Хо
Шрифт:
— Вот здесь народ, наверное, зажигал, — представила Лида. — Чего тут только нет.
— Какая разница? Всё равно ничего не работает, — ответила Ольга. — Пойдём отсюда.
— Подожди. Давай сначала посмотрим, что есть в баре? Там наверняка есть Мартини.
— Потом будем спиртное искать. Сначала надо найти каюты. Где здесь выход?
— Я видела выход в ресторане, — сказала Настя.
— Отлично. Пошли обратно. Сюда мы зря припёрлись, — Ольга развернулась и направилась обратно.
Анастасия и Лида безропотно пошли за ней следом. Пройдя через ресторан, девушки миновали двери, и оказались в одном из коридоров «жёлтой» палубы.
Здравствуй.
Голос был таким чётким, таким реальным. Нет, она не могла подумать об этом сама. Это также не могло всплыть из её воспоминаний. Это произнёс кто-то способный общаться с ней телепатическим путём… Да что за бред?! Наверное, она теряет рассудок. Что-то сводит их с ума по очереди: сначала Настю, а теперь и её — Ольгу. Она потёрла глаза и сделала глубокий вдох. Дышать было тяжело. Закисший воздух, наполнявший коридор, который длительное время не проветривался, с каждым новым вдохом нагонял в тело дополнительную ватную слабость. В мозг поступало всё меньше кислорода. Веки были тяжёлые и больные. Глаза слезились. Всё сильнее хотелось спать. Но нужно было бороться с этим. Нужно было искать каюту N54… А почему именно эта каюта? В глубине души, обгоняя тревогу, росло любопытство. Что в той каюте? Почему Ольга будет там в безопасности? Голос был таким добрым, таким искренним. Кажется, он действительно желал ей добра… Нет, всё-таки это был её собственный внутренний голос. Её интуиция — безотказное средство самосохранения.
Подруги двигались мимо шеренги закрытых дверей, кажущихся безликими и однообразными, различающихся только по номерам. Достаточно было остановиться перед любой из них, открыть и войти внутрь. Но что-то упорно тянуло Ольгу дальше. Что-то её отталкивало от остальных кают, словно в них скрывалось нечто зловещее. Теперь она поняла, что ощущал Сергей, когда нёс бесчувственную Настю по подобному коридору. Скорее всего, он чувствовал то же самое. Опасность, скрывающуюся в закрытых каютах.
Они шли всё дальше, и пыль с ковровой дорожки медленно поднималась в воздух каждый раз, когда их ноги ступали на неё. Настя и Лида почему-то не спрашивали Ольгу о том, куда она так уверенно направляется. Может быть, они подсознательно избрали её своим лидером, а может, им не хотелось сейчас думать самостоятельно, и они бездумно положились на выбор подруги. Шаг за шагом, дальше и дальше по коридору.
Стой!
Ольга остановилась так неожиданно, что идущая следом за ней Лида не успела вовремя затормозить, и натолкнулась на её спину.
— Что? — удивлённо спросила она.
Оля медленно перевела взгляд на дверь каюты, возле которой они остановились, и сердце её затрепетало. 54! Та самая!
— Ты чего тормозишь? — не дождавшись ответа, повторила вопрос Лидия.
— Мы пришли, — Ольга повернулась к двери, и открыла её. — Остановимся здесь.
— А почему именно здесь?
— Просто так. Какая разница, где? — она вошла в каюту.
Подруги вошли следом за ней. Каюта была невелика, но вполне уютна. Она включала в себя две кровати, столик, шкаф и отгороженную кабинку санузла, где практически впритык размещались душ, раковина и унитаз. Обе кровати аккуратно заправлены. На столе пылится небольшой вентилятор, рядом с которым разложены какие-то бумаги. Благодаря широкому окну в каюте было очень светло.
