Фалор
Шрифт:
– Очнулась? Вставай, – бросила она, выпрямляясь. Я повиновалась и встала, борясь с головокружением.
– Встань в круг, – приказала госпожа Азира. Оказывается, всё это время посреди сцены был начерчен мелом идеально ровный круг.
Я покорно побрела туда, куда велели, держась за больную голову.
– Расслабься и жди.
Ага, расслабишься тут. Хотя, с другой стороны, едва ли у меня сейчас есть силы напрягаться. Закрыла глаза. Открыла. Тёмный туман, застилавший глаза после отключки, чуть рассеялся и повис клочьями. Всё тело ныло. Не знаю почему, но должно быть в промежутке я что-то пропустила. Голова ещё кружилась. Части тела временами без предупреждения немели. Я пошатнулась и, падая, зацепилась
По залу пронёсся ропот. Не то удивлённый, не то обеспокоенный. Что бы это могло значить? Хотя, какая разница. Я стояла, нетвёрдо опираясь дрожащей рукой, и скрипя зубами от злости, ждала приказаний. Отвратительное ощущение, когда ждёшь решения своей судьбы и совершенно не в состоянии на что-то повлиять.
– Поздравляю, – произнёс господин Бовиус, сидевший в первом ряду у стены справа от меня, то есть напротив двери. – Ваша основная стихия – вода. В овладении ею вашим наставником станет господин Лонхир.
– Это я, – уточнили с другой стороны зала. Обернувшись на голос, я обнаружила высокого джинна с синими косичками. Ну да, это он, я помню, зачем мне лишний раз напоминают чьи-то имена?
Он медленно, но изящно поднялся со своего места, обозрев зал насмешливым взглядом. Поклонился, доброжелательно улыбнувшись мне. Я кивнула и криво, вымученно улыбнулась в ответ одним уголком рта, ещё не вполне придя в себя.
– Что ж, прекрасно. Доброго дня, – произнёс Бовиус, обращаясь ко всем присутствующим, и вышел за дверь. Это послужило сигналом. Остальные зрители поочередно поднимались со своих мест и покидали зал.
Итак, теперь я, кажется, официально волшебница, хотя и понятия не имею, как пользоваться новообретённой силой.
Что делать с этой информацией, я ещё не решила. Нравится мне это или нет – тоже. Пока что мне хотелось лечь и не вставать как можно дольше. Кое-как переставляя ноги с ослабевшими мышцами, я добралась до верхней комнаты. Там никого не было – все ушли как нормальные люди, через дверь в стене, а не в потолке. Ну и отлично. Я спряталась в своём убежище за ёлкой и шкафом. Переодевание заняло немного больше времени, чем я рассчитывала: пальцы не слушались, зависающий мозг не в состоянии был выпутаться из туники и нормально её надеть. Кое-как я сладила с одеждой, аккуратно (излишне) повесила на вешалку костюм, который был на мне, убрала его в шкаф. Полюбовалась итогом. Поправила его, чтобы висел ровнее. Одёрнула, чтобы не мялся. Я не совсем отдавала себе отчёт в том, зачем это делаю, но скорее всего, просто тянула время и старалась занять мозг какими-нибудь мелкими делами, потому что на крупные, например, покинуть комнату, разыскать кого-нибудь и двинуться дальше к своему предназначению, меня не хватило бы.
Хорошо. Ладно. Нужно собраться. Нужно собраться и выйти из комнаты. Я через силу приволокла себя к двери. Не успев выйти, я услышала голоса. Джон и госпожа Азира. Видимо, общими ответами насчёт опоздания она не удовлетворилась. Судя по интонациям, Азира не отчитывала моего незадачливого проводника, а скорее что-то выясняла, уточняла подробности. Вся эта неразбериха изрядно путала без того замученный мозг.
Слов я разобрать я не могла, но Азира явно пребывала в беспокойном замешательстве. Она в последний раз что-то спросила у Джона и застучала каблуками прочь. Джон подождал чего-то, постучался, заглянул внутрь. Он был мрачен и задумчив. Я нахмурилась.
– Что случилось? – обеспокоенно спросила я, разводя руками.
Джон молча взял меня за руку и потащил за дверь. Я напряглась.
– Джон!
Молчание.
Я вырвала свою руку и остановилась.
– Объясни, что случилось, – потребовала я.
– Пойдём, – он проигнорировал вопрос.
