Чтение онлайн

За все Тебя благодарю, Георгий Эмильевич. Без Вас (так лучше) моя жизнь была бы тусклее, без искры и брусничного цвета.

Без Вас — разве услыхали б мы, как витальные исполнители мушкетерских ролей на своих одесских каникулах перли девок паровозом, а артист Старыгин заслужил кличку Гюрза за постыдную и нетоварищескую склонность индивидуализировать процесс? Один, так сказать, за всех и все, пардон за подробности, за одного?

Без Вас — разве завел бы артист Боярский манеру даже спать в шляпе?

Как бы без Вас сложилась судьба кафешантанных мамзелек Одессы, канканирующих в «Опасных гастролях», исполняющих марлезонский балет в «Д? Артаньяне» и прыгающих в лосинах и масках петухов по фильму «Куда он денется»?

Да и был ли бы без Вас сам марлезонский балет?

И вот на излете золотой эры в прокат вышло долгожданное возвращение живых мертвецов, они же мушкетеры, и подивило паству пугающе удовлетворительными кондициями. Нет, все стандарты юнгвальдизма были на месте. Благородные дворяне по-прежнему рубились канделябрами по сусалам, пыром по яйцам и окороком по кумполу — зачем отказываться от удачных

находок? Ее величество Фрейндлих с прежним девичьим усердием хлопотала веером и складывала губы гузочкой. Дуэлянты фехтовались, как Шурик с Балбесом на балалайках, и картинно встряхивали кудрями, как Миронов в «Бриллиантовой руке». Мушкетеры сначала усопли, потом воскресли, паузу провели в качестве играющих призраков, набеленных мукой, со смаком произнося «бур-ргундское». «Во дает папашка!» — к месту ввернула дочь Портоса, францисканская монашка Анжелика (!!) в исполнении Ирины Пеговой, девушки тоже к месту корпулентной.

Фильм Хилькевича остался классическим фильмом Хилькевича с фанфаронадой, арфой (что может быть смешнее арфы?) и упавшим с лысины париком — беда в том, что ниже нижнего упали окружающие плинтус и ватерлиния. Тиара самого худшего, самого пошлого, самого скабрезного режиссера тает на глазах, как испорченная шапка-невидимка. На фоне новогодних шабашей мушкетеры блюдут эхо старомодной грации, великодушия, порядочности, и крест у них на груди. Лица их подруг не светятся преисподней и не несут печати всех семи считавшихся ранее предосудительными пороков. Самый бездарный артист России Харатьян занят в правильной роли комического Людовика, рядом с бюстом Олега Палыча Табакова. С мелкими усиками торчком и глазами навыкат гипсовый Палыч похож на Петра Великого, что тоже симпатично. Декор дорогой, выездка знатная, титр «Опять Англия» чудесен, песня «Мы — команда!» тупенькая, но приятная, как и все мушкетерские вокализы тридцатилетней давности: «Ветер в гривах, шпаги наголо, Те, кто против — им не повезло!»

Шутки — ну, шутки обычные. Новая миледи:

— Не рыпайтесь, у меня и бомба есть!

— И где же вы ее, хи-хи, держите?

— А где надо — там и держу!

Зато рамку оператор наводить научился.

Нашел время. В тот момент, когда толкотня среди претендентов на роль короля кича ужасная, когда в самую спину дышит сценарист фильма «Куда он денется» Анатолий Эйрамджан с персональными свершениями «Бабник», «Импотент» и «Жених из Майами» (составители антологий постоянно норовят написать «Майями» — и, по-моему, так действительно лучше) — он, видишь ли, научился наводить рамку!

Больше не быть Хилькевичу первым.

Аут. Кончилась сказка.

