In the Deep
Шрифт:
Закат? Ошибочка. Этот мир надо бы назвать «Фата-Моргана».
«У Предвестий есть только энергетическое оружие», — вспомнила я.
«Какое вопиющее упущение», — решила я, выпуская ракеты. Броня зазвенела, и сочные плевки, ярко переливаясь в вихрях своих двигателей, рванули вперед. Я следила за ними, пока работали антиперегрузочные экраны, пока ракеты набирали скорость.
И — раз, и — два. И — ба-бах.
Лазерные боеголовки взорвались точно между двумя метками Предвестий, и одна из них
— Аска!
Предвестие взялось ниоткуда. Оно просто свалилось на нас по касательной траектории из кипящего поля обломков, вклинилось в строй и — полыхнуло. Я не знаю, как выглядела эта мразь, не знаю, что она сделала, но бортовые щиты «Сегоки» получили чудовищный урон.
Мысль «минус один» — ледяная, оглушительная мысль — опоздала: сквозь призрачную вязь помех вынырнула метка фиолетового фрегата, и тотчас же расцветилась залпами. Синдзи бил гразерами — кучно, метко, и я готова была уже к фейерверку ATF, когда Предвестие утонуло в ослепительной вспышке свежезагущенной гравитации.
— Готов? — прохрипел голос Каору.
— Спасибо.
Спасибо, мать твою. Я бы за такое спасение яйца пообещала оторвать: чертов красноглазый чуть не затянул «Сегоки» в нестабильную черную дыру. И, наверное, стоило бы высказаться, но тут мне стало уж совсем не до чьих-то яиц.
Встречная скорость с первым Предвестием превышала тридцать мегаметров в секунду, так что я его просто обстреляла кластерными торпедами, подставляя под «линейку» обормота. Обойдется, сволочь: буду я на таких скоростях продвинутую тактику разворачивать.
А вот вторая тварь принялась резко замедляться, и мне навстречу полетели сгустки чего-то неприятно светящегося в гравитационном диапазоне.
В сторону. Скорость — сбросить, поперечное скольжение — влево, ну и еще пару навигационных глупостей, чтобы даже мои мозги поняли, что это конец, что надо срочно что-то предпринять, и неплохо бы подсмотреть, какие есть варианты.
Эй, Аустерман! Твой выход вроде как.
Я очнулась с почти нулевой скоростью.
«Сангоки» чуть ли не дрейфовал по избранному курсу — жалкие полмегаметра в секунду, вокруг полыхали какие-то обрывки, и выглядели они неправильно. Как, впрочем, и все остальное.
«А, это оптический диапазон».
Меня снова вынесло, как тогда — в первый раз, у Паракаиса. Я не видела самого боя, но его послед все еще виднелся, я плыла сквозь облако тающих обрывков, которые остались от уничтоженных Предвестий.
— «Сангоки», данные по другим кораблям.
— Сбрасывают скорость. Координаты…
Я увидела Каору и Синдзи. В ATF я каким-то образом сбросила скорость с совсем уж невообразимыми перегрузками, и парни теперь были далеко впереди, а значит, что меня как раз сейчас нагоняют очень неприятные последствия.
Их было видно уже на видеолокаторах — змеистых, длинных. Огромных. Три почти одинаковых Предвестия плавно расходились в стороны, чтобы взять меня в клещи,
и вдобавок «Сангоки» оттесняли прямиком в астероидное поле. Ну, или что это там бледно светилось справа по курсу.— «Сангоки», ускорение. Пятый режим.
— Да, Аска.
Нелинейно колеблющееся ускорение — хорошая загадка для перехватчиков. Если бы против меня воевали капитаны и ВИ баронианского флота, я бы ввела еще какие-нибудь коэффициенты, а так — просто позволила кораблю побросать кубики.
«Да святится случайность».
— Аска! Помощь нужна?
Синдзи. Чертов незаикающийся заика, что ж ты нервничаешь так?
— Нет. Синдзи, Каору. Ускоряйтесь, встретимся на курсе к цели.
«Бой без АТF только на встречных скоростях. На однонаправленных твои шансы минимальны».
Голос призрака, который снова со мной. Я улыбалась.
Учите своего Синдзи, Мисато-сан.
Фрегат разгонялся до предельной в этом киселе скорости. Я чувствовала каждый миллиметр своей брони, каждую капельку бьющейся внутри крови. А три метки уже сходились, уже выходили на стрелковую дальность.
— «Сангоки», первый режим ускорения.
Это вам от меня прощальный подарок — тупо и предсказуемо, аж обидно. Вычисляйте точку перехвата… И, это.
Вам же хватит мегаметра, чтобы развернуться?
— СН-заряд — к бою. И — аварийное торможение!
Я выстрелила и вцепилась в свою разогнавшуюся броню, почти ломая на себе сочленения. Семь тысяч g, и все, что у меня осталось после компенсации торможения, — на носовые экраны, где сейчас будет горячо, где сейчас будет маленький солнечный ад, загар и полный курорт.
Что-что, а тормозить я умею. Я хрипела, обвитая болью, и пыталась остаться в сознании, держась за совершенно дурацкую фразу:
«Я умею тормозить… Я умею тормозить… Черт, выживу — запомню».
Два Предвестия из трех влетели в ослепительный сгусток света сразу, еще одно, пытаясь уклониться, плюнуло в меня чем-то, неразличимым на фоне полыхающей звезды. Поздравляю, из категории «опасное дерьмо» вы для меня перешли в категорию «опасные животные».
Запросите пощады — буду считать разумными тварями. Или лучше просто отвалите от меня, окей?
Обходя по дуге гаснущее светило, я от души уговаривала себя бояться. Получалось, не поверите, так себе. Видимо, я зря опасалась, что если полечить безумие, я не смогу быть одним с кораблем. Зря, да.
Боевой идиотизм — это неизлечимо.
«Ты чертовски успешная идиотка», — в тон моим мыслям сказал призрак войд-коммандера.
Каору на моих глазах свернул ATF посреди кипящей туманности из обрывков. Что он там убил — было не понять, но и Синдзи, и он сильно замедлились. Дальние радары сходили с ума: со всех сторон к нам приближались новые Предвестия, и их было очень много.
— Если прижмут сверху — нас похоронят, — мрачно сказал Синдзи.