Чтение онлайн

Перепачкавшись золой, Славик выкатил картофелину. Разломил, обжигаясь. Она была сгоревшей снаружи и сырой внутри. Но они не замечали этого. Им казалось, что ничего вкуснее они еще не ели.

Когда съели картошку, стало как будто теплее. Прижавшись друг к другу, они задремали в углублении, возле остывающего костревища.

Шум мотора разбудил старшего. Он приподнялся, выглянул из углубления. По черной степи скакал одинокий луч света. Славик рывком приподнял Женю и зашипел ему в ухо:

– Только тихо! Не ори!.. Они

едут.

– Драконы?
– спросил Женя.

– Дурак!.. Пошли быстрее!..

Славик потащил Женю прочь от камня, прямо в темноту. Сначала он пригибался, а потом побежал. Женя начал было упираться и хныкать, но Славик рявкнул:

– Это мотоцикл! Беги!..

И сам припустил, что было духу. Женя помчался за ним, упал, разревелся в голос, но видя, что брат не спешит на подмогу, вскочил и побежал дальше. Луч света сверкнул у них над головами, осветив подножие дальней сопки. Славик упал и крикнул Жене:

– Ложись!

Женя ткнулся рядом, сдавленно хныча.

– Тихо!
– прикрикнул брат.
– Смотри...

Отсюда было видно, как, громыхая на неровностях, мотоцикл кружил по степи. Потом остановился и послышались далекие голоса.

– Это они наш костер увидали...
– шепнул Славка. И дернул Женю: поднимайся, мол.

И они снова побежали вверх по склону, который становился все круче, и казалось, что это не сопка, а настоящая гора - до самого неба. Падая, исцарапав руки и лица, они наконец выползли на гребень: навстречу пронзительно засвистел ветер, а внизу...

Далеко внизу стояли темные корпуса, подсвеченные кровавыми отблесками, а за корпусами поднимался целый лес труб.

Славка поднялся на ноги и присвистнул.

– Что?
– испуганно спросил Женя, вытирая разбитую губу.

– Вот, - торжественным голосом сказал Славик.
– Город Драконов...

Женя замолчал, разглядывая странное скопище черных зданий и метавшийся между ними тусклый, как остывающий металл, свет.

– А ты точно знаешь?
– спросил Женя.

– Точно - не точно... Откуда мне знать, как он выглядит?

Помолчал.

– Идем, что ли?..

И они двинулись вниз.

* * *

Внизу оказалось теплее. Склоны заросли дикими яблонями, акациями, серебристой ивой. Они пробрались сквозь заросли и очутились на площади, окруженной странными домами без окон, с ребрами крыш, с облупленной штукатуркой.

Света здесь почти не было, черные контуры здания тесно стояли вокруг асфальта, взломанного корнями.

Младший остановился. Слезы у него высохли и он спросил:

– Это Город Драконов, да?

– Наверное, - ответил Славик.
– Я же его не видел. Мне же только рассказывали. Там, в интернате. Пойдем.

– Страшно.

– Драконы - добрые. Не бойся.

Они пошли по какой-то улице. За высокими зданиями слева с треском что-то горело, ядовитый дым поднимался над ребрами крыш, и воняло жженой резиной. Красноватые

отблески ложились на странную улицу.

Они дошли до перекрестка и свернули в переулок - узкий, как труба. В конце переулка стоял двухэтажный дом в окнах его светился огонек.

Славик уверенно пошел к нему. Женя стал спотыкаться - Славик взял его за руку.

Они вошли в проем подъезда, черный, как после пожара.

Поднялись по полуразрушенной лестнице на второй этаж. Огонь светился из-за дощатой дверцы, и Славик толкнул ее.

За дверцей была большая комната. А посреди комнаты, у железной бочки, в которой горел огонь, на старом продранном матраце сидел старик в телогрейке.

Старик был похож на какого-то мудреца из учебника: белые волосы ниже плеч, густая белая борода.

Он поднял голову.

– Здравствуйте, - сказал Славик.
– Можно погреться?

Старик почесал бороду, хмыкнул.

– Это вы откуда такие?
– спросил он скрипучим голосом; чтобы спросить, ему пришлось прочистить горло.

– Мы - оттуда. Из Шолпана.

– А...
– сказал старик.
– Далековатенько. И что там у вас, в Шолпане? Вода в кранах есть? Свет есть?

– Иногда, - сказал Славик.
– А вообще-то я в Караганде живу.

Это вот он из Шолпана, - Славик ткнул Женю.

– Ну, грейтесь, - сказал старик.

Мальчики подсели к бочке. У нее по бокам были сделаны прорези, и пламя, бившееся внутри, хорошо освещало все вокруг.

Когда-то здесь жили богатые люди. На закопченых стенах еще оставались следы от картин, а на полу - остатки выломанного паркета. Окна были затянуты целлофаном. В углу стояла кровать, в другом углу высилась груда старых книг и журналов.

Славик и Женя сели на матрац, из которого лезла старая вата. От печки исходило приятное тепло.

– Вот так и живу. Курчатовград умер. Акбай умер. Коктюбинск умер. Шолпан тоже скоро умрет... Я все эти края обошел. Везде одни призраки живут.
– сказал старик. Взял стоявшую у ног солдатскую кружку, плеснул в нее из бутылки. Протянул Славику:

– Будешь?

Женя потянул носом.

– Это же водка!
– сказал Славик.

– Она горькая, - добавил Женя.

Старик беззвучно рассмеялся, широко разинув рот - черный, с обломками зубов.

– Горькая!
– повторил он. И сказал наставительно:

– Водка горькая, пока жизнь сладкая... А потом - наоборот.

Он отхлебнул из кружки.

– Жалко, мало ее, - он поглядел на кружку.
– Последнюю канистру из шахты достал...

– А здесь тоже шахты есть?
– спросил Славик.
– Как в Шолпане?

– Есть... Только не угольные. Другие. Там, в солончаках.

Старик еще отхлебнул, аккуратно отставил кружку.

– Возле них ничего не растет. И ходить туда нельзя. Везде знаков понаставили: ходу нету. Только мы все равно ходим...