Драмы

 

Бегство младшего сержанта Александра Глухова из расквартированной в Южной Осетии российской части вряд ли можно считать главным событием января, но с символической точки зрения казус Глухова вполне стоит отнести даже к событиям года. Фотосессия в тбилисском «Макдоналдсе», серия сбивчивых интервью, напоминающих скорее об Иване Чонкине, чем о других знаменитых перебежчиках от Власова до Гордиевского, бесконечное путешествие матери Глухова из захолустного Сарапула на неспокойный юг — надеюсь, кто-нибудь когда-нибудь снимет обо всем этом интересное кино. А может быть, и не снимет — наш масскульт до обидного нечувствителен к любым актуальным проявлениям жизни общества.

Нечувствительна, впрочем, и пресса. В газетах спорят о том, было ли бегство Глухова провокацией грузинских спецслужб или же все-таки Глухов, будучи идиотом, просто не понял, что уходить к военному противнику за гамбургерами — это в любом случае не очень хорошо. Как будто бы это так важно — сам он пошел «на рывок» или вследствие попадания на шпионский крючок.

Важно в истории Глухова, мне кажется, другое. Когда рассеялся дым от августовских телерепортажей с грузинского фронта, та война вдруг оказалась не менее «незнаменитой», чем все ее предшественницы, от финской до афганской. Мотивировочных объяснений типа «мы спасали осетинский народ от геноцида» уже не хватает, а новых — не придумали и вряд ли придумают. Может быть, потому что их просто нет. Может быть — потому, что до них никому нет дела. Героический шлейф, сопровождавший российскую активность на грузинском направлении, за эти полгода изрядно пообветшал, и теперь солдат, бегущий от армейских проблем (неважно, что это за проблемы — объяснениям Глухова по поводу невыполнимых поручений командира, пожалуй, и не стоит верить) в тбилисский «Макдоналдс», ничем, строго говоря, не отличается от солдата, бегущего от армейских проблем в какой-нибудь комитет солдатских матерей. Аргументы насчет «Ты предал родину» не работают и с формальной (какая же это родина? Это Южная Осетия), и с любой другой точки зрения. Обязательства граждан, в том числе и призванных на срочную службу, перед государством выглядят все более неочевидными. Глухов, может быть, идиот, но едва ли он смотрел бы на проблему своего предательства по-другому, даже если бы был чуть умнее.

 

31 января в разных городах России проходили протестные и контрпротестные мероприятия. То есть сначала о намерении провести акции протеста по поводу экономического кризиса объявили оппозиционные организации, а потом, как это всегда бывает, акции (конечно, гораздо более масштабные) в поддержку антикризисных мер правительства организовали лоялистские структуры. Прессе и интернет-аудитории больше всего понравилось выступление одной из активисток «Молодой гвардии» на митинге у решетки Александровского

сада в Москве — речь с рефреном «Не можешь сделать лучше — не смей критиковать российские машины!» обсуждают до сих пор, но в тот день в России проходило еще много интересного. Мне кажется, стоит обратить внимание на один из «маршей несогласных», впервые в истории такого рода акций разогнанный не милицией, а некими неопознанными гражданами, которые с криками «Вы нам отдыхать мешаете, суки» избивали проходивших по Большой Полянке демонстрантов (демонстранты, правда, в какой-то момент сумели обратить нападавших в бегство), а также на менее заметный, но, по-моему, очень симптоматичный эпизод из провинциальной жизни. В Калининграде на демонстрацию «в поддержку» вышли, среди прочих, и работники местного управления Федеральной почтовой связи. А на следующий день на сайте этого управления появился официальный отчет об участии почтовиков в казенном мероприятии, выдержанный в самых издевательских тонах. Цитата: «Как выяснилось, калининградские почтовики готовы идти на жертвы, лишь бы правительству удалось спасти банковскую систему и олигархов». И далее: «Калининградские почтовики прониклись осознанием неизбежности мирового финансового кризиса. На деле это означает, что обещанную прибавку к зарплате в размере 20 процентов работники почты если и получат, то в течение года, когда потребительская инфляция эту цифру существенно урежет. Потому, например, и больной для многих россиян вопрос о повышении пошлин на иномарки оказался для наших коллег не актуальным». Судя по исчезновению текста со страницы уже на следующий день, виновных выявили и наказали, но факт уже не отменить — использование работников бюджетной сферы для массовки на лоялистских митингах оборачивается внушительной фигой в кармане. Что-то можно наблюдать уже сейчас, что-то будет видно чуть позже. В любом случае, организованные народные ликования в условиях кризиса до добра еще никого не доводили.

