Фалор
Шрифт:
Повозка!
– Помогите! – крикнула я, задыхаясь от слёз и бега. – Стойте! Пожалуйста, мне нужно…
Не хватило воздуха договорить. Повозка остановилась. Я рванулась к ней.
– Куда… вы едете?
– Подальше отсюда к чертовой матери. Чего надо?
– Из города? На запад? – не знаю, причём тут запад. Панически вспоминаю поля, по которым мы бежали от «агента». Длинные тени стелились прямо перед нами, значит, бежали как раз на запад. А потом повернули и тени съехали направо. Значит, мы шли… на север или на юг? Не помню.
– Нет, не знаю куда. Видать,
Да не на запад мне, чёрт тебя дери.
– А если запад справа, то север впереди?
– Сзади, – буркнул парень. – Так куда тебе надо-то, соображай быстрее.
Север сзади, значит, шли мы на юг. Значит, теперь мне надо обратно, то есть на север. Север! Отлично!
– Мне тоже на север. За город.
– Точно? – он закатил глаза.
Нет, конечно, я что похожа на человека, у которого что-то может быть точно?
– Да, точно.
– Загород не поеду, но до границы довезу. Залезай.
– Спасибо! – я готова была разреветься от радости.
Я доберусь, я успею! Я неуклюже залезла в повозку. Парень тронул поводья.
Ехали долго. Меня трясло и тошнило. Стискивая зубы, я старалась не дрожать и не всхлипывать. Всё будет хорошо, я доберусь до Штаба и сделаю, как сказал Джон, его обязательно спасут. Только бы Штаб не переместили. А если переместили? Как его найду? Нет, что за глупости, там же никого нет, куда он денется.
Вот оно! Я помню этот дом, мы с Джоном шли мимо него по пути в город, я точно помню!
Джон. Тревога, отступившая было, пока я плутала по городу, нахлынула с новой силой. Перед глазами как наяву возникло его рухнувшее тело, пустой флакон, отлетевший в сторону…
Он жив, конечно, жив. Если бы яд был смертельным, он бы не выпил его. А вдруг…
А не вдруг. Нельзя предаваться панике, пока дело не закончено. Сначала добраться до Штаба, потом изводить себя сомнениями. Усилием воли я заткнула внутренний голос.
– Всё, приехали, – парень рванул поводья, лошадь остановилась, всю телегу хлипко качнуло по инерции. – Дальше не повезу. Расплачиваться будем?
Об этом я не подумала. Стала судорожно рыться в карманах, но ничего кроме пузырька от яда не нашла. А пузырёк был красивый, хрустальный… Нельзя его отдавать, это же главная улика, где потом искать этого парня?
– Быстрее соображай, если нечем так и скажи.
Если бы плата не была ему нужна, то и не спрашивал бы. Надо скорее что-то придумать, времени нет, да что ж такое…
– Да, есть чем, одну секунду. Вот! – я достала из кармана хрустальную пробку. Из крошечной круглой капли был вырезан изящный лебедь в волнах. – Её можно продать, дорого. Парень засмотрелся и протянул руку. Я отдёрнула свою.
– Довезите до конкретного места, тогда отдам.
– Откуда она у тебя?
– Нашла, – я беспечно пожала плечами. – Но за эту вещь назначена награда, я нашла её, а потом, когда мы уже поехали, заметила объявление, поэтому не пошла за вознаграждением сразу. А так вы его получите.
Ну? Складно? Похоже на правду? Отреагируй уже как-нибудь.
Он кивнул.
– А сама чего не получишь?
Деньги не нужны?– Я спешу и в город больше не вернусь, жалко хозяина этой штучки, мне она зачем.
– Ладно. Отвезу.
Я отвернулась, чтобы скрыть изумление. Вот так сразу? Взял и поверил?
Штаб оказался ближе, чем я рассчитывала – минут через двадцать за кронами деревьев показалось здание, облицованное темно-коричневым кирпичом, абсолютно не к месту возникшее в чаще леса, словно вырезанное с другой картинки. Его, похоже, перенесли в моё отсутствие. Что ж, тем лучше. Едва заметив очертания здания, я заторопилась уходить и остановила хозяина повозки, чтобы не обнаружить лишний раз местоположение Штаба перед посторонним.
– Спасибо большое, – я спрыгнула с повозки и уже с земли протянула парню пробку. Он бережно, словно боялся, что она развалится от малейшего движения, взял её в руку и осторожно переправил в карман.
Сработало! Я добралась! Я бегом кинулась в лес, оступаясь и каждую секунду рискуя упасть и переломать себе что-нибудь. Один раз даже упала, но обошлась малой кровью – только ладони ободрала и испачкалась. Наконец-то, Штаб. Огромное здание, как Колизей, возвышалось прямо посреди чащи.
Я взбежала по ступенькам и дернула ручку двери. Она открылась сразу же, даже стучать не пришлось. Влетев в холл, я никого не обнаружила. Это ничего, сейчас кого-нибудь найду. Я не помню, на каком этаже живут взрослые, но туда мне сейчас и не надо, раз они остались там, в школе. Мне надо в двести двадцатую.
В гостиную я добралась быстро – всего один подъём и пробежка по коридорам. У входа стояла чья-то обувь в количестве пяти пар. Отлично. Я вошла и наткнулась взглядом на компанию в составе пяти (очевидно) человек, среди которых заметила Лику и Джека. Все пятеро сидели на полу в окружении каких-то бумаг.
– Что-то случилось? – невозмутимо спросил парень с бирюзовой кожей. Рой, так его зовут.
– Случилось, – хрипло ответила я с порога. В горле стоял ком, говорить было трудно.
– Жертвы? – напряглась Лика.
– Есть, – кивнула я.
– Рассказывай, – приказала она.
И я рассказала, ничего не утаив. Решила, что, когда просишь помощи, нельзя лгать, объясняя положение дел.
С каждым словом слушатели мрачнели все больше, я волновалась все сильнее. Договорила. Повисла звенящая тишина. Никто ничего не сказал.
– Вы можете что-нибудь сделать? – голос предательски дрогнул, выдавая охватившее меня отчаяние. Жалкая.
– Не уверен, – ответил Рой. – Но попробуем. Флакон же у тебя?
Я кивнула и достала из кармана проклятый пузырёк.
– А крышка? – спросила Элоиза.
– Я её отдала парню, который меня довёз. У меня нет денег и я…
– Всё, успокойся, – со скрываемым отвращением оборвала она. – Что на ней было?
– Лебедь.
Они тревожно переглянулись.
– Сядь, – приказала Элоиза. Я послушалась и опустилась на пол, обнимая колени.
– А стихия у тебя есть? – мягко поинтересовалась Эрика. Таким голосом говорят, успокаивая маленьких детей.