— А что? Здесь неплохо, — произнесла себе под нос Оля, разглядывая помещение. —
Очень даже симпатично.В её душе на мгновение вспыхнуло непонятное разочарование в том, что вопреки всем её ожиданиям, ничего особенного в этой каюте не находилось. Но вскоре оно улетучилось.
— Всё равно, с люксом не сравнится, — поморщила нос Лида.
— Мы тебе, по-моему, русским языком сказали: нравится люкс — оставайся в нём. Никто тебя не неволит. А мы разместимся в этих каютах. В них как-то поспокойнее. Если хочешь — возвращайся в свой люкс.
Лида не стала ничего отвечать.
— Как тебе здесь? — Ольга повернулась к Насте.
— Не знаю, — та пожала плечами. — По крайней мере, мне кажется, что здесь безопаснее, чем там — в люксах.
— Мне тоже.
Они выложили принесённые продукты на стол и расселись на кроватях. Теперь можно было спокойно отдохнуть и перекусить. Печенья и вода сразу пошли в дело. Девушки успели основательно проголодаться.
— Э-эх. Обед у нас сегодня удался на славу, — пошутила Лидия, хрустя крекером. — Прямо скажем, диетический.
— Ну, как показал предварительный осмотр корабля, продуктов пригодных к употреблению осталось на нём предостаточно. Крекеры и печенья — это, конечно же, баловство. Но вот из консервов и макарон уже можно будет приготовить что-то серьёзное. Хлеба нет. Это плохо. Зато есть сухари. Это хорошо.
— А как варить будем? — спросила Настя.
— На кухне я видела две газовых плиты. Они могут работать без электричества. Наверняка газ в баллонах имеется. Вот только воды у нас маловато, но мы её ещё поищем.
— Мы так рассуждаем, словно собрались остаться здесь на целый месяц, — усмехнулась Лида. — Лично я не намерена задерживаться здесь надолго!
— А разве у нас есть выбор? Нужно быть готовыми ко всему. Никому из нас не хочется здесь куковать дольше одного дня, но что поделать?
— Искать способ выбраться отсюда. В рубке однозначно есть радиостанция. Мы должны послать сигнал бедствия.
— Наши ребята этим займутся. Если уже не занялись.
— Сколько они там ещё провозятся?
— Сколько бы не провозились. Не думаю, что у нас получится сделать это быстрее, чем у них. Я немного разбираюсь в радио, но наверняка Гена с Ваней разбираются в нём лучше меня. А если честно, мне сейчас тупо не охота возиться с радиодеталями. Ничего не соображаю. Голова кругом идёт.
— Да уж. Сегодня мы хватанули впечатлений под завязку, — Лида прижалась спиной к стене и принялась рассматривать коробку с крекерами.
— Жестокая ирония судьбы. Наша яхта столкнулась с кораблём, который уже потерпел крушение, — Ольга толкнула лопасть вентилятора, и его пропеллер сделал несколько оборотов.
— А разве такое может быть, чтобы тонущий корабль вдруг перестал тонуть и продолжил плавать сам по себе?
— Ещё как может. Я читала об этом. Очень часто происходило так, что корабль, вроде бы уже идущий на дно, оставался наплаву и продолжал плавать по воле течений. Такие корабли всегда представляли большую угрозу для других кораблей, которые, сталкиваясь с ними, как наша яхта, получали серьёзные повреждения и пробоины. За «кораблями-призраками» иногда даже вели охоту военные корабли.
— Вели охоту? Как?
— Да очень просто. Разыскивали мёртвый корабль, и топили его.
— Интересно.
— Да уж. Вот только такие отказывающиеся тонуть корабли, обычно плавали сильно погрузившись в воду. В этом заключалась опасность, их было плохо видно издалека. А ночью и в тумане — вообще не видно. В нашем случае, если верить Генке, корабль и не думал тонуть. Значит, он может относиться к разряду заброшенных кораблей. Тут уже совершенно зловещая история представляется.