Его тайна
Шрифт:
Все старшекурсники сразу забыли о ней и переключили свое внимание на огромную карту пригорода Сэнди Лэйк, висящую на стене позади преподавательской трибуны. На старинной пожелтевшей бумаге магическим светом сиял яркий синий огонек. С каждым мгновением он будто ближе сдвигался к черте города.
Это могло значить лишь одно: в Сэнди Лэйк направляется какое-то неизвестное молодое магическое существо, а значит, их лекция на сегодня закончена. Доктор Хотман скоро отправится предложить «новичку» обучение. Так и произошло.
— Все свободны, — недолго думая, ровным тоном сообщил Николас и под шум
Не могла же она просто уйти, когда именно ее личное заклинание зачаровало древнюю карту на поиск новых потенциальных студентов академии?
Спешно покидав вещи в сумку, Эспер подошла к Николасу и присела на краешек стола, на который он опирался. Хотман задумчиво смотрел на стену с картой и молчал.
— Оборотень, что тут думать! — воскликнула Эспер полминуты спустя, проследив за медленно ползущей по бумаге точкой. — Чем сильнее свет, тем больше сила существа. Светится очень ярко, а завтра полнолуние…
— Я уже и сам догадался, — сообщил Николас, окинув ее недовольным взглядом, а затем начал собирать свои конспекты в папку. — Почему ты еще здесь, Эспер? — спросил он минуту спустя.
— Хочу поехать с тобой, разумеется! — возмутилась она в ответ. Внутри горько кольнула обида. Последнее время они много времени проводили вместе, и Эспер привыкла, что Ник сам лезет в ее дела, желая помочь с учебой, тренировками или просто покапать на мозги и поучить жизни, как умеет только он один. Неужели теперь ей нельзя навязаться самой? В качестве компенсации и в награду за терпение. Честно и справедливо!
— Мне интересно посмотреть, правильно ли работает изобретенное мной заклинание.
— Нет, я против, — категорично ответил Николас, сделав вид, что он что-то ищет в своей папке.
— Почему? — не собиралась отступать Эспер. — Я имею право посмотреть результат своих трудов.
— Нет — значит, нет. И я не должен тебе ничего объяснять.
— Это все из-за носков, да? — прищурилась Эспер, внимательно следя за мимикой Ника.
— Нет. Из-за того, насколько тебе оказалась неинтересна моя лекция, что ты витаешь в облаках, — ответил Николас и с громким щелчком захлопнул папку. — Твое поведение и невнимание задело мою профессиональную гордость.
— Гордость? Ты всю лекцию нагло цитировал Джона Уайта. Мне было скучно, — честно призналась Эспер. — Да! Я, в отличие от остальных, прочла рекомендованную тобой литературу.
— Надо же, какое достижение! Тогда ладно… — Ник притворно вздохнул. — Обещай, что забудешь про носки, и можешь поехать со мной на встречу.
— Значит, причина все-таки в них! — во все зубы улыбнулась Эспер. — Ладно. Обещаю!
Николас вновь перевел взгляд на карту. Светящаяся синяя точка остановилась где-то посредине леса, неподалеку от озера. За чертой города.
— Лесная чаща, — сказала Эспер, ткнув кончиком пальца в магическую метку. — Логично для оборотня…
— Ты не права, — возразил Ник и нахмурился. — Карта старая. Сейчас там вовсе не лес, а популярный кемпинг.
— Паршиво, если оборотень свое первое полнолуние проведет посреди целого сборища людей, не правда ли? — угрюмо протянула Эспер, покачав головой.
— Паршивей некуда, — согласился Николас. — Возьму-ка
я пистолет с транквилизатором. На всякий случай. А еще лучше нам переодеться во что-нибудь удобное, — он посмотрел на Эспер и махнул рукой на ее юбку. — Вдруг нам придется за ним побегать. Встречаемся через десять минут у ворот. Не опаздывай, иначе я уеду один.— Окей, — радостно ответила Эспер и поспешила к себе в комнату. Хоть полнолуние и завтра, но поторопиться все же стоило. Молодые волки в отличие от старых могли оборачиваться в течение целых трех дней, а порой даже и четырех, а не ждать пика.
На улице стояла отличная теплая весенняя погода. Солнечная и безветренная, поэтому Эспер с облегчением скинула лаковые туфли, форменную блузку и клетчатую юбку, и натянула спортивную майку без рукавов и новые джинсовые шорты. Всю зиму она только и ждала возможности их выгулять, поэтому не стала себе отказывать. Завязав шнурки на кроссовках, она выбежала из комнаты.
Когда Эспер добралась до ворот, Ник уже сидел в своей машине и ждал только ее.
— Когда я просил переодеться во что-нибудь удобное, я имел в виду спортивные штаны! — начал ругаться Ник, как только она забралась на переднее сидение. — А не джинсовые трусы!
— Это шорты! — рассмеялась Эспер, пристегиваясь ремнем безопасности. — И в них действительно удобно бегать.
— И не поспоришь, — недовольно буркнул Ник, заводя мотор, а затем, покачав головой, вполголоса добавил: — Надеюсь, что твои модные вкусы мне не аукнутся, боже!
Сам он был одет в спортивный костюм, который обычно носил на тренировки: белая футболка, кроссовки и простые серые спортивки. Только его любимые наручные часы в этот раз остались на правой руке.
Выехав с территории Солинари, машина свернула на дорогу, ведущую в сторону Сэнди Лэйк. По асфальту путь до кемпинга занимал всего минут семь-десять.
— Я просто так устала от формы. Ненавижу блузки! — пожаловалась Эспер. — Нечестно, что ты можешь себе позволить косплеить молодого Дамблдора в костюме-троечке, а мы вынуждены таскать ужасную дрянь родом из убогих девяностых.
— Сочувствую, — злорадно произнес Николас. — Но ничего не могу поделать. Форму одобряет совет попечителей.
— Святая инквизиция — вот, кто они!
— И вновь не поспоришь, — посмеялся Николас, взглянув на нее в ответ, а затем вдруг нахмурился. — Это что за тату у тебя на руке?
— Какое тату? — Эспер с недоумением посмотрела на Николаса.
— Вот это, — он прикоснулся ладонью к ее плечу и провел пальцем по коже. — Правилами академии… — но не договорил, убрав руку.
Эспер резко посмотрела на свое плечо и на несколько секунд замерла, пытаясь понять, что за тату и откуда оно могло появиться.
— Я его не делала! — вскрикнула она с легкой паникой. Чудесное появление каких-либо знаков на теле никогда не предвещало ничего хорошего. Проклятие, сглаз, порча?.. Но в следующий миг память Эспер подкинула разгадку странного ребуса. — Это не тату! Это родимое пятно — магическая метка «Вааца» — выдохнула она с улыбкой, внезапно почувствовав необъяснимую радость и толику облегчения. — А я и забыла!
Маленький треугольник, словно неожиданный привет из прошлого, на мгновение подарил ей давно утерянное тепло.