Флинкс на распутье
Шрифт:
— Надеюсь, ты прав.
— А если и нападет какой-нибудь нахал, Пип с Поскребышем не дадут нас в обиду.
— Знаю, но ведь летучим змеям свет необходим так же, как и нам. Если, конечно, у них нет какого-нибудь эхолота.
— Чего не знаю, того не знаю. Но в естественной среде они ведут ночной образ жизни. И оба хорошо видят даже при самом слабом освещении.
— Здесь этого недостаточно. Когда трубки погаснут, наступит кромешная тьма. Ни луны, ни звезд.
— Если не считать биолюминесценции, — напомнил он. — Всегда можно поймать парочку фотоморфов и посадить на поводок. Будут у нас собаки-поводыри. — Попытка рассмешить Клэрити оказалась неудачной. Неважно, что произойдет,
Неожиданно Клэрити замерла на месте, едва не потеряв равновесие, а затем повернулась к Флинксу:
— Там что-то происходит.
Поскребыш задрал голову. Он по-прежнему смахивал на экзотическое украшение, а не на живое существо. Поза выражала готовность к атаке — выгнута шея, приподняты крылья. Флинкс подумал, что змееныш очень привязался к Клэрити.
— Я тоже что-то слышал.
Он достал трофейный лучевой пистолет, взглянул на счетчик зарядов — боезапас израсходован лишь наполовину. Оставшегося не хватит на серьезную перестрелку, но пару-тройку бандитов или зверей уложить удастся. Флинксу нравились лучевые пистолеты, хотя он слышал, что они капризны и иногда палят по собственной воле. Без оружия в этих потемках он бы чувствовал себя беспомощным.
— Может, немного пройти назад? — предложила Клэрити.
— Зачем? Давай постоим, подождем. Может, он уйдет.
Однако шуршание раздавалось все ближе. Флинкс с Клэрити замерли, прислушиваясь. Шорохи доносились с другого конца зала. Сначала невидимки двигались к тому месту, где стояли беглецы, а затем начали удаляться. Сталактиты и сталагмиты играли со звуком: эхо отскакивало от известковых натеков, искажаясь до неузнаваемости. Невозможно было определить, далеко источник звука или близко. Осторожный преследователь мог идти по воде или камням, чтобы заглушить шаги.
Теперь шорохи звучали впереди и совсем рядом, иногда переходя в хриплое мяуканье.
— Не узнаешь? — шепнул Флинкс.
Клэрити удрученно покачала головой.
— Что ж, не стоять же столбом.
Он решительно шагнул вперед от стены из шероховатого травертина и увидел прямо перед собой пасть.
Это была внушительная пасть. Судя по всему, круглые челюсти были обычным явлением на Длинном Тоннеле. Этот же рот украшали три концентрических кольца загнутых внутрь острых зубов. Пока Флинкс потрясенно глазел, на тварь, ее губы распялились и хлынул тошнотворный запах падали. Пасть закрылась, сузившись, точно сфинктер.
Да, если человеческая голова попадет в такой роток, она недолго продержится на шее. Морда состояла из одной этой пасти. Если у твари и были рудиментарные глаза, то они прятались где-то под длинной белоснежной шерстью, на фоне которой резко выделялись черные губы. А на макушке массивного черепа сидело одно-единственное мягкое веерообразное ухо. Интересно, у этого вида всегда было только одно ухо, или все-таки два, но они срослись в процессе эволюции?
Размышлять над этим вопросом долго не пришлось. Флинкс был вынужден броситься в сторону — пасть метнулась к нему. Блеснули зубы, и ротовое отверстие снова закрылось, как диафрагма фотокамеры.
