Где-то у Проциона
Шрифт:
3
– Все равно не понимаю, – сказал Вадим.
– Что именно? – Кремер неожиданно посмотрел на Лунина с прищуром, и тому почудилось в глазах друга неестественное для момента веселье. «Может, кто-то все же тронулся умом?» – подумал Вадим, но решил не развивать эту мысль. Так как с одного раза можно было догадаться, кто именно окажется этим тронувшимся. Вряд ли Витька.
– Ну, я согласен, – Лунин истово закивал головой. – Андроидов вы разберете на атомы – потом сможете наштамповать в любом количестве… Хотя они и будут у вас по цене дороже золота – я что, не знаю, сколько такой субстрат стоит? Но конвертер-то!.. Сарай же!.. Что вы с ним делать станете?! Точнее – что эти
– Но вы же сказали, – встрял Брэнсон, – что один кон… координатор может управлять целой футбольной командой?
Лунин запнулся, пытаясь вспомнить, когда он такое утверждал. Да, действительно, было…
– Так это же на игровом поле! Это вообще без разницы – одним механизмом командовать или десятком. Но там-то… – он кивнул головой на потолок. – Они ж у вас на километры разбредутся! Если не больше…
– Больше… – безмятежно сообщил Витька. – Гораздо больше. «Пегас» сел возле Сфинкса. А заводу и базе для работы потребуется вода, так что сажать его придется в районе полюса. Там не километры, там тысячи будут…
Вадим молча уставился на него.
– А это, – Витька улыбнулся, – есть третья секретная информация в этом разговоре. И она, в общем-то, перекрывает обе предыдущие по своему значению и является государственной и коммерческой тайной одновременно. Имей в виду.
Лунин подождал продолжения, но Кремер молчал, выразительно подняв бровь. Ему явно требовалось услышать подтверждение. «Куда меня занесло,» – подумал Лунин. Но вслух сказал другое:
– …то пусть покарает меня суровая рука моих товарищей!.. Да понял я, понял! Буду нем, как селедка! Думаешь, я не соображаю, что вы мне столько уже нарассказали, что для подписок о неразглашении мне рук не хватит – разуваться придется!
– Ты не смейся, – неожиданно серьезно одернул его Витька. – Это дело действительно того… Мирового масштаба, как Петька с Чапаевым говорили. Так что без шуток. Никому. Кроме нас троих пока. Если надо будет – тебе скажут, кто еще допущен.
– Ого… Ну, хорошо. Понял я действительно, – подтвердил Лунин. – Так в чем там дело?
– У нас в институте, – сообщил Кремер. – Разработан метод информационного копирования любых материальных объектов. С последующей записью на функциональный носитель, способный воспроизводить все – подчеркиваю: все! – свойства оригинала.
– Это как? – опешил Вадим.
Витька вздохнул.
– Сначала фотография была – помнишь? Плоская запись изображения.
– Ну… – сказал Вадим.
– Потом – появилась голография. Это были аналоговые способы записи информации об объекте. Потом в конце двадцатого века появилась цифровая запись. Цифровое фото, потом цифровое видео. В середине прошлого века пошла цифровая голография…
– Да это я все тоже помню!
– Потом, – продолжал безжалостно объяснять Кремер, – сделали интерактивную голографику. Сейчас она применяется практически повсеместно. Но это все – только объем и динамика, движение. И только – за редкими исключениями – внешний вид, не более того. Так вот, мы научились записывать атомарную структуру объекта в полной динамике. Во всяком случае, в достаточной… Не рассчитывать на компьютерах покадрово и подетально, – а получать разом, как на фотографии. Аналоговым методом. И фиксировать на некоем варианте фотопластинки, так сказать. Все свойства записанного объекта соответствуют свойствам оригинала. И – главное – их можно воспроизводить. Причем, что наиболее важно, не только посредством наносборки, но и в информационном плане.
