Чтение онлайн

Высокий немец молча взял книгу и карандаш, быстро написал что-то и поставил подпись. Тем временем худенький, покопавшись в свечах, завел мотоцикл. Высокий немец сел в коляску, худенький запрыгнул в седло, и мотоцикл, распространяя вонь от выхлопных газов, покатил по улице.

– Хоть бы спасибо сказали!
– заметил Новиченко.

– За что?
– рассердился начальник.
– Твой бензин, что ли? Немцы дали, немцы взяли. Скажи спасибо, что расписались! Уперся бы фельдфебель, доказывай потом, что бензин не продал!

– А сколько взяли, не написал!
– заметил Новиченко, заглядывая через плечо начальника.
– Можно

самим поставить. Столько, сколько нужно.

– Разберемся!
– осадил его начальник.
– Он поднес книгу к близоруким глазам.
– Фельдфебель Штирлиц! Странная фамилия...

– Нам что Штирлиц, что Мюллер!
– сказал Новиченко.
– Детей не крестить. Там Сымониха принесла продукцию на пробу. Пойдем, Иванович?

– Тебе бы только пьянствовать!
– укорил начальник.
– При советской власти за это гоняли, при немцах захотел?

– Так уехали!
– махнул рукой Новиченко.
– Бензина у них под завязку, не вернутся. Пойдем, Иванович! Там сальце свеженькое, яички вареные...

– Ладно!
– мотнул головой начальник.
– А вы что стоите?!
– набросился он на Романчука с Пилипенко. Марш на пост!..

Заправленный полицейскими мотоцикл выбрался с проселка на большак и остановился у перекрестка. Оба немца оставили машину и стали рядом на обочине.

– Откуда знал про бензин?
– спросил Саломатин, поправляя съехавший ремень.

– Немецкая система снабжения на оккупированных территориях, ответил Крайнев.
– В каждом населенном пункте, находящимся под их контролем, имеется запас на непредвиденный случай. Немцы порядок любят.

– Умно!
– похвалил Саломатин.
– Только полицейские бензин могли пропить. Видал рожи!

– Немцы за такое - к стенке!

– Да им по боку. Маму родную пропьют! Родину продали, сволочи!
– Саломатин плюнул.
– Руки чесались...

– Успеешь!
– сказал Крайнев.
– Не оказалось бы бензина в Петришках, послали бы полицаев в Торфяной Завод. Там наверняка есть. Сами тем временем культурно провели бы досуг. Опробовали продукцию бабки Сымонихи, сало с вареными яичками...

– Не трави душу!
– Саломатин снова сплюнул.
– Живот к хребту прилип... Как действуем?

– Как в сорок первом. Колонны пропускаем, одиночные грузовики останавливаем.

– Не опасно повторяться?

– Немцы - народ консервативный и не любят что-либо менять. Как останавливала грузовики фельжандармерия, так и останавливает. Никому не объясняя почему.

– Ладно!
– сказал Саломатин, поправляя на груди МП-40.

До полудня они пропустили мимо пять колонн и остановили три грузовика. Все остановленные везли или запчасти к технике, или снаряды к пушкам. Напарники так освоились на дороге, что на короткое время смотались в недалекую деревню, где, изо все сил изображая не понимающих по-русски немцев, купили у молодки два ломтя хлеба и горлач молока. Молодка оказалась боевой, содрала с них три марки, да еще плюнула вслед. Крайнев с Саломатиным сделали вид, что не заметили. После обеда они повеселели и новым рвением стали тормозить грузовики. В одном из них оказалось продовольствие. Саломатин, забравшись в кузов, увидел мешки с мукой, штабеля ящиков с консервами, жестянки с маргарином и джемом. Крайнев, разглядел выражения лица напарника, когда тот спрыгнул на дорогу, и молча отдал документы ожидавшему их немцу. Тот радостно заскочил в кабину, и грузовик торопливо

укатил.

– Стоило брать!
– сказал Саломатин, провожая грузовик взглядом.

– Сам велел: патроны!
– возразил Крайнев.

– Умом понимаю, - вздохнул Саломатин, - но как увидел... В бригаде раненые и дети голодные.

– Накормлю!
– пообещал Крайнев.
– В субботу. Если на дороге выгорит...

Выгорело под самый вечер. Тяжелый "манн" нехотя притормозил перед поворотом. Из кабины выскочил офицер с гауптманскими нашивками.

– В чем дело, фельдфебель?
– спросил раздраженно.
– Нас уже проверяли! Десяти километров не проехали...

"Конкуренты завелись!
– подумал Крайнев.
– Причем, в отличие от нас, настоящие. Пора сматываться..."

– Спасибо, что сообщили, господин гауптман, - сказал вежливо.
– Наряд должен был сменить нас, но почему-то не доехал. Выясним. Ваши документы!

– Так проверяли!

– Мы на службе!
– сурово сказал Крайнев.

– И давно служите?
– поинтересовался немец.

– С сорок первого.

– За это время могли научиться различать цвет петлиц и погон. Я не гауптман, а интендантуррат

– Я близорук, господин интендантуррат, - спокойно сказал Крайнев.
– Папирен!

Интендантуррат нехотя протянул бумаги. Крайнев, изображая близорукость, поднес их к самым глазам и стал рассматривать.

– Оружие и боеприпасы, - сердито сказал немец.
– Везу с армейского склада на дивизионный.

– Почему ваш склад так далеко в тылу?

– Тот, что был, близко разбомбили русские! Вы бывали на фронте, фельдфебель?

– Я пояснил, почему я здесь!
– сухо ответил Крайнев.
– В кузове есть сопровождающие?

– Нет.

– Не порядок.

– В интендантской службе за неделю погибли все рядовые! Налет, русские штурмовики... Понимаете, в интендантской! Некоторые думают, что интенданты отдыхают в тылу! Некому сопровождать. Мой водитель и тот русский, из вспомогательных войск.

– В окрестностях орудуют большевистские бандиты, - наставительно сказал Крайнев.
– Без сопровождения передвигаться опасно. Тем более с русским водителем.

– Поэтому спешу доехать засветло. А нас останавливают на каждом перекрестке!

– Я должен осмотреть груз, - сказал Крайнев.
– Прошу, господин интендантуррат!

Немец сердито сплюнул. Вызванный из кабины водитель расшнуровал тент и откинул борт со ступенькой над верхним краем, которая теперь оказалась внизу. Первым в кузов заскочил Саломатин. Через минуту его голова появилась в проеме тента. По блестящим глазам напарника Крайнев понял: то, что нужно. Воровато оглянулся по сторонам. Шоссе было пустынно. Другие немцы поспешили добраться засветло.

– Господин интендантуррат!
– строго сказал Саломатин.
– Прошу сюда!

– Что еще?
– отозвался немец и поднялся в кузов. Спустя мгновение оттуда донесся вскрик и шум падающего тела. Водитель испуганно глянул на Крайнева. Тот молча приставил "люгер" к его виску и указал на кузов.

– Фортвертс!

– Господин фельдфебель!
– заканючил водитель, но Крайнев схватил его за шиворот. Водитель, затравленно оглядываясь, заскочил в кузов и увидел худенького унтер-офицера. Тот держал в руке плоский винтовочный штык и хищно скалился.

– Я свой, русский!
– крикнул водитель, отшатываясь.