Чтение онлайн

– Быстро не получится. Мне нужно будет время...

– Сколько времени?

– Столько шше, сколько мы с тобой сейчас рассговариваем.

– Угу. Ладно. Значит, мне придётся поотвлекать лохматиков. Ничего, займу их чем-нибудь на полчасика...

Претворить мой бредовый план в жизнь оказалось довольно легко. Лохматикам мы сказали, что, если открывать Тропу не в полнолуние, она продержится недолго и не выдержит большого количества народу. Подходящая для наших целей пещера нашлась в километре от селения, чуть выше по склону. Я регулярно изображала из себя колдующего Духа, для чего ходила вдоль дальней стенки пещеры, делая пассы руками и бормоча себе

под нос стихи и ругательства. Горш обретался рядом, то ничего не делая, то изображая моральную поддержку. Одних нас никогда не оставляли. Около десятка самых крепких и рослых лохматиков всё время были рядом, держа нас на виду. Так же постоянно рядом был шаман или главный. В моей спальне (отдельной небольшой комнатке пещеры) стоял почётный караул, из-за чего я толком не могла выспаться (знаете, как на нервы действует чьё-то тяжёлое дыхание в темноте, скрип амуниции и тявканье при смене караула?!).

Но и на нашу улицу наконец пришёл праздник. Однажды, когда я днём опять старательно изображала из себя ворожею, на улице послышался шум и крики. Я, уже немного разбиравшая речь лохматиков, расслышала только «Пришли!» и имя вождя, в смысле - главного. Главный, карауливший в это время меня, немного помялся, затем приказал прекратить колдовать и подождать, когда он вернётся. После чего рванул на улицу.

Я демонстративно отошла от стены и стала ходить по пещере кругами. Два раза пройдя мимо выхода, я поняла - в селение пришло всё остальное племя, до этого обитавшее где-то в другом месте. Женщин и детей стало много больше; мужчин, впрочем, тоже.

Тогда я позвала Горша и вместе с ним отправилась в свою «комнату». Необычного в этом не было ничего. Придя туда, я сообщила, изо всех сил стараясь не сиять улыбкой до ушей:

– А теперь у нас с тобой есть время!

– Мне открывать проход на Тропу?
– удивился Горш.

– Нет. Смотри - видишь, мою комнату отделяет от остальной пещеры стенка с узким проходом? Насколько я могла заметить, с обычным камнем ты справляешься легко и быстро... Так вот, если сейчас перекрыть этот проход, то снаружи докопаются до нас нескоро. И ты успеешь не только открыть Тропу, но и закрыть её!

– А страшши?
– протянул серый.

– Да их всего двое! Неужели мы с тобой не осилим их? Тем более, они не ждут нападения...

– Это мошшет получиться...
– задумался Горш.

– Кончай думать! А то сейчас шаман придёт, или вождь вернётся - и каюк плану!

– Почему?

– Потому что они знают эльфийский, но не признаются!
– поймав удивлённый взгляд Горша, я раздражённо зашипела: - Да потом объясню, а сейчас действуй давай!!!

– Ладно, - кивнул тот и предложил: - ты делай вид, будто говоришь со мной, а я сращу стену.

– Хорошо, - согласилась я и монотонно забубнила: - Я с тобой говорю, я с тобой говорю, я с тобой говорю...
– Впрочем, до меня быстро дошло, что мой бубнёж вряд ли похож на обычный разговор, и я сменила пластинку: - Ну как ты, скоро там? Я сейчас с ума сойду! «И дольше века длится день...» И не оглянуться даже! У!..

– Всё, - выдохнул довольный Горш.
– Пора. Только ты осторошшнее, у них копья ядом помассаны...

– Что?!! А раньше ты сказать не мог?!!

– А ты не сснала?!!

Ом мани падме хум, ом мани падме хум... Ладно, теперь отступать поздно!

– Вперёд! Тормоза придумали трусы! Вперёд, а там разберёмся!!!
– завопила я, поворачиваясь кругом и бросаясь на ближайшего ко мне лохматика. И чуть не рухнула на пол от смеха! Мой почётный караул так и стоял навытяжку, охраняя девственно-ровную стену на месте бывшей двери... Не ожидавшие такого нападения лохматики удивлённо округлили глаза, что, впрочем, не помешало одному из них поймать меня под мышки, не давая упасть. Я

с истерическим всхлипом повисла у него на шее, стоя перед ним на коленях (как бы абсурдно это ни звучало). Неторопливо подошедший Горш аккуратно вынул из рук второго копьё с ядовитым наконечником, отставил в сторону и сгрёб недоумевающего воина в охапку, явно подражая мне. Мои всхлипы перешли в вой...

Когда через пару минут ситуация прояснилась, лохматики уже сидели на своих постах, со связанными руками и ногами, а их оружие мы пристроили в другом конце комнаты.

– Открываешь?
– нервно поинтересовалась я у Горша уже, наверное, в десятый раз за минуту и, не дожидаясь ответа, продолжила: - Ну и открывай. Эт-правильно...

Чтобы хоть чем-то себя занять, я стала думать. Обо всём подряд.

«Как хорошо, что я на праздник пошла в обуви! Представляю, что было бы, если бы я сюда перенеслась босиком... Заболела бы, как пить дать! И ноги бы все себе сбила... Эх, и где же ты теперь, моя фиалочка, моя красавица... Хотя, ты-то дома, в отличие от меня... Избушечка моя любимая! Когда я теперь в тебя вернусь? И вернусь ли, вот в чём вопрос?! Я даже по лиане скучаю... по этой наглой, надоедливой лиане! Но как же ты без меня, моя фиалочка?!»

Мои скорбные мысли прервало какое-то шевеление под пальцами. Я сидела на полу, рядом с сосредоточенно-серьёзным серокожим... С визгом отпрянув от шевелящегося чего-то, я так же шустро пригнулась обратно, как только увидела маленький зелёный росток на тёмном каменном полу. Вот это да! Фиалка?!

Нет, не фиалка, поняла я через минуту. Листья растения были совсем другие. Они бодро и решительно лезли из пола, всё чётче обрисовывая знакомого вида кустик...

– Горш!
– взвизгнула я, как только вспомнила, где я уже видела такое растение.
– Горш! У тебя есть совсем немного времени, а потом нас сожрут!!!

– Почему?
– прогудел серокожий, не отвлекаясь от процесса.

– Э... Ум... Ну, тут кое-что выросло... Совсем само, правда!.. Короче, позади тебя - «сладкая погибель», и она уже собирается выпустить бутон!!!

– Эге, - невнятно протянул Горш, я даже не поняла - слышал он вообще меня, или нет?!

Прошло полминуты. Я собрала в охапку все свои вещи (меховую куртку, например - не оставлять же здесь такое сокровище?) и теперь терпеливо сидела между Горшем и растущим кустиком, завязывая пальцы всевозможными узлами и притоптывая ногами на месте...

Прошла минута. Подросший кустик медленно, но решительно выпустил бутон. Пока маленький и нежный, он уже тянулся ко мне...

Минута пятнадцать секунд. К хриплому дыханию и скрипу моих зубов добавился новый звук - свежевыращенную стену явно ковыряли, и очень старательно. Ковыряйте-ковыряйте, авось пророете дырку к послезавтрашнему утру...

Минута двадцать пять секунд. Стена содрогнулась от гулкого удара, сверху посыпался щебень. Вот чёрт! Чем они так?!

Минута сорок пять секунд. После третьего удара в стене появились трещины, стали откалываться камни покрупнее. Я вскочила, перетащила связанных воинов в другой угол, чтобы стена рухнула не на них, и, возвращаясь, едва не напоролась на большой и красивый бутон «сладкой погибели», уже норовящий ткнуть меня в ноги...

Две минуты. Стена таки не выдержала напора, кучей булыжников разлетевшись по комнатке. Вроде бы, все остались живы, хотя пару десятков синяков и одну (надеюсь...) большую ссадину я получила. Кустик открыл бутон, распространив вокруг на удивление приятный запах... Горш радостно зашипел, сказал мне приготовиться и сиганул прямо в стену... Хотя нет, стена перед ним разошлась и осталась ждать меня. Я рванула вперёд, увернувшись от выпада бледно-сиреневого цветка, и влетела в проём, успев почувствовать, как что-то царапнуло меня по плечу...