он знал, что у него проблемы. Это заставило его увидеть в ней потенциальную пару, а не опасного врага, которым она была. Он не мог забыть, что женщина, которая стояла на кухне, смотрела на него своими бездонными голубыми глазами и говорила с ним медово-шелковистым голосом, имела в своей комнате арбалет, которым можно убить дракона. Всего один промах с его стороны и он бы умер на полу с болтом дракона в сердце. Он найдет женщину, с которой можно спариться, но это не может быть Джулия. Риски слишком велики.
Он наколол кусочек жареной картошки и засунул его в рот. Почему клан Робиллард не мог рожать уродливых женщин с голосами, как кричащие гарпии? Многие драконы не встретили бы своей смерти, если бы их не заманили в ловушку эти женщины, как парусники, потянутые к их гибели приманкой зова сирены. Женщины иногда были самыми жестокими из них.
Возможно, это было частью очарования. Красивая женщина, достаточно сильная, чтобы противостоять дракону, была сильным искушением. Большинство драконов хотели передать эту силу своим детям, но, к сожалению, все розы Робиллард, которые были сорваны в прошлом, имели смертельные шипы.
Ижак вздохнул и отодвинул тарелку. Он мог искать оправдания, которые хотел для себя, мог обвинить ее во всем, но он был ответственен за то, что только что произошло. Она тревожила его, и в результате он был груб. Женщина была привлекательной и казалась милой женщиной, и не заслуживала
того, чтобы испытывать на себе его злой нрав.Ижак отодвинул стул и встал. Он пойдет за ней и попытается заставить ее вернуться. В то время как ее семейные узы представляли для него опасность, для нее большую опасность представлял снег. Ижак хотел, чтобы она ушла из его жизни как можно скорее, но он не был настолько жесток, чтобы желать ей зла, когда женщина ничего ему не сделала.
Он поднял тарелку со стола и дверь хижины открылась. Джулия вошла внутрь, и он посмотрел на нее. Ее щеки были розовыми от холода, и капли быстро тающих снежинок усеяли ее волосы, как жемчуг. Она посмотрела на свои ноги, и Ижак заподозрил, что некоторые цвета на ее лице были от смущения. Она не должна чувствовать себя так, поскольку он был тем, кто выгнал ее из хижины.
— Не похоже, что я собираюсь оставить тебя в покое сегодня, но я обещаю, как только смогу — уйду, — сказала она, глядя в пол.
Ему стало стыдно. Это была не ее вина, что, когда он впервые встретил ее, искра надежды зажглась внутри него, что она может быть тем, кто разрушит проклятье, нависшее над ним. Глубокое разочарование теперь сидело внутри него, когда эта надежда была разбита видом арбалета, убивающего дракона. Она заслуживала лучшего обращения, чем он оказывал ей до сих пор.
— Я хотел бы извиниться за свое поведение. Я не самый общительный человек, и обычно не развлекаю гостей. Я был груб и мне очень жаль. Заходи и разбирай свои вещи. Я положил твою тарелку в духовку, так что, по крайней мере, твоя еда все еще горячая.
Ижак отвернулся и положил тарелку на стойку. Позади него раздался шорох одежды. К счастью, оказалось, что она была готова принять оливковую ветвь, которую он протягивал. Они застряли друг с другом на ближайшее будущее, и ситуация станет лучше, если они проявят понимание.
Ему нужно вести себя как цивилизованный человек, каким она его считала. Короткая вспышка сварливости, ранним утром может легко объяснить, но, если это затянется, Джулия может начать задаваться вопросом, каким человеком он был. Последние, что ему нужно — это вбить ей в голову идеи, которые привели бы к правде о нем.
— Я тоже должна извиниться. Я вела себя как ребенок. Ты имеешь полное право быть в любом настроении, ты находишься в своем собственном доме. Я знаю, что мое присутствие здесь — вторжение в твою частную жизнь, и я постараюсь держаться от тебя подальше.
Ижак схватил кухонное полотенце, которое висело на стойке у плиты, и использовал его, чтобы вытащить ее тарелку из духовки. Он хотел, чтобы женщина тоже держалась подальше от него в течение небольшого количества времени, пока она была здесь? Не так уж трудно смотреть на нее и, возможно, учитывая возможность, они могли бы вести приятные разговоры. Ижак приехал сюда в одиночестве, но теперь, когда она здесь, мог бы сделать все возможное.
— Почему бы нам не начать сначала? Мы оба застряли здесь, пока снег не почистят, так что мы могли бы сделать все возможное для спокойного времяпровождения. Хижина слишком мала для нас, чтобы избегать друг друга. — Ижак повернулся с тарелкой в руке и поставил ее перед ней. Джулия взяла вилку, которую бросила, когда выбежала и стала есть. У нее был здоровый аппетит, и он был горд, что смог доставить ей удовольствие, даже если это была просто еда. — Хочешь еще кофе?
Ижак не дождался ее ответа и взял ее кружку, выливая гущу в раковину. Ему нужно было что-то делать, чтобы не пялиться на нее, как будто он никогда раньше не видел женщину. Что с ним? Он уже не раз в своей голове прокручивал это. Джулия не предназначена ему.