– Не понял, – в который уже раз за сегодня произнес Лунин. Но он и в самом деле не понял. – Что значит?..
– Ну,
как же тебе объяснить-то?.. Ну, вот – плоская оптика тебя ведь не удивляет? Плоские линзы, плоские призмы и тому подобное?.. А ведь еще лет полтораста назад все это делалось из стекла! Помнишь, мы в музее видели?– Ну, – кивнул Лунин, начиная что-то улавливать.
– Так вот: плоская оптика – это всего лишь голографическая копия обычной стеклянной линзы – к примеру – но она обладает всеми ее свойствами как линзы! То есть – концентрирует световые лучи. Так вот, наши информационные копии – они посложнее, конечно, будут, – точно так же при определенных условиях способны выполнять функции своих оригиналов.
4
– Ну… – повторил Вадим. Услышанное никак не желало укладываться в голове. – Я, допустим, понял… Но как сарай-то… Тьфу! Как конвертер-то?..
– Ну, ты тупой какой-то… – посмотрел на него Кремер. – Видимо, перелет сказывается. Фотография-то меньше оригинала?
– Ну да… – сказал Вадим.
– И голограмма тоже меньше. Про цифровую запись я уж не говорю… Ну, и здесь то же самое. Носитель размером с портсигар где-то. Найдется на твоих андроидах, куда такой блок присобачить?
– Тьфу ты! – до Вадима, наконец, дошло. – Вот теперь понял! Конечно же, найдется… Никаких проблем. Только…
– Что еще-то? – спросил Витька.
– Так задержка сигнала же… От Земли до Марса… Я не помню сколько точно – минут десять, кажется…
– В разное время по-разному. От нескольких минут до трех четвертей часа. В нашем случае будут минуты… Но я тебя понял. Не переживай – про дистанционное управление речь не идет. У нас есть на этот случай отличные управляющие программы. Я ведь тебе пытаюсь объяснить: мы же можем копировать практически все.
– То есть сарай этот для вас не предел? – спросил Вадим, оценивая, что могли накопировать умельцы из Витькиного Института… Любую сеть нейрокомпьютеров с искусственным интеллектом любой мощности. И с программой вместе. И ужать это до размеров наладонника…
– Нет, не предел, – подтвердил Кремер. – Мы корабли копируем целиком. Для модельных испытаний.
Лунин покрутил головой в восхищении. Кажется, теперь он стал понимать, чем занимаются эти трое и в каком объеме. И ему предлагали включиться в эту гонку тоже! Заодно он оценил и причину такой секретности: из того, что сказал Витька, выходило, что отныне в любой комп можно воткнуть полноценный искинт, способный выполнять практически любые операции… Синхронный переводчик в мобильнике Брэнсона в сравнении с этим смотрелся просто каменным топором…
– Что ж, – сказал Вадим, – тогда имеет смысл не дожидаться утра. Ключи от дачи у меня есть. Зачем время терять? Потом ведь нужно еще будет поставить блоки на роботов и проверить всю систему в сборе… С Руфиной Залмановной можно и завтра поговорить: она все равно возражать не будет…
– То есть вы согласны участвовать в проекте? – спросил Василий Витальевич.
– Конечно, согласен, – ответил Лунин. – Я ж так понимаю, андроидами кто-то должен будет заниматься!
– Тогда нам следует прямо сейчас оформить все документально…
– В этом нет никакой необходимости! – заявил Брэнсон. – Напоминаю, что мистер Лунин служащий Ассоциации и может работать в качестве такового под мою ответственность. Как мой референт, например!
– Это было бы неразумно, – возразил Василий Витальевич. – С точки зрения международного права могут возникнуть определенные сложности…
– Этим вопросом вполне способны заняться наши юристы! – отпарировал исовец.
– Но и наши тоже, – не остался в долгу безопасник. – Давайте будем действовать в рамках достигнутой договоренности!