Иди ты... в жёны
Шрифт:
– Угу. Только Тучка – это белый медведь из мультика. Мальчик, кстати.
– Что? – Титов непонимающе нахмурился. – Какой ещё медведь?
– Сразу видно, кто из нас общается с мамочками из бухгалтерии.
– Серое, серое… - он снова начал размышлять вслух.
– Достал, - вздохнула я. – назови её Серя, и не парься.
– Серя?
– Угу. Саня из «Бригады» был Белый, а твоя кошка – Серя.
– Серя… - Титов задумчиво хмыкнул и снова пригляделся к котенку. – Почему этот бред мне нравится? Твоя деревня отбила у меня чувство вкуса.
– Так вали отсюда, пока совсем
– Как я тебя теперь брошу? У нас же теперь общее хозяйство появилось, получается, - он указал на котенка, уже уснувшего в его ладонях.
– Кстати, если это хозяйство нагадит в доме, нам придётся попрощаться с хозяйством.
– С каким?
– А это ты сам решай, какое шерстяное тебе менее жалко. Я за ней убирать не буду. Кормить буду, а вот остальным занимайся сам. И у меня она не останется. Когда закончишь трепать мне впустую нервы и поедешь в город, её заберешь с собой.
– И как такую злую тётю умудрились назвать в честь такого прекрасного чувства? А, Серя?
– Ой, как мы запели! – всплеснула я руками. – И имя-то у меня, оказывается прекрасное! А что ж ты в городе каждый раз бесился и отказывался называть меня по имени? Только по фамилии.
– Потому что ты Любовь Александровна. Будто моя любовь. А когда хочется тебя придушить… а это почти всегда… - Любовью тебя, да ещё Александровной, называть совсем не хочется.
– Я не твоя Любовь, а папина. Сейчас тоже хочешь меня придушить?
– Ну, если тебе это нравится, грязная извращенка… - Титов похотливо поиграл бровями.
– Отвали, - устало вздохнув, я вышла из-за стола и, поправив на плечах шаль, пошла в дом. – Про кошку я не шучу, - бросила я, не оборачиваясь. – Она здесь жить не останется.
Почти весь день Титов только и делал, что играл с котёнком, приучал её к имени и даже сам сходил в магазин за мисками, кормом, лотком и наполнителем.
Кошечка проигнорировала абсолютно всё. Ела она с моей руки - куриные котлеты и гречку. Пила молоко из оставленного Титовым на столе стакана. А нагадила рядом с диваном, где временно и своевольно прописался её бестолковый хозяин.
– Там твоя Серя насерила. Иди убирай, - пришлось ради этого даже разыскать Титова. Он будто спрятался от меня под черемухой, которая широко раскинула свои листья, и втыкал в телефон, с умным видом во что-то вчитывался. – В темпе. Воняет уже на весь дом.
– Минутку, - бросил он небрежно в мою сторону. По движению его глаз, поняла, что он что-то там читает в своём телефоне. – Угу, - протянул он задумчиво. Что-то набрал в телефоне, кому-то позвонил, поговорил примерно минуту, раздав инструкции, похоже, по своим кафе, и только после этого соизволил подняться с земли и обратить на меня всё своё внимание. – Надеюсь, она навалила много и на твою кровать?
– Она навалила много и, к счастью, у твоего дивана, - я натянуто улыбнулась.
– Ты когда успела переодеться? – он скользнул очень даже осязаемым взглядом в вырез платья на груди и застрял в нём. – Вернёмся в город, я куплю тебе магазин с такими платьями.
– Вернёшься в город и хоть сам носи эти платья. Давай, Титов, кошачье дерьмо не ждёт - оно там впитывается в ковёр.
– Угу, - он всё ещё
продолжал пялиться на моё декольте.– Господи… - вздохнув, я пошла в дом первой. Титов пошёл следом за мной.
Убирал за кошкой долго и, похоже, мучительно. Несколько раз едва не вывернул обед из желудка, но смог удержать всё в себе. Разве что глаза слезились.
А потом провёл с Серей серьёзную беседу о том, где можно гадить, а где нельзя. Честно, я ждала, что во время объяснения он сам присядет на лоток, чтобы продемонстрировать своей подопечной, как правильно делать все эти делишки. Но обошлось. Присаживал он только кошечку и даже нашёл где-то для неё газету.
Позже, после обеда, пока я меняла на кухне фартук, в мой дом зашли двое мужчин во главе с Титовым.
– Можно не разуваться, - по-хозяйски сказал Титов и повёл этих мужчин за собой в ванную комнату, которую сделали мне рабочие, частично уменьшив зал. Помещение получилось небольшим, но всё необходимое в него поместилось.
Титов показывал им трубы, как всё устроено, привёл ко мне на кухню. В общем, вёл себя как хозяин этого дома.
– И что это было? – я скрестила руки под грудью, всем своим видом требуя объяснений.
– Кстати, ты сейчас будешь мыть полы. Как раз с Мистером Пропером ты сегодня подружился.
– Заведу к тебе в дом воду. Так что скажи «спасибо», что я к тебе приехал и привёз цивилизацию. А то так и ходила бы в туалет на дырку в полу в деревянном домике.
– Воду я бы и без тебя в дом завела. Мои рабочие приедут через четыре дня. Так что можешь увозить своих обратно в свою цивилизацию.
– Угу. Знаю я твоих рабочих. Нашла, поди, самых дешевых. А меня твоя деревня уже научила, что как заплачено, так и нахуячено. А мне так не надо. Опять. Так что отменяй своих рабочих. Этим, - указал он большим пальцем себе за плечо. – Я заплатил хорошо. Так что сделают они всё по высшему разряду. Сегодня вечером можно будет отмокать в душе и смывать в унитазе. Ты же ещё помнишь, как им пользоваться?
– Куда мне? – фыркнула я саркастично.
– А я, как дебил, в этом твоём… кнопку ищу.
– Бедненький, - я нарочито жалобно вытянула губки и погладила Титова по плечу. Почувствовала, как он напрягся, явно ожидая подвоха. – Расслабься. Бить не буду. Наверное, - хлопнула его по плечу и отвернулась к кухонному гарнитуру, где продолжила клеить фартук на жидкие гвозди.
– Ты бы, кстати, на улицу пошла. Книгу там почитала… или что ты там обычно делаешь под деревом?
– В смысле? – я опешила и повернулась, чтобы укоризненно посмотреть на Титова. – Ты обнаглел? Гонишь меня из моего же дома?
– Да кому твой сарай нужен? На кухню тоже воду проведут. Нет, ну если хочешь тереться в узкой кухоньке с двумя незнакомыми мужиками, то, пожалуйста.
– Хочу. Очень хочу потереться в узкой кухоньке с двумя мужиками. Кстати, они холостые? – с напускным интересом спросила я. – Хотя, пофиг, - махнула я рукой.
– Тем более иди под своё дерево, - он приобнял меня за талию и начал мягко подталкивать в сторону выхода.
– Да не пойду я! – я пыталась выкрутиться и мягко шлёпала его по рукам. – Я чай ещё не попила. У меня время перекуса, вообще-то. Пропускать нельзя.