Чтение онлайн

По местному времени был уже полдень, но, когда шаттл пробился наконец сквозь слой облаков, внизу оказалось темно, как ранним вечером.

Флинкс благодарил судьбу, что им с Клэрити ничего не надо делать. Сиди себе в ремнях, откинувшись на удобную спинку кресла, а корабль пусть сам договаривается с компьютером на взлетно-посадочной полосе. Обе машины без всякого труда рассчитали угол посадки, скорость приземления, направление ветра и его силу и тысячи других параметров, которые необходимо было учесть, чтобы доставить на поверхность два хрупких двуногих существа. Но несмотря на все возможности и усилия автоматики, кораблик

нещадно бросало из стороны в сторону. Свет за бортом был настолько тусклым, что Флинкс едва рассмотрел в передний иллюминатор поверхность Длинного Тоннеля. Местность была не просто неприветливой, она наводила тоску. Мрачные колонны из светлого камня, извилистая вереница иззубренных пиков и утесов, чахлая растительность, которая упрямо цеплялась за голые скалы, прячась в редких закутках от безжалостного урагана.

Тучи сыпали мелким дождиком. Шаттл все снижался, рискуя врезаться в коварные скалы. Напрасно Флинкс вглядывался во мглу, напрасно выискивал осветительные приборы, силуэт здания или другие признаки космодрома.

Шаттл неожиданно взревел двигателями, Флинкса вдавило в кресло, и ремни больно впились в тело. Все же за иллюминатором мелькнула цепочка голубоватых огней. А больше там ничего не было — ни взлетной полосы, ни стартовых площадок, ни ангаров, ни других, столь привычных глазу, атрибутов нормальной космический гавани.

— Повторно заходим на посадку, — продребезжал в грохоте и реве компьютер шаттла.

— Почему — повторно? — раздраженно спросил Флинкс.

— Слишком сильный ветер. С поверхности поступил запрет. Возвращаюсь на круговую орбиту.

— А если снова будет сильный ветер?

— Мы будем вынуждены ждать на орбите разрешения на посадку. Если кончится топливо, мы автоматически вернемся на базу для заправки.

Флинкс знал, что топлива у них от силы на две попытки. «Учитель» не располагал достаточным количеством горючего для шаттла, потому что Флинкс привык дозаправляться на стоянках. Теперь поздно было корить себя за непредусмотрительность.

Они снова двинулись вниз по дуге, столь крутой, что казалось, обтекаемый шаттл вот-вот останется без крыльев. На этот раз снижение прошло довольно гладко; более того, в отдельные моменты скорость ветра не превышала 100 километров в час.

Клэрити беспрестанно болтала, пытаясь скрыть нервозность. Наконец Флинкс не вытерпел:

— Клэрити, уймись. Я же вижу — тебе страшно.

— Конечно, страшно, — хмуро отозвалась она. — Но другим способом на Длинный Тоннель не попасть и не улететь с него. И мне это не в диковинку — уже раз десять переносила.

— И считаешь, что у нас все-таки есть шансы?

— Знаешь, хоть ты и душка, но иногда наводишь зеленую тоску.

— Извини.

Теперь ему была хорошо видна впереди цепочка голубых огней; шаттл скорректировал курс и двинулся вдоль нее. Он летел ниже самых высоких пиков. Станция контроля полетов и космодром располагались в глубокой долине, окруженной со всех сторон высоченными горами. Оставалось только гадать, какие ветры дуют в этой котловине.

Когда шасси наконец коснулись покрытия, Флинкс облегченно вздохнул. Не желающий сдаваться вихрь вздыбил суденышко, но тотчас выпустил его из своей хватки. Компьютер переключил двигатели на реверс. Когда их рев стих, Флинкс и Клэрити яснее услышали порывы ветра и грозовые раскаты.

Слева возник зеленый мигающий огонек. Шаттл развернулся

с помощью поворотного устройства, ориентируясь по второму маяку, скрытому пока от глаз пассажиров.

— С удачной посадкой. — Клэрити уже отстегивала ремни.

— По-твоему, она удачная? — Флинкс со стыдом признался себе, что здорово струхнул. — Да я чуть не поседел!

— Согласна, Длинный Тоннель — не райские кущи, но к нам с тобой он снисходителен. Иначе мы бы ни за что не сели.

— А какой здесь воздух?

— Сносный. По крайней мере, не задохнешься. Запомни одно: на Длинном Тоннеле не бывает неудачных посадок. Или ты добрался до поверхности, или станция контроля отфутболила тебя на орбиту.

Флинкс уныло смотрел в иллюминатор. В космосе, по крайней мере, можно звезды увидеть. Здесь же — сплошная пыльная мгла, лишь кое-где проглядывают голые скалы. Ветер завывал по-прежнему, а забортная температура была убийственной из-за парникового эффекта, вызванного густой облачностью.

Флинкс и раньше бывал в негостеприимных мирах, но ни разу не встречал столь удручающей картины.

Когда он высказался на этот счет, Клэрити согласилась с ним, но добавила:

— Так ведь здесь никто и не живет. Здесь работают.

Ворота, которые поднялись, пропуская их в ангар, крепились на дюралесплавовых стенах, обрамлявших естественное отверстие в отвесной скале. По пути откуда-то сверху на них скатилось несколько валунов. К счастью, камни разбились вдребезги на ухабистой взлетной полосе справа от шаттла. Затем Флинкс с Клэрити спустились по трапу и двинулись дальше пешком, а кораблик остался в резком свете ламп ангара. Позади с грохотом опустились ворота, отгородив их от ветра, пыли и духоты.

— А откуда вы берете энергию?

Щедрый искусственный свет, проникавший в самые дальние уголки ангара, как-то не вязался представлениями Флинкса о скромной гавани в затерянном мире. Впрочем, ему следовало самому догадаться.

— На горе стоят ветровые электростанции, — ответила Клэрити. — Мощные лопасти и хороший крепеж, а за ветром тут, как ты уже понял, дело не станет. Есть и запас термоядерного топлива, но, насколько я знаю, еще не было причины им воспользоваться. Если кому-то не хватает нескольких киловатт, он без лишних разговоров лезет на гору и ставит дополнительный ветряк. Энергия — практически даровая.

Флинкс заметил, что навстречу им движутся какие-то силуэты. Они явно не спешили — видимо, осторожничали.

— Похоже, здесь не привыкли к незапланированным посадкам.

— Насколько мне известно, наша — первая. Туристам здесь делать нечего.

— Так что же я должен сказать администрации?

Клэрити усмехнулась:

— Ты со мной, и этим все сказано. Я работаю на «Колд-страйп», меня тут все знают.

Клэрити покосилась на Пип, которая в этот момент распрямлялась, покидая спинку кресла.

— А как быть с твоими питомцами?

— Пип — со мной, и этим все сказано. А Поскребыш — с нами. Они привыкли к климату Мотылька, так что и здесь все вынесут, лишь бы не было морозов.

— Морозов тут не бывает.

Флинкс вышел следом за Клэрити из «шаттла», и машина по его команде заперлась на все замки. Несколько рабочих в бежевых комбинезонах мельком глянули в их сторону, не отрываясь от своих дел. Флинкс заподозрил, что их больше заинтересовали Пип с Поскребышем, чем двуногие гости.