Дочь Волдеморта
Шрифт:
— И где он? — подозрительно уточнил парень.
— К сожалению, — Скримджер, казалось, ухмыльнулся, — меч не принадлежал Дамблдору, соответственно, он и не мог его завещать. Меч Годрика Гриффиндора является важным магическим артефактом. Почему, вы полагаете…
— Дамблдор хотел передать мне меч?! — перебивая его, прорычал Гарри, заканчивая фразу. — Возможно, он считал, что тот будет хорошо смотреться у меня на стене!
— Это не шутка, Поттер! — гаркнул Скримджер. — Было ли это потому, что Дамблдор верил, что только меч Годрика Гриффиндора может победить Наследника Слизерина? Желал ли он дать этот меч тебе, Поттер,
Гермиона почувствовала холодный пот на спине. Мантия намокла и прилипла к коже.
— Интересная теория, — холодно произнес Гарри. — А хоть кто-то вообще пытался вонзить меч в Волдеморта? Может быть, министру стоит отправить на это своих людей, вместо того, чтобы терять время, потроша Делюминаторы или покрывая сбежавших из Азкабана? Так вот, что вы делаете, министр, закрывшись в своём кабинете, — пытаетесь вскрыть старый школьный снитч? И вы всё ещё ожидаете, что мы будем сотрудничать с вами?!
— Ты слишком далеко зашёл! — закричал министр, вскакивая со стула. Гарри тоже встал на ноги. Скримджер подался к парню и в сердцах ткнул его в грудь концом волшебной палочки: у Гарри на футболке появилась дырка, похожая на след затушенной сигареты.
— А–а! — взревел Рон, выпрыгивая и поднимая свою волшебную палочку, но Гарри резко остановил его.
— Нет! Ты же не хочешь дать ему предлог арестовать нас?
— Помните, что вы — не в школе! — процедил Скримджер, тяжело дыша в лицо Гарри. — Помните, что я — не Дамблдор, который прощал ваше высокомерие и непокорность. Ты можешь носить этот шрам как корону, Поттер, но семнадцатилетний юнец не вправе говорить мне, как выполнять мою работу! Надеюсь, в этот раз ты научился хоть какому-то уважению!
— В этот раз вы его заработали, — бросил Гарри.
Пол задрожал, раздался звук быстрых шагов, затем дверь в гостиную открылась — мистер и миссис Уизли вбежали в комнату.
— Мы… Мы подумали… Мы слышали, — начал мистер Уизли, крайне обеспокоенный открывшейся сценой.
— Громкие голоса, — закончила за него жена.
Скримджер отошёл на пару шагов от Гарри и уставился на дыру, которую проделал в его футболке. Казалось, он сожалел о том, что вышел из себя.
— Это… ничего, — прорычал колдун, — я… мне жаль, что вы всё воспринимаете так. — Он ещё раз взглянул Гарри в лицо. — Кажется, вы полагаете, будто Министерство магии не желает того же, чего и вы, — но это не так. Мы должны работать вместе.
— Мне не нравятся ваши методы, министр, — обронил Гарри. — Вы помните?
Он поднял правую руку и показал Скримджеру шрам на тыльной стороне ладони, который всё ещё казался белым — надпись «Я не должен лгать». Выражение лица министра огрубело. Он молча повернулся и поковылял из комнаты. Миссис Уизли поспешила за ним.
— Что он хотел? — спросил Артур, подозрительно оглядывая Гарри, Рона и Гермиону.
— Передать нам наследство от Дамблдора, — ответил герой магического мира. — Они лишь только что открыли содержание его завещания, только сейчас!
* * *
В полумраке чердака Рон исследовал свой Делюминатор, а Гарри вновь и вновь рассматривал старый снитч, время от времени потирая под футболкой обожженную кожу, тщательно обработанную миссис Уизли специальным составом.
Гермиона закончила в третий раз перелистывать замусоленную книжку — это был
сборник сказок, написанных рунами. Она уже осмотрела и Делюминатор Рона, и золотой снитч. Но так ничего и не поняла.— Я всегда говорил, что он был немного сумасшедшим, — обиженно промямлил рыжий Уизли. — Великолепным и всё такое, но чокнутым. Оставить Гарри школьный снитч — для чего это, разорви меня грифон, было нужно?
— Не знаю, — мрачно сказала Гермиона. — Когда Скримджер заставил Гарри взять его, я была совершенно уверена, что что-то произойдёт!
— Но ведь я и не пытался взять его перед Скримджером так как надо, — улыбнулся вдруг Гарри. — Вспомните! Ведь снитч, который я поймал в первом матче по квиддичу…
— Это же был тот снитч, который ты едва не проглотил! — выпалил Рон. Гермиона почувствовала, как её ноги покрылись гусиной кожей.
Не отвечая, Гарри дрожащей рукой поместил шарик в рот.
Он не раскрылся. Зато на золоте проступила витиеватая, быстро тающая надпись: «Я открываюсь там, где закрываюсь».
— И что это должно означать? — спросила наследница Тёмного Лорда после того, как первое ликование друзей улеглось и стало ясно, что загадок от этого «продвижения» только прибавилось.
— Откуда мне знать?! — сердито буркнул Гарри, с досадой глядя на снитч. — И меч… Почему Дамблдор не мог просто сказать мне об этом?! Я был там, меч висел на стене его кабинета во время всех наших бесед в прошлом году! Если он хотел дать мне его, почему не сделал этого тогда?!
— Ещё и эта странная книга, — вслух подумала Гермиона. — Похоже на сказки, но я никогда раньше не слышала о них.
— Ты никогда не слышала о «Сказках барда Бидля»? — недоверчиво переспросил Рон, скорчив невообразимую гримасу. — Шутишь, что ли?
— Ты знаешь их? — в свою очередь изумилась Гермиона.
— Конечно! Почти все старые детские истории написаны Бидлем! «Фонтан Феноменальной Фортуны», «Волшебник и Скачущий Горшок», «Бэббити Рэббити и её кудахчущая нога»…
— Что? — переспросил Гарри, хихикнув. — Что там было последним?
— Прекратите, — смутился Рон, глядя на своих друзей округлившимися глазами, — вы должны были слышать о Бэббити Рэббити!
— Рон, ты ведь хорошо знаешь, что я и Гарри воспитывались магглами! — поучительно произнесла молодая ведьма. — Мы не слушали таких историй. В детстве нам рассказывали о «Белоснежке» и «Золушке».
— Что это, последнее, — болезнь вроде золотухи? — картинно сморщился рыжий колдун.
— Итак, это детские сказки? — проигнорировала выпад Гермиона.
— Да, — неуверенно ответил Рон, всё еще отказываясь верить в то, что над ним не подшучивают. — Старые сказки, которые написал Бидль. Но я, вообще-то, не имею представления, как они выглядят в первоначальных версиях…
— Прочту их внимательно. Наверное, разгадка кроется где-то в текстах.
* * *
Остаток дня прошел довольно быстро. Гермиона помогала с послепраