Искра
Шрифт:
— Крогвин… Кусор? — Ильвис вскинул одну бровь, — Этот чокнутый кобольд привлекает к себе слишком много внимания, — мужчина поджал губы, — А откуда ты вообще его знаешь?
Фальвир улыбнулся:
— Во время Второй войны кобольды были нашими союзниками, ты не помнишь? — Ильвис закивал без энтузиазма, закатывая глаза, что значило, вероятно, «ну где же еще, как не на войне». — На самом деле, что он чокнутый, говорят про него только сородичи, потому что он думает совсем не как они.
Ливелла передернула плечами:
— Терпеть не могу подземелья.
— Тогда тебя поселим в части города, что на поверхности, а сами… Ну уж как придется, — Ильвис засмеялся, за что получил от охотницы
— У них есть маги? — Вэл немного оживилась.
— Честно говоря, я не уверен. Они немного… — Фальвир задумался и почесал подбородок.
— Другие. Он хочет сказать, что они другие. — провидец стряхнул крошки с рубашки, — У них женщины-гадалки, мнят себя прорицательницами, говорят, что связываются с душами умерших и прочую ересь, — Ильвис явно не испытывал никакого удовольствия от того, что его могли бы поставить с ними в один ряд, — В Нуд без конца тянутся толпы тех, кто не смог примириться с потерей, все надеются, что гадалки сотворят чудо и вернут к жизни кого-то, кто был им дорог.
— Разве это возможно? — волшебница округлила глаза. Она подумала о подруге, что та, возможно, получив ответы на свои вопросы могла бы успокоить свою душу.
— Это чушь! Такого не бывает. Может, они фокусничают. Разве страдающему много надо? Выведывают, а потом устраивают представление, шарлатаны. — Он будто бы поставил точку в этом обсуждении. Валиера не стала давить, и замолчала. Лив, кажется, тоже загрустила, возможно, она на что-то понадеялась. — Зачем нам вообще в Нуд? Джиор нас бы приютил. Перед отъездом я успел написать ему. Когда бы ни пришли, он заберет нас.
— Потому что это — предсказуемо. — Фальвир принялся расхаживать из стороны в сторону, как всегда делал, когда думал. — Сейчас мы туда просто не доберемся. Я лично отдавал распоряжения об усилении патрулирования той области, еще до всех этих событий. Там в три раза больше отрядов, чем где-либо. — он остановился, словно его озарила идея, но он, отбросив ее, опять зашагал, — В Моренла пока идти тоже нет смысла, хоть это и было бы правильно. Из гавани можно добраться куда угодно, но…
— Проблема в том, что нам некуда идти, — закончила за него Ливелла. — Вы не особенно рассказывали, зачем мы вообще куда-то едем. Но, очевидно, планы поменялись. Иначе бы не высиживали неизвестно что в этом дрянном лесу.
— Это так, Лив, — Ильвис взял ее руку в свою, — Мы хотели помешать возможному мятежу, не привлекая внимания, чтобы никто не пострадал. Но, как видишь, сами стали предателями, хотя ничего подобного не планировали. — Фальвир многозначительно посмотрел на друга, подталкивая его говорить и дальше, — Я кое-что увидел, и предположил, что угроза так же возможна и от людей. Что-то есть у них, что убивает магию, в чем бы она ни проявлялась. — мужчина перевел взгляд на Валиеру, — то есть, любого эльфа, эсилла, кобольда и прочее.
— В Моренла можно было добыть информацию, потому что там бывают все, — Фальвир продолжил за друга, — В вольном городе все знают обо всех. Если что-то назревает, кто-то там уже в курсе.
Вэл задумалась. Она никогда не слышала о чем-либо подобном. Волшебница читала книги с утра до вечера, когда не была занята делами наставника и не отрабатывала навыки на практике, и в голову ей вдалбливалась мысль о том, что магия не возникает из ниоткуда и не исчезает в никуда. Она течет, как речной поток, сквозь время и пространство, пронизывая все — живое и неживое. Теперь же услышанное просто не укладывалось в голове. Все, происходящее в жизни эльфа, объясняли магическим влиянием — дружба, любовь, даже появление детей. Об умерших говорили, что его магия угасла, даже если он не был магом, а просто изготавливал сапоги на базаре. Явление, о котором говорили
мужчины, должно было стать настоящей катастрофой и орудием, против которого у волшебных народов не было никакой защиты.— Итак? Что решили? — Вэл стало тревожно, брови нахмурились.
— Я все же думаю, надо двигаться в Нуд. К вечеру мы будем там, сможем устроиться с большим комфортом, чем… — Фальвир обвел поляну рукой, — Здесь. Не думаю, что нас там будут так активно искать. А если и так, подземный город огромный. Союзников у них там теперь нет. — Фальвир закатил глаза, — В Моренла пускай тоже никто нас не выдаст, но перехватить на пути туда нас гораздо проще. Даже если идти туда в обход, придется идти через Нуд. Пока все дороги ведут туда. — подытожил бывший командующий.
Ливелла с Ильвисом переглянулись. Она молчала, но по ее выражению лица было понятно, что она ждет ответа от Ильвиса. Теперь, когда титулы и полномочия в отношениях четверки больше не имели никакого смысла, было понятно, что Лив будет следовать за оракулом, а Вэл за воином.
«Лучше бы им было всегда думать в одном направлении…»
Светловолосый мужчина шумно вдохнул. Замер так на несколько секунд, размышляя, и, выдыхая, опустил плечи:
— Да, едем в Нуд.
***
— Скажи мне, Имоус, на сколько велика вероятность того, что командующий вернется и вмешается?
Снова темный зал, лицо говорившего мужчины скрывала тень. Он громко ударил кулаком по столу, вскакивая на ноги.
— У тебя была такая простая задача, но ты и ее смог провалить! Напомни-ка, почему я еще держу тебя здесь?
Имоус опустил голову. Он был напуган. Сейчас, среди высоких стен и колонн, огромного стола и стульев с высокими спинками, он казался еще меньше, чем был пару дней назад.
— П-п-простите господин! — пружина внутри немолодого эльфа словно вылетела, он подскочил ближе к таинственному покровителю и упал к его ботинкам, — Гвардейцы взбунтовались! П-п-помилуйте, господин! Я не смог справиться один, они убили бы меня!
— Ха! — голос усмехнулся, — и правильно бы сделали! Казнили бунтовщиков?
— Да, господин! В ту же ночь справились.
Мужчина, находившийся под покровом тени, скривился, и подался вперед:
— Ты мерзкий, хуже червя. Легко было рубить головы безоружным? Ты, чудище, что так легко предало свою родину, продал душу во имя какой-то химеры. Я хотел верного слугу, но ты… Ты не слуга… — мужчина сделал еще один шаг к свету. Его голос был глубоким и вкрадчивым, он вкладывал эту мысль глубоко в голову эльфу, — Ты безвольный раб, марионетка без души, — Имоус увидел, как в руках его господина блеснул кинжал, — Ты начинаешь мешать, — теперь уже Имоус мог вглядеться в лицо своего палача, то был широкоплечий мужчина-человек, его средней длины каштановые волосы едва тронула седина, густая борода была почти белой. То был мужчина, которого же советники выбирали вместе в качестве любовника королевы. Мужчина сделал выпад вперед, пронзая своим оружием советника в сердце. Тот повалился, закатывая глаза. Перед тем, как погрузиться во мрак, он услышал:
«Да будешь ты наказан за свои грехи по заслугам, аминь!»
***
Четверо путников ближе к закату оказались у широких ворот кобольдского города Нуд.
С дорогой управились быстро. После недолгих обсуждений быстро собрались, преодолели дорогу мимо леса, что укрыл их почти на два дня, дальше двигались по местности, что называлась Западными Лугами, обходя дороги по полям с высокой травой.
У самых ворот был разбит лагерь, в котором сердобольные горожане подкармливали нищих, что оставили в городе все, что у них было. Вэл передернуло от отвращения, все возможные ароматы витали здесь. Все, кроме хоть сколько-нибудь приятных.