Взвизгнула Клэрити — чудовище на четырех толстенных ногах устремилось в ее сторону. Флинкс успел разглядеть над пастью небольшие ноздри. Пасть, нос и ухо размещались на одной линии, — это напоминало устройство ружья: мушка, ствол, прицел. Больше Флинкс
ничего не увидел, так как трубка Клэрити погасла. Единственное, что оставалось Флинксу, — аккуратно положить свою лампу на пол и навести на чудовище пистолет. Крылатые змеи взвились в воздух — и растерялись, потому что у врага отсутствовали глаза. И пока драконы бесцельно кружили и хлопали крыльями, чудовище тоже мешкало, словно раздумывая, какую добычу выбрать первой.Клэрити с воплем укрылась от хищной глотки за крупным сталагмитом.
Взбешенная паникой, которую она ощутила в сознании хозяина, Пип выпустила струю яда прямо в морду чудовища. Густой мех впитал едкую жидкость, но несколько капель попало на слуховую мембрану. И хотя та была не столь чувствительна, как глаза других существ, реакция последовала незамедлительно.
Нет, зверь не взревел и не зарычал. Вместо этого он испустил протяжный стон, встал на дыбы и кинулся, вытянув вперед пасть, на своего крылатого обидчика. Для своих размеров зверь оказался довольно прытким, но ему было далеко до юркого карликового дракона. Пип лишь подалась назад, изготавливаясь к новому плевку.
Медлить было нельзя. Главное — отвлечь хищника от Клэрити. Пистолет коротко свистнул, и тонкий луч поразил чудовище в затылок. Оно простонало снова и ринулось на Флинкса. Тот выстрелил еще раз, в открытую пасть. Чудовище содрогнулось и заскулило, рот несколько раз конвульсивно раскрылся и закрылся. Однако зверь продолжал наступать, и Флинкс опять нажал на спуск, не думая о том, что убойная сила оружия тает на глазах. Когда чудовищу оставалось до него несколько метров, оно рухнуло на колени, но все равно продвигалось вперед.
Поражаясь его живучести, Флинкс взял себя в руки, не торопясь прицелился и выстрелил. На этот раз луч перерезал чудищу позвоночник. С жалобным вздохом зверь посучил конечностями и околел. Пасть осталась разинутой. Закрывать глаза убитому не пришлось, потому что их не было.
Придя в себя, Флинкс подобрал трубку и прислушался — что если зверь был не один? В пещере по-прежнему было полно шорохов, но хрипловатого мяуканья не слыхать. Пип в ярости металась над головой поверженного хищника, Поскребыш порхал вокруг. Но уже не было необходимости плеваться ядом.
Клэрити стояла, прислонившись к сталагмиту, за которым пыталась спастись. Переводя дух, она рассматривала огромную мохнатую тушу.
— Все в порядке, — пробормотала она, прежде чем Флинкс взялся ее успокаивать. — Ты уж прости, что я закричала.
— Ничего, с кем не бывает. Я бы тоже закричал, если бы успел.
Она посмотрела ему в глаза:
— Нет, ты бы не закричал. Но все равно, спасибо на добром слове.
— А кстати, кто это?
— Не многолап, это точно. — Она отпустила свой сталагмит и на цыпочках подошла к добыче, как будто опасалась, что зверь не сдох, а только притворился и набирается сил. — У того конечностей в два раза больше. Не исключено, что это какая-то родственная разновидность. Никогда таких не видела. Да и никто не видел.
— Наверное, я его вспугнул, иначе бы он не подпустил меня так близко. А может, не имея глаз, он просто не смог точно определить мое местонахождение.
— Не забывай, что мы болтали несколько часов подряд. Он мог слышать.
— Допустим, но если он крался за нами давно, то почему не напал сзади?
Внезапно Флинкс повернулся к сталагмиту:
— А где твоя трубка?
Клэрити, проглотив комок в горле, повернулась и указала:
— Вон там.
Флинкс посветил — и похолодел. С перепугу Клэрити отбросила лампу, и та разбилась вдребезги, ударившись о поросль сталагмитов. Жидкость вытекала светящимся червяком и исчезала в трещине пола.