 

Если назначение Никиты Белых губернатором Кировской области можно было трактовать как свидетельство необратимой либерализации и Бог знает чего еще, то назначение его ровесника Андрея Турчака губернатором Псковской области выглядит стремлением уравновесить создавшееся от вятского назначения впечатление. В действительности, впрочем, подобное равновесие едва ли было целью назначения Турчака — претендовать на кресло псковского губернатора сенатор Турчак начал задолго до того, как бывшему лидеру СПС предложили Кировскую область. Назначение 33-летнего Турчака, несколько лет подряд курировавшего «Молодую гвардию», нельзя считать и демонстрацией эффективности социальных лифтов и примером для политически активной молодежи — к молодежной политике карьера нового псковского губернатора тоже не имеет отношения.

Она вообще не имеет отношения ни к чему, кроме того, что отец губернатора Турчака — известный и влиятельный в Петербурге предприниматель, президент холдинга «Ленинец», человек, имеющий хорошие дружеские отношения, кажется, со всеми высшими российскими чиновниками — или, по крайней мере, с теми, которые когда-то жили и работали в Петербурге.

В принципе, в выстраивании политических династий в России ничего криминального нет — до своих Кеннеди нам в этом смысле еще развиваться и развиваться. Но практически никто из комментаторов не может позволить себе открытым текстом сказать — ну да, мол, этот парень принадлежит к влиятельному семейству и по праву рождения получает власть. В таких выражениях об этом стесняются говорить все, от кремлевского начальства до политических обозревателей. Вместо этого звучат слова об управленческих талантах Турчака, о его серьезном политическом опыте и Бог знает о чем еще. Иногда кажется, что избавление от лицемерия и будет одновременно и «либерализацией», и «наведением порядка» — правда, вряд ли эта пора прекрасная когда-нибудь наступит.

 

Когда речь идет о геополитических победах России над Соединенными Штатами Америки в глобальном противостоянии сверхдержав (некоторые даже считают это противостояние продолжением знаменитой «Большой игры» XIX века), относиться к подобным разговорам можно только как к пропагандистской риторике для внутрироссийского пользования — вес России и вес США в мировой политике несопоставим, Россия давно уже не может считаться мировым игроком, хоть сколько-нибудь равным США, и вообще — Александр Храмчихин на эти темы в каждом номере «Русской жизни» пишет, можете перечитать. Потому так и удивляют исключительно редкие реальные, материальные случаи российско-американского противостояния, которые, по крайней мере, уже нельзя считать только риторическими упражнениями. К таким случаям стоит отнести коллизию, возникшую вокруг американской авиабазы Манас в Киргизии. Побывавший в Москве с визитом президент Киргизии Курманбек Бакиев объявил о досрочном закрытии американской базы. Произошло это сразу по окончании переговоров между Бакиевым и российским президентом Медведевым, на которых обсуждались вопросы предоставления Россией Киргизии финансовой помощи и списания долгов.

Несмотря на то, что эти два обстоятельства — финансовое и «манасовское» — обсуждались в явной привязке друг к другу, российская сторона, комментируя киргизские новости, подчеркивала, что изгнание американцев из Манаса не имеет никакого отношения к денежной помощи Бишкеку. В принципе, ничего, заслуживающего упреков, в этом нет — все понимают, что такое дипломатия, все понимают, что такое мировая политика. Но уже на следующий день киргизские официальные лица один за другим начали говорить, что проблема базы в Манасе — это эпизод российско-киргизских, а не киргизско-американских отношений, и вообще (процитируем лидера фракции коммунистов в киргизском парламенте Исхака Масалиева) — «Мы решили подождать, пока русские не пришлют деньги».