Драфт
Шрифт:
— Ловец! — крикнул Джо, снова выстрелив в воздух.
«Ди», — позвал Тим мысленно, как уже делал однажды.
«Да?» — откликнулось эхо, и он выдохнул с облегчением. Сработало.
«Ты сможешь оценить, сколько у них патронов»?
«Патронов?»
«Сколько раз они смогут выстрелить без перезарядки?»
Она подошла к окну, легкая, как призрак, и прищурилась, глядя вниз.
«Не больше тридцати». —
«А сколько раз они уже выстрелили?»
«Семь. Но мы не знаем, не перезаряжали ли они пистолеты после этого».
Но Тим уже не слушал. Он закрыл глаза и сосредоточился на том, каким был этот день у каждого из пятерых: ограбление, нехватка патронов, утраченные боеприпасы, украденное снаряжение…
«Что ты делаешь?»
Тим открыл глаза и снова выглянул в окно. Один из мужчин подошел к юноше и что-то сказал ему. Джо с тревогой посмотрел на пистолет и опустил его.
«Ты сможешь заставить их потратить все, никого не убив?» — спросил Тим. Ди глянула на него; ее глаза ярко сияли в темноте.
«Возможно», — ответила она сухо.
«И никого не ранив?»
Голубое пламя вспыхнуло в ее взгляде, но она лишь сказала:
«Если ты этого хочешь».
«Да. Это важно».
Она еще мгновение смотрела на него, а затем велела:
«Отойди от окна».
Тим отполз к комоду у боковой стены, не вставая. Он прислонился к нему спиной, закрыл глаза и прислушался.
Это было почти мелодично — ритмичные выстрелы, удары пуль по стенам. С первого этажа доносились крики и топот людей, мечущихся среди столов.
Раздался еще один выстрел Ди, пара ответных — и наступила звенящая тишина. Щелчки пустых затворов, раздраженный шепот, злобные возгласы.
«Ты уверен, что не хочешь, чтобы я их убрала? У меня пять патронов и идеальная позиция».
— Уверен, — прошептал Тим вслух. У него пересохло в горле. Он подошел к окну и посмотрел вниз. Времени было мало. Он должен был действовать сейчас.
«Что ты…» — начала Ди, но Тим уже стоял на подоконнике и в следующий миг выпрыгнул из окна.
Это было почти как полет, но слишком короткий. Даже с волшебными ботинками Тим оказался на земле чересчур быстро; он едва успел сгруппироваться, чтобы приземлиться в паре метров за спиной нападавших. Они разом обернулись, и Тим тут же понял, что его идея была совершенно идиотской. Да, они не могли в него стрелять, но их все равно было пятеро. А он не умел драться.
Тим уже собирался снова прыгнуть, целясь на крышу соседнего дома — как вдруг узнал лицо одного из нападавших.
Испуганное, растерянное, злое лицо мертвеца Смитти.
— Кто ты, черт возьми? — спросил Джо тем же высоким, взвинченным голосом. Но Тим не мог отвести взгляда от Смитти. Тот уставился в ответ, и его лицо было враждебным и нерешительным. Рука тянулась за спину — возможно, за оружием.
Нужно было говорить. Сейчас же.
— Подожди, —
поспешно сказал Тим, переведя взгляд на Джо. Похоже, он был здесь главным. — Я пришел с миром.— С миром?! — взвизгнул парень. Ему было лет шестнадцать-семнадцать, и в лице еще оставалась детская мягкость, которая резко контрастировала со злобным взглядом. — Они убили моего отца!
— Это был несчастный случай, — твердо сказал Тим. Уверенно. С настоящей убежденностью в голосе — как будто вживляя эту мысль в саму ткань истории.
Глаза парня дрогнули.
— Он пошел мстить за друга… — пробормотал он, будто сам не зная, что с этим делать.
— Да, — кивнул Тим. — А ты пришел отомстить за него. И если ты не остановишься, кому-то придется мстить за тебя, и так до бесконечности. Но ты можешь положить этому конец.
С каждым словом речь Тима становилась все весомей. Это были слова, которые нельзя было не услышать.
Парень засомневался; он все больше походил на растерянного ребенка. Тим повернулся к Смитти. Глаза мертвеца метались в поисках выхода, и в них плескался тот же ужас, с которым он смотрел на свой пистолет тогда в салуне.
— Что с тобой случилось? — внезапно спросил Тим. — Почему ты смог попасть в Идена?
Смитти глянул на него, как загнанный зверь.
— Кто-то пришел к тебе, так? — предположил Тим. — Кто-то тебя изменил.
Мертвец задрожал от ужаса.
— Скажи мне, — произнес Тим, вновь ощущая ту особую власть, силу, с которой невозможно было спорить.
Мертвец издал странный звук — то ли хрип, то ли вскрик — и потянулся за спину. Тим застыл, готовясь к выстрелу и надеясь, что Ди все видит и выстрелит первой…
Смитти выхватил из-за спины нож. Мгновение он смотрел на Тима с выражением муки на бледном лице.
А затем перерезал себе горло.
Скрипка играла весело, будто никто не лежал на улице, пропитывая пыль кровью. Что, впрочем, было правдой — тело Смитти исчезло через несколько минут после его смерти. Ди сказала, что это означает конец истории, после чего вскочила на своего коня и умчалась в темноту. Тим отвел трясущегося от ужаса Джо к Идену, а сам пошел к Гарольду — взять себе двойной виски.
Жаль, что от этого виски совершенно не получалось захмелеть.
Он не услышал приближающихся шагов — музыка и шум танца были слишком громкими — но почувствовал чужое присутствие. Тим поднял голову и встретился взглядом с Иденом.
— Прости, — сказал Тим. — Я не знал…
— Ты ни в чем не виноват, — сказал Иден, усаживаясь за его стол. — И ты закончил историю. Это самое главное.
— Но мы все равно не знаем, что за идея захватила Смитти.
— Зато мы теперь можем с уверенностью сказать, что она была не особо миролюбивой, — сухо усмехнулся Иден.
Тим отпил виски. Он смотрел на танцующих, которые кружились под музыку, позабыв обо всем.
— Тим, — внезапно позвал его Иден.
Он взглянул в темные глаза, дышавшие вечностью.
— Ты здорово это все проделал. — Его голос был тихим, но Тим слышал каждое слово сквозь гомон. — Но ты Сказочник, Тим. Не пытайся становиться героем.
— Мне казалось, ты сам хотел, чтобы я стал кем-то более значительным?
— Нет. Я хотел, чтобы ты знал себе цену. А герои никогда этого не знают.