Хаос
Шрифт:
Сквозь окна и промежутки между зданиями я видела, что руины дворца испускают зловещий сапфировый свет.
— Как думаешь, портал всё ещё цел? — выкрикнула я.
— Нет, если ты бросила в него гранату, — крикнула Анна.
Мы врезались в меньшую машину и встали на одно колесо, в то время как другое расплющило капот встречной машины.
— Но голубая субстанция, возможно, не была уничтожена, — сказал Малачи мне на ухо. — Мы не знаем, что это было.
Я уставилась на свет, и новый страх пробежал по моей спине. Затем я напомнила себе, что купол был открыт, по крайней мере, сейчас, а это означало, что мы уничтожили портал. Как и означало, что Джури не сможет больше овладеть кем-то ещё.
Если мы выберемся из города. Впереди нас, площадь была освещена ослепляющими огнями. Мазикины карабкались с запада и севера. Несколько человек бесцельно бродили, всё ещё в ошейниках, в то время как другие лежали уничтоженные на улице и тротуаре. Это было похоже на зону боевых действий.
— Мазикины решили наказать всех людей, когда Кожевник объявил, что убил Королеву, — мрачно сказал Такеши.
Выехав на площадь, где на земле плотно лежали тела, а цемент был замаран кровью, Треса замедлила ход. Она остановилась перед платформой, на которой пытали Малачи. Мы встали на плоской части крыши машины, и существа заметили нас. Некоторые закричали и упали на четвереньки, разбегаясь, но большинство рвануло вперёд.
— Мы должны удержать их подальше от нас, — крикнула я Такеши и Анне. — И нам придётся делать это по очереди.
Я указала на ступеньки, которые вели на платформу. Кровь Малачи всё ещё темнела на её серебристой поверхности. Малачи вздрогнул, прижавшись ко мне, но не сказал ни слова.
— Мы сдержим их, — сказал Такеши.
Они с Анной спрыгнули с погрузчика и начали прокладывать себе путь через любого Мазикина, достаточно глупого, чтобы приблизиться. Треса сгорбилась за рулём, держа нож наготове, а мы с Малачи спрыгнули с заднего сиденья на ступеньки.
Громкоговоритель, с помощью которого Королева обращалась ко всему городу, находился всего в нескольких метрах.
— Прикрой меня, — сказала я Малачи, когда три Мазикина бросились по ступенькам с противоположной стороны, вне досягаемости Анны и Такеши. — А потом мы поменяемся.
Он кивнул и вытащил два ножа. Вид у него был такой свирепый, что твари замедлили шаг и начали кружить вокруг него. Я рванула к трибуне, остановившись лишь для того, чтобы вонзить клинок в грудь Мазикина «Рваное ухо», пытавшегося встать у меня на пути. Я схватила микрофон и нажала кнопку сбоку, заставляя обратную связь зазвенеть через динамики.
Я посмотрела на ярко-белое сияние, трескающийся купол, кровавую бойню вокруг меня. И начала говорить:
— Всем внимание. Из этого города есть выход. Идите к вратам на юге, где сияет свет. Помогайте тому, кого увидите. Каждый человек должен идти к городским вратам. Там есть выход.
Я опустила микрофон и увидела, что несколько человек на площади ошеломлённо смотрят на меня. Я посмотрела прямо на них и повторила инструкции, указывая на юг.
— Малачи, — позвала я, закончив. — Иди сюда и повтори это на всех языках, которые ты знаешь!
Он прикончил последнего противника-Мазикина жестоким поворотом клинка и побежал ко мне, метнув нож в приближающееся существо по пути и попав ему прямо между глаз. Он взял у меня микрофон и заговорил на непонятном мне языке. Я оставила его и направилась вниз по ступенькам, ища в хаосе Такеши и Анну, которых нигде не было видно.
— Им нужна помощь! — крикнула Треса, махнув рукой в сторону первого этажа здания на краю площади. — Мазикины повели их туда!
Я оглянулась на Малачи, который теперь говорил на другом языке, и он отчаянно махнул рукой в сторону здания, приказывая мне идти.
Я сбежала по ступенькам, перепрыгивая через тела и обломки, и увидела группу Мазикинов, все в плащах с чёрными треугольниками на спине. Анна лежала на земле, забрызганная кровью, а
Такеши стоял перед ней. В руке у него была граната.— Нет! — крикнула я, бросившись вперёд и приземлившись на спину закутанного в плащ Мазикина.
Я полоснула лезвием по его горлу и пнула другого, когда тот попытался остановить меня.
— Тащи её к машине!
Такеши был в нескольких секундах от того, чтобы взорвать их обоих вместе со всеми нашими гранатами. Это привело бы нас всех к вратам, но не так, как я хотела. Пока Мазикины набрасывались на меня, с когтями и открытыми пастями, Такеши нёс бессознательную Анну к машине. Я колола и била изо всех сил, вынимая клинок и раня им следующего, и всё это время слушала ровный голос Малачи, который теперь говорил по-испански, повторяя моё послание жителям города. Мне оставалось лишь надеяться, что они послушают.
Клыки сомкнулись на моей руке, посылая шок боли, опалившей руку до самого плеча. Я открыла рот, чтобы закричать, но когтистая рука сомкнулась на моём горле. Я пнула нападавшего, но он отклонился и указал на двух других. Они схватили меня за руки зубами и потянули, жуткая игра в перетягивание каната. Раздирающая агония пронзила центр моего тела, когда Мазикин передо мной поднял когти, готовясь разорвать меня на куски.
Внезапно мир вздрогнул и задрожал, опрокинув нас всех на землю. Посыпались камни, и Мазикин, который держал меня за руки, с визгом отпустил их. Я поползла к открытой площади, камни сыпались и били меня по спине и ногам. Потом один из них сильно упал на голову. Цемент подо мной забурлил, как океанские волны, не давая возможности подняться на ноги.
Руки сомкнулись вокруг моей груди и потащили меня вперёд. Мои ноги скользили по земле, когда Такеши сказал:
— Думаю, наша работа здесь закончена, Лила.
Нас обоих швырнуло на бурлящую землю, и под аркой рядом с платформой разверзлась трещина. Она потянулась через площадь, образовав полутораметровую пропасть, отделяющую нас от нашей машины. Малачи и Анна уже сидели на погрузчике, хотя Малачи выглядел так, будто вот-вот снова спрыгнет, чтобы добраться до меня.
— Вставай! — крикнул Такеши, когда я почувствовала странное ощущение.
Вода. Она хлынула из расщелины с невероятной скоростью, растекаясь по моим рукам и пропитывая колени. Я подтянулась и взяла Такеши за руку. Мы перепрыгнули через расширяющуюся трещину, шлёпнувшись на цемент и споткнувшись о борт погрузчика. Двигатель закашлялся и взревел. Треса начала сдавать назад. Такеши толкнул меня вверх по лестнице, а Малачи схватил мою протянутую руку и потянул, поморщившись, когда увидел места от укусов на моих предплечьях. Он уложил меня на погрузчик и помог подняться Такеши. Мощный взрыв ударной волной прокатился по площади. Я подняла голову и увидела, как из руин Костяного дворца поднялся огромный гейзер воды и ударил в купол.
— Гони! — крикнула я Тресе.
Она ударила ногой по педали. Мы вылетели с площади и направились на запад, а река посыпалась на нас дождем.
ГЛАВА 24
За рулём, Треса была бешеной львицей. Она сносила всё, что попадалось на нашем пути, пока мы мчали обратно к лагерю Кузнеца. Мы сидели в передней части погрузчика. Малачи прижал меня к себе, делая всё возможное, чтобы залечить мои руки. Такеши делал то же самое для Анны, но её рана оказалась намного хуже, её чуть ли не выпотрошил когтями Мазикин. Она была бледна, впрочем, как и он тоже. Он уткнулся лицом ей в шею и нашёптывал что-то с явным отчаянием. Нам придётся сражаться, чтобы добраться до врат, а она была почти без сознания. Пояс с гранатами был обернут вокруг его руки, и я сняла его, чтобы сосчитать их. У нас осталось пять гранат.