Чтение онлайн

Джуно расхохоталась и с размаху бросилась на устрицу.

Шеп намазал ее соски сливочным сыром и слизнул его, потом, отхлебнув вино, обрызгал Джуно Их трехмесячный пост наконец кончился, и они оттягивали сладкий момент. Джуно задрожала от нетерпения.

– Я хочу тебя сию же минуту, - прошептала она и жадно поцеловала Шепа. Он усадил ее на себя, и Джуно вскрикнула от удовольствия, когда Шеп вошел в нее.

Горя от возбуждения, она взяла инициативу в свои руки, и они почти одновременно достигли кульминации. Потом, лежа рядом и тяжело дыша, Джуно и Шеп с глубокой нежностью смотрели друг на

друга.

Шеп приподнялся на локте и наполнил бокалы вином.

– Добро пожаловать домой, дорогая.

– Меня еще никто так не встречал, и я еще никогда не чувствовала, что моему возвращению так рады.

Он провел ладонью по ее спине:

– А ты похудела.

Джуно ущипнула его.

– Зато о тебе этого не скажешь.

– О чем это ты?
– возмутился Шеп.
– Да я ежедневно бегал трусцой, с тех пор как ты уехала!

– Боже, сколько сил ты потерял!
– фыркнула Джуно.
– Шеп, ты выглядишь отлично. И я очень по тебе скучала.

– Никогда больше не уезжай... Нет-нет, я говорю что-то не то. У меня это вырвалось против воли. Делай что хочешь, только всегда возвращайся ко мне, - Знаешь, чего я хочу, Шеп?

– Нет.
– Он поцеловал ее.
– Чего?

– Выйти замуж и как можно скорее.

Шеп широко улыбнулся:

– Ты уже нашла подходящего кандидата?

– Нет еще. Но провожу отборочные собеседования...

***

Они поженились за неделю до Рождества в доме родителей Шепа. Холлис и Мэри Джонсон прилетели в Англию за несколько недель до этого и помогли дочери перебраться из квартиры на Адам-энд-Ив-Мьюз в просторный городской дом, который купили Джуно и Шеп на Эгертон-Креснт. Оставив за собой три этажа, они сдали цокольный этаж приятелю Шепа, литератору.

На немноголюдной свадьбе Лидия была подружкой невесты, а Алекс шафером Шепа. Лидия взяла с собой дочерей, приехали Джон и Урсула Флетчер, Клэр Рид и еще несколько самых близких друзей Шепа и Джуно из театральных и издательских кругов. На приеме, устроенном после церемонии, Алекс и Шеп развлекали гостей скетчами Сейджа и Уайза; Джон Флетчер исполнил милую старую вещицу из репертуара мюзик-холла, а Холлис Джонсон, не желая отставать от других, прочитал поэму. Потом Мэри села за пианино, и под ее аккомпанемент Джуно и Лидия спели дуэтом романс "Не осуждать ее надо, а пожалеть".

Поздно вечером, когда гости разъехались, Джонсоны отправились ночевать в гостиницу, а старшие Уайзы легли спать, у камина остались три молодые пары.

– Ну, Джуно, открой же секрет, - попросила Лидия, - где вы собираетесь провести медовый месяц?

– Нет уж. Ты ведь не говорила, помнишь? Ладно, знай одно: мы не летим на воздушном шаре.

Лидия засмеялась:

– Алекс, а ты помнишь, как в Йеле пытался произвести впечатление на девушку из Вассара? Ну, ту историю с самолетом?

– Еще бы! Это был один из моих лучших розыгрышей. Я пригласил девушку по имени Кэнди на чашечку кофе и, надев смокинг, заехал за ней в студенческое общежитие на лимузине с шофером. Добравшись до местного аэродрома, где меня ожидал частный самолет, мы полетели в Бостон. Во время полета мой приятель и сосед по комнате Брюс Хопкинс, переодетый стюардом, подавал нам мартини. В Бостоне нас встретил другой лимузин и отвез в "Ритц".

Мы входим. Метрдотель, получивший заранее десять баксов, охотно принял участие в студенческом розыгрыше и приветствовал нас так: "О мистер Сейдж, рады видеть вас! Ваш обычный столик, сэр? Угловой?" "Именно так, Фрэнк", - отвечаю я. Нас усаживают. Официант приносит поднос с серебряным кофейным прибором и двумя чашками и наливает кофе.

Мы выпиваем его и уходим. Снова лимузин и самолет.

Другой лимузин доставляет Кэнди из аэропорта в студенческое общежитие. Я целую ее на прощание.

– И ты больше никогда не звонил ей, - напомнила Джуно.
– Наверняка бедняга решила, что очень разочаровала тебя.

Алекс ухмыльнулся:

– Все, что я делал потом, было несравнимо с этим розыгрышем, но встречаться с Кэнди я больше не мог и не жалею об этом: она оказалась скучной собеседницей.

– Ну и ну, Алекс, - обиженно заметила Тори.
– Ты никогда не рассказывал мне эту историю.

Он смущенно улыбнулся жене, потом снова обратился к Джуно и Лидии:

– А помните свою соседку по комнате.., которой никогда не бывало дома?

– Киппи О'Коннор!
– оживилась Джуно.

– У нее еще была репутация лучшей профессионалки по оральному сексу во всей Новой Англии, - усмехнулась Лидия.

– Вот-вот. Та самая. Около месяца назад я встретил ее в метро. Она стала монахиней.

– Монахиней?!

– Клянусь! В черном одеянии, с белым воротничком и с четками в руках. Киппи узнала меня.

– Невероятно!
– воскликнула Джуно.
– Интересно, что сталось с Томми Хоудли?

Тори демонстративно зевнула.

– Все это очень увлекательно.
– Она иронически улыбнулась.
– Обожаю слушать истории, начинающиеся с фразы: "А помните...".

– Извини, милая, - сказал Алекс.
– Мы через несколько минут уйдем. А что касается Томми Хоудли, то он стал вице-президентом компании, владеющей сетью химчисток. Правда, Уит Циммерман говорил мне, что у Томми в дальней комнате одной из химчисток играют в покер...

Шеп тронул Тори за плечо:

– Не поможешь мне приготовить на скорую руку закуски?

– Неужели они тебя не раздражают?
– возмущенно спросила Тори, когда они прошли мимо Стефана, который спал в кресле.

Шеп покачал головой:

– Конечно, нет. Они очень давно не виделись. Пусть сегодня предаются воспоминаниям, а завтра снова будут с нами.

***

На следующее утро Джуно и Шеп улетели на месяц в Марокко.

– Не знаю почему, но я очень нервничала перед свадьбой, - призналась Джуно в номере отеля "Мамунья".

– Такое случается со многими девственницами.
– Шеп рассмеялся.
– А вот почему это произошло с тобой, непонятно.

– Так по-твоему, это из-за того, что мы с тобой до свадьбы?..

– Нет, не совсем. Ты считаешься девственницей, пока узелок не развязался.
– Он простодушно улыбнулся.
– Впрочем, если надо, завяжем снова. Может, позвонить в гостиничное обслуживание, чтобы принесли веревку?

Днем они загорали, а волшебными теплыми марокканскими ночами занимались любовью. Джуно была рада, что решила связать свою судьбу с Шепом. Она чувствовала себя спокойной и умиротворенной, он тоже.