И на исходе дня...
Шрифт:
Горестный вздох.
– Напарник, - наконец соизволил ответить мой надутый сопровождающий.
– Ничего себе! У тебя напарник есть? – притворно восхитилась я.
– Мне казалось, такие независимые волевые мужчины работают исключительно в одиночку.
– Нет, - этот непрошибаемый тип, наконец, взглянул на меня и вдруг вымученно улыбнулся, отчего его лицо стало еще более симпотичным.
– У меня отличный напарник, Ольга, и ты уже с ним знакома.
– Урвик?
– Нет, - Горан поморщился, - и давай отложим на потом разговоры. Голова раскалывается.
– Но...
– Приехали, - припечатал мой спутник,
Приехали, это точно. Небольшая однокомнатная квартира-студия, малюсенький балкончик и совмещенный санузел. И это жилье сотрудника федеральной службы!
– Почему ты живешь здесь? – я все-таки не выдержала и полезла к хозяину сих апартаментов с новыми вопросами, хотя на нормальные ответы уже не надеялась. – Район можно было выбрать получше, там и соседи были бы вежливыми и адекватными людьми. Да и квартира… Она же совсем маленькая.
– Мне вполне хватает, - пожал плечами Горан и, к моему удивлению, добавил: - Соседи везде одинаковые, Оля, просто в респектабельных районах они говорят гадости за твоей спиной, а не в лицо. Чем дальше от центра – тем люди откровеннее. В этом есть своя прелесть.
В следующий миг в меня полетела синяя тряпка.
– Надень пока - это моя футболка. Спать будешь на диване, постельное белье в шкафу. В холодильнике пицца, перекуси и спи. Я встаю в девять.
– В девять чего? Вечера?!
– Да. Я ночной страж, если ты еще не поняла. Мы с напарником специализируемся по ритуальным убийствам, он работает днем, я сменяю его ночью. Тот труп, напавший на тебя – это творение одного психа, которого мы ищем. Вечером обсудим произошедшее с тобой, а сейчас отдыхай.
– Мне нужно позвонить маме, она…
– Никаких звонков. Твоей маме сообщили, что ты лежишь в закрытой клинике после нападения неизвестного, состояние твое стабильно, но общение пока запрещено. Пока не ясно, угрожает ли тебе реальная опасность, но лучше перестраховаться и не светиться. Ясно? Спи.
– Легко сказать, - пробубнила я, высыпая прихваченный со склада конфискат на диван, дабы рассмотреть свое новое добро. Мда, похоже, из всего этого мне подойдет только несколько пар нижнего белья и вечернее черное платье с глубоким вырезом на спине (шикарное, но совершенно не к месту). Остальные вещи оказались велики минимум на несколько размеров. Вот уж точно, насмешки судьбы продолжаются.
Словно в подтверждение моих мыслей, Горан раскатисто всхрапнул. Даже не раздеваясь, этот гад улёгся в расправленную постель и моментально отключился. Мне бы так уметь!
В очередной раз посочувствовав себе любимой, я отправилась на свидание с холодильником - необходимо было срочно заесть навалившиеся невзгоды.
Слегка зачерствевшая пицца, явно не первой свежести, выглядела очень непрезентабельно. Полкой ниже расположился одеревеневший от времени кусок сыра и тюбик с горчицей. Не богато, можно даже сказать, бедненько.
Однако, прежде чем я успела задуматься над тем, где раздобыть нормальной еды, руки сами потянулись к заветной коробке. Очнулась я, доедая пятый кусок пиццы. Не знала, что могу быть настолько голодной.
Убедившись, что мой смотритель крепко спит, переоделась в его футболку, примерила новое белье и прилегла на диван. Блаженство. На минутку прикрыв глаза и от души потянувшись, почувствовала, как начинает спадать болезненное напряжение с уставшего
тела.…что это? Где я?
Темно, хоть глаз выколи, зато воздух свежий. Так, и шум листвы, колышущейся в такт ветру, слышен. Нужно подождать, пока глаза привыкнут к этой темноте и тогда, возможно…
Угу, вот и привыкли. Лучше бы не присматривалась. Рядом со мной явно кто-то стоит, задрав голову вверх. Мужчина в шляпе. Невысокий. Плотного телосложения. Ну всё, сейчас начнет плащ расстёгивать и демонстрировать сомнительные достоинства, слыхала я о таких… Или не начнёт? И как у него шляпа еще с головы не спала? Очень просто: он - памятник! Боже мой, я снова в городском парке, на той самой тропинке! Стою босая, в мокром от пролитых слёз и коктейлей платье.
Невольно повернулась в сторону кустов, откуда на меня вывалилась Октавия. Вжала голову в плечи и прислушалась. Тишина. Мертвецкая тишина. Поймала себя на мысли, что даже шороха листвы не слышно.
Почему-то вместо страха пришло раздражение. Снова страсти на мою голову, а ведь я ничего плохого не сделала!
– Октавия! – закричала я.
– Где ты?
Мудрая женщина не отозвалась. То ли потому что умерла, то ли ноты истеричной агрессии в моем голосе предостерегли её от опрометчивого шага.
Значит, не будет провидицы. Маньяка, похоже, тоже не будет. Тогда что я здесь делаю?
Стоило задать себе последний вопрос, как деревья вокруг моей тропинки стали разрастаться ввысь и вширь, образуя величественную стену с редкими пробелами, откуда пробивался приглушенный свет. Передо мной стоял выбор: идти вперёд, вернуться назад или пройти в расщелину, появившуюся справа?
Логика в моих мыслях была простоая: лучше далеко не уходить. Шагнула вправо.
Небольшая квартира-студия встретила заблудшую душу холодным искусственным освещением. Сразу наткнулась взглядом на журнальный столик, закиданный всяким хламом, вроде пустой коробки из-под пиццы, огромного бежевого свитера, скомканного спортивного костюма и двух бюстгальтеров. Рядышком на кожаном коричневом диване спала я в высоко задравшейся синей футболке (обнажающей миниатюрные трусики), прижимая к себе потрясающие красные туфельки. Волосы у меня на голове снова сбились колтуном, а рот очень неприлично раскрылся. Но больше всего поразило другое: я мелодично похрапывала в такт спавшему неподалеку Горану! Никогда бы не поверила, если бы сама не услышала.
М-да, я просто идеал, что тут скажешь?
Внезапно меня стала одолевать слабость, а ноги словно налились свинцом. Я оглянулась назад, просвет, приведший меня сюда, сужался. Пришлось напрячь все силы, чтобы успеть дойти назад и пролезть в узкую щелочку между деревьями. Знакомый парк встретил меня неприветливо: окутал молочным туманом, заставляя искать выход на ощупь. Но вокруг была лишь тягучая пустота. Спустя несколько минут стало не по себе, решила позвать на помощь.