– Не пойду, пока не скажешь!
– Не скажу, пока не пойдёшь!
Такими темпами
мы далеко не уедем. Ладно.– Пойдём, – вздохнула я.
Прошли уже половину коридора.
– Так что случилось?
Джон упрямо молчал. Беспокойство нарастало.
– Ты обещал сказать!
– Когда выйдем, – коротко бросил джинн
Смутная тревога тяжело ворочалась в груди. У меня похолодела спина. Мы выбежали из школы. Бегом пересекли площадь, не расцепляя рук. Свернули в какой-то не внушающий доверия переулок. Джон молчал. Я хотела снова спросить, что произошло, но он меня опередил.
– Сейчас я отдам тебе вот эту вещь, – он достал из кармана туники плоский пузырёк, вынул пробку и протянул её мне, – Ты заберёшь её и убежишь. Возвращайся в Штаб тем же путем, как мы сюда пришли. Расскажешь кому-нибудь, что случилось.
Джон открыл пузырёк. Прежде чем я успела вскрикнуть, выпил его содержимое.
Я кинулась к парню, схватила его за руку, выбила из рук флакон. Пузырёк отлетел далеко в сторону и со звоном покатился по земле. Пустой. Поздно.
Глава
VII
Рука джинна обмякла, глаза закатились. Он упал на землю, я рухнула рядом с ним на колени. Как во сне звала его, трясла за руки, зная, что не поможет. Он безвольной куклой лежал на земле, не сопротивляясь. Неужели он… Да ну нет, он не может просто так взять и умереть. А как узнать, жив ли он? Кожа джиннов всегда холодная, пульс не чувствуется. Черт-черт–черт… Нет, не в мою смену. Сквозь туман в голове до меня дошла мысль о том, что он просил что-то сделать. Что же? А, да. Пузырёк. Точно. Я побежала искать несчастный флакон. Ноги подкашивались, споткнувшись, я едва не упала. Прозрачное стекло бутылочки жизнерадостно блестело в траве.
Схватив его подрагивающей рукой, сжала в ладони.
Что дальше? Бежать. До штаба полдня пути пешком! Я не могу уйти и бросить его тут! Что мне остаётся? Надо вернуться в школу, там полно народу. Но он же не просто так сказал идти в Штаб? Я не успею! Слёзы вспыхнули. Что мне делать? Я кинулась прочь из переулка, на площадь. Назад к школе, я найду старших, позову Лонхира, он же теперь мой наставник, он поможет… Да, именно так и сделаю, всё будет хорошо.
Из школы, мило болтая, выходили старшие джинны. Моя уверенность покачнулась и рухнула. В школу нельзя возвращаться, он же сказал. Я не могу, я не успею! Била нервная дрожь, пока я бешено озираясь, стояла перед выходом из переулка и не могла решиться. Направо или налево? В школу или в Штаб? Ну, куда же? Помогите, умоляю… Я не знаю, нет, пожалуйста, я не могу… К горлу подступили рыдания, я судорожно всхлипнула, выдохнула и побежала. Налево, вдоль по главной улице, в Штаб.
Минуты через три я выдохлась и поплелась пешком, отчаянно подгоняя себя. Пешком до Штаба полдня пути. Нет у меня времени! Нужно как можно скорее поймать попутку, нужно найти проезжую улицу, нужно… Я прокручивала в голове, что скажу в просьбе подвезти. Это неправдоподобно, это недостаточно весомо, это тоже не годится… Я побежала. Повозка! Я кинулась к ней, но не успела – она проехала мимо. Черт ну почему всегда вот так. Я побежала за ней, надеясь найти другую, более оживлённую улицу, выдохлась, вернулась обратно, прошлась пару раз вперёд-назад. Почему никого нет, ну хотя бы кто-нибудь…
Едут! Некто, сидевший на козлах, с таким грозным криком обращался к кому-то, сидевшему в самой телеге, что я побоялась подойти. Повозка проехала мимо. Долго никого не было. Меня выворачивало наизнанку, от липкого страха тошнило. Какая же дура, плевать на разборки тех двоих, надо было остановить их, они бы помогли. Надо было бежать быстрее, успеть ещё на первую. Никчёмная идиотка, мерзкий слабый червяк, который… Я разревелась уже не скрываясь. Тошнота подступала к горлу. Ну же, хоть кто-нибудь.