Чтение онлайн

Лена уткнулась лбом в его плечо, чувствуя, как колотится его сердце. Гнев отступил, оставив лишь холодную решимость. — Они думают, что загнали нас в угол, — тихо произнесла она, глядя на ватман с чертежами. — Они думают, что я просто владелица книжного. Они забыли, что по образованию я — архитектор-реставратор.

Она отстранилась от Марка, и в её глазах появился тот самый лихорадочный блеск, который возникал каждый раз, когда она бралась за сложный проект. — Если они хотят исторической точности до последней запятой — они её получат. Марк, помнишь те шесть коробок, которые мы привезли из Москвы? В одной из них лежат справочники по

обходу градостроительных нормативов и старые ГОСТы. Мне нужно, чтобы ты поехал к Михаилу Сергеичу. Нам нужны оригинальные чертежи этого здания из городского архива. До миллиметра.

Марк медленно улыбнулся, и напряжение в его плечах наконец-то спало. — Понял, капитан. Будут тебе чертежи.

Война еще не была закончена. Корпорация сделала свой ход, но они явно недооценили людей, которым бросили вызов.

К полуночи «Маяк» напоминал не уютный книжный магазин, а штаб-квартиру осажденного гарнизона. На сдвинутых вместе дубовых столах высились стопки московских справочников по реставрации, выписки из градостроительного кодекса и распечатки свежих нормативов.

Лена сидела в центре этого бумажного хаоса, сжимая виски пальцами. Глаза слезились от усталости и мелкого шрифта, но она упрямо перелистывала страницу за страницей.

Колокольчик на двери звякнул, и в зал вместе с клубами морозного пара ввалились Марк и Михаил Сергеич. Старик тяжело дышал, отряхивая снег с твидового пальто, но в руках бережно, как величайшую драгоценность, прижимал к груди длинный потертый тубус.

— Еле вытащили, — выдохнул Марк, скидывая куртку. — Архив собирались закрывать, но Михаил Сергеич поднял на уши директора.

— Я напомнил этому бюрократу, кто принимал у него экзамен по краеведению в восемьдесят пятом, — усмехнулся старик, подходя к столу. Он торжественно водрузил тубус поверх бумаг. — Здесь всё. Оригинальные чертежи портовой таможни тысяча восемьсот девяносто восьмого года — именно так изначально называлось это здание. Копии утверждены печатью.

Лена мгновенно ожила. Она расчистила пространство, вытащила пожелтевшие от времени листы ватмана и аккуратно развернула их, прижав углы тяжелыми книгами. Марк придвинул настольную лампу поближе.

Они склонились над чертежами. Лена водила карандашом по выцветшим линиям фасада и поэтажных планов, сверяя их с предписанием Комитета. Прошло десять минут напряженной тишины, нарушаемой лишь тихим гудением обогревателя.

Внезапно Лена замерла. Карандаш в её руке остановился над секцией кровли. Она моргнула, перечитала сноску на полях чертежа, написанную витиеватым дореволюционным почерком, а затем резко подняла глаза на Марка. На её губах медленно расцветала хищная, триумфальная улыбка.

— Романов — идиот, — выдохнула она. — Он нанял юристов, но забыл нанять историка-архитектора.

— Что ты нашла? — Марк оперся руками о стол, вглядываясь в чертеж.

— Две критические ошибки, — голос Лены звенел от сдерживаемого адреналина. Она ткнула карандашом в предписание чиновников. — Смотри. Они требуют от нас «восстановить исторический облик 1898 года», в том числе медную крышу и дубовый паркет. Но согласно оригинальным чертежам, в 1898 году здесь был портовый склад! Крыша была покрыта обычным кровельным железом, а пол был из...

— Из заливного бетона, — закончил за неё Михаил Сергеич, радостно щурясь сквозь очки. — Верно! Медь и паркет появились

здесь только в тысяча девятьсот двенадцатом году, когда здание выкупило купеческое собрание.

— Именно! — Лена победно стукнула карандашом по столу. — Наш эпоксидный пол юридически можно классифицировать как «обратимый метод консервации оригинального бетонного основания». Это полностью соответствует современным реставрационным ГОСТам. А крыша вообще не нуждается в замене. Мыужев историческом облике 1898 года!

Марк рассмеялся — громко, с облегчением. — То есть их предписание о штрафе недействительно?

— Оно не просто недействительно. Оно безграмотно, — Лена выпрямилась, её глаза горели. — Но это еще не всё. Самое сладкое — это статус «объекта культурного наследия», который они нам так любезно организовали, чтобы задушить проверками.

Она вытащила из стопки московский справочник по градостроительному праву и раскрыла его на закладке.

— Статья 34 Федерального закона номер 73. Присвоение зданию статуса памятника автоматически устанавливает вокруг него защитную охранную зону радиусом от 100 до 150 метров. В этой зоне строго запрещено любое капитальное строительство, создающее вибрации или портящее историческую среду.

В зале повисла оглушительная тишина. Марк и Михаил Сергеич переглянулись. До старика первым дошел масштаб архитектурной ловушки.

— Парковка... — прошептал Михаил Сергеич. — Эко-молл, который они собирались строить через дорогу.

— Они попадают ровно в центр нашей стометровой охранной зоны, — с ледяным удовлетворением подтвердила Лена. — Романов своими же руками заблокировал строительство собственного торгового центра. Эффект бумеранга в чистом виде. Завтра утром мы отправляем официальное уведомление в прокуратуру и Стройнадзор о недопустимости выдачи разрешения на строительство «Океан-Ритейл» в охранной зоне памятника архитектуры.

Марк смотрел на неё с нескрываемым восхищением. В этой хрупкой женщине с растрепанными волосами и тенями под глазами таилась такая стальная воля, что противостоять ей было невозможно.

— Капитан, я говорил, что ты потрясающая? — тихо спросил он.

— Оставим комплименты на завтра, — Лена смущенно отмахнулась, но её щеки порозовели. — У нас осталась проблема с твоим деревом. Завод разорвал контракт, а нам нужны материалы для завершения зоны кафе.

Марк хищно усмехнулся и скрестил руки на груди. — С этим я разберусь. Завод-монополист — это проблема, но в районе есть десяток мелких лесопилок, которые этот самый завод годами давил ценами. Мужики там сидят без крупных заказов. Я обзвоню их завтра. Объединимся в кооператив: они дают мне дерево по себестоимости, а я пускаю заказы на их мощности. Корпорации понимают только язык силы, значит, мы создадим свою силу.

Михаил Сергеич одобрительно постучал тростью по полу. — Вот что значит правильные люди на правильном месте. Ильич там, наверху, сейчас наверняка открыл бутылочку коньяка.

Утро пятницы стало для юридического отдела «Океан-Ритейл» черным.

Ровно в 09:00 на стол председателя Комитета по охране памятников лег увесистый пакет документов от имени владелицы «Книжного маяка». В нем находились: историческая справка, доказывающая некомпетентность выданного предписания (с приложением копий чертежей 1898 года), и официальное требование немедленно приостановить согласование любых строительных проектов в радиусе 100 метров от магазина.