Чтение онлайн

— Врачи говорят, у тебя припадок был. От переутомления.

— Разве от переутомления бывают припадки? — усомнился я. — К тому же я едва начал работать…

В голове промелькнули все части путешествия в Приемник и странная история, точнее две истории, неведомо как соединившиеся в одну. Сначала два человека и статуя, а потом ледяной мир. Так быть не должно. На предмете отпечатывается лишь одно впечатление, самое сильное из относящихся к вещи.

— А где инспектор? — спросил я.

— На работе, наверное, — нахмурилась мама. — Я ему ещё вчера все высказала. Спихивают свою работу на других…

— Это он притащил меня сюда?

— Кто же еще?

Я

прислушался к своим ощущениям. Похоже, со мной действительно не произошло ничего страшного. Я рывком сел. Череп снова заломило, но я не подал виду. Мама открыла рот, но видимо поняла, что спорить бесполезно. После недолгих препирательств мне удалось вытребовать свою одежду и, не заморачиваясь выпиской и прочей бумажной волокитой, я отправился к инспектору. Официально, для матери, причиной было названо желание рассказать, что я увидел и отделаться от назойливой охранки, но из головы не шла последняя картина замершего мира. Мир этот был реальным, в этом никаких сомнений, выдуманная история останется в памяти человека, но не в крови. Ледяной ад, царящий на планете, тоже не являлся чем-то экстраординарным. Мало ли в истории человечества катастроф, после которых у планет исчезала атмосфера или их срывало с орбиты? Но что маячило там на горизонте? С первого взгляда казалось, что замок. Но сооружение было слишком ажурным и воздушным. Может какая-то культурная или религиозная постройка? Все эти тонкие изгибы и наплывы, тянущиеся вверх, не очень похожи на творение человеческих рук. И почему-то об этом замке все время хотелось думать, это приносило странное удовлетворение, немного похожее на состояние опьянения, когда все вокруг плывет и становится зыбким.

Так, предаваясь наркотическим воспоминаниям, и огорчаясь, что пришлось влиться в унылые ряды пешеходов, я дотащился до знакомого светло — желтого здания. Полицейский в фойе даже не стал спрашивать к кому я, видимо запомнил. Уже на лестнице мне почему-то показалось, что вчера там сидел другой человек, но со мной так бывает. Иногда смотришь на какую-нибудь вещь и не можешь вспомнить, что это такое. Или самое привычное слово кажется чужим и незнакомым. Что поделать, специфика работы, бывает, насмотришься историй, собственное имя не сразу вспомнишь…

На стук в дверь немедленно откликнулся голос инспектора. Здороваясь, Ференц внимательно посмотрел мне в глаза.

— Вы как, Валентин? Признаться, вы меня вчера напугали…

— Голова болит, — пожаловался я, усаживаясь в кресло. — А что вообще произошло?

— Это я у вас хотел спросить, — сказал инспектор. — Не с того не с сего увалились на землю, затряслись… Вот уж не думал, что работа библиотекаря такая… экспрессивная.

— Раньше такого не было. Наверное, это от того, что я увидел сразу две истории. Тоже, кстати, удивительный феномен, ни разу о таком не слышал.

Давер вопросительно посмотрел на меня, и я рассказал, что удалось посмотреть. Инспектор надолго задумался, а я снова вспомнил о странном замке. Удивительное дело, когда думаешь о нем, голова почти не болит. Что же случилось с теми двумя? Получается, они умерли? Но как я тогда видел их историю? В будущее я смотреть не умею. Да и никто не умеет, потому что его нет. Пока. Потом тоже не будет, оно сразу станет настоящим.

— Значит, это были они? — спросил Ференц, додумав все свои мысли.

Я кивнул, отвлекшись от размышлений.

— Они. Правда я сейчас вспоминал… Кажется они были моложе, чем в первой истории. По крайней мере, тот, что был без капюшона. В первый раз Эрику, в смысле Дэнилу, было лет двадцать пять.

А в этот я бы им обоим не дал больше двадцати.

— А почему ты решил, что это две разные истории?

Как это объяснить другому человеку? Я же не книгу читаю, когда могу прочитанное логически осмыслить…

— А откуда тот черный мир взялся? — спросил я. — Только что зал был — и раз…

— Через портал, — предположил Ференц.

— Не было там портала. Кажется…

Давер порылся в верхнем ящике стола и вытащил архаичную курительную трубку. Хитро посмотрев на меня, он натолкал туда мелко смолотой сухой травы и чиркнул колесиком механической зажигалки. На миг его лицо окуталось облаком иссиня — белого дыма.

— Камеры трансгрессоров разными бывают, — сказал он, пустив в мою сторону кольцо дыма. — Я слышал раньше были таких размеров, что за раз могли тысячи людей переместить.

Я машинально кивнул, только потом до меня дошло.

— Вы что, действительно это курите?

— Балуюсь, — хитро улыбнулся Ференц. — Вы как историк, должны меня понять.

— Как историк, я могу понять, что это такое, — возразил я. — Но вот зачем вы ей пользуетесь?

— У каждого человека свои слабости, — сказал Ференц, пустив новое кольцо к потолку. — Так что насчет истории?

— Все равно не сходится, — ответил я, наблюдая за древним ритуалом курения. — Сначала они стояли в той же одежде, что и в первой истории, а потом сразу, без перехода, в огромном количестве какого-то тряпья. Это даже не одежда была, а что-то вроде толстых бинтов, как у пустынных мумий. Чтобы намотать на себя столько, нужно не меньше часа. И потом, вместо портала там был какой-то туман… Это как переход между двумя историями… К тому же те вторые умерли, это совершенно точно.

— Может и не умерли. Вы ведь точно сказать не можете?

— Как раз-таки могу. Те двое умерли.

— А вдруг их разморозили? Они ведь про это рассуждали…

— В основном они рассуждали про то, что это невозможно, — упрямо сказал я.

Ференц в очередной раз окутался дымом, словно у него что-то загорелось в голове, и посмотрел на меня сквозь рассеивающиеся клубы:

— Жаль. Я рассчитывал на что-то большее, — Он поднялся и протянул через стол раскрытую ладонь. — В любом случае, господин Уилкинс, благодарю вас за содействие и сожалею, что наше путешествие несколько… эмм… повлияло на ваше здоровье.

Я тоже поднялся и пожал протянутую руку.

— Я что, вам больше не нужен? — сказал я растерянно.

— Не смею больше вас отвлекать от основной работы, — официальным тоном произнес инспектор.

Что с ней станется, с этой работой, недовольно подумал я, вспомнив о замке, тянувшемся витыми башнями к черному небу.

— Но ведь мы ничего не выяснили!

Инспектор посмотрел на меня с новым выражением, словно в первый раз увидел. После долгой паузы он кивнул, соглашаясь.

— Результаты действительно неутешительные. Но, как сообщили мне сверху, меры уже приняты, больше нападений не будет. Собственно, их уже и так три недели нет.

— Видимо мне не стоит спрашивать, что это за меры?

— Ну почему же, — пожал плечами Ференц, — это как раз не секрет. Мы просто запретили рейдерам приводить кого бы то ни было к Приемникам. Тем более колонистов.

— Вы же говорили: колонисты — это редкость, — вспомнил я.

— Так и есть. А тут вот наплыв случился. Четыре семьи за три недели. И каждый раз в сопровождении убийц.

— Что же вы, так все и оставите?

Ференц посмотрел на меня испытующе:

— У вас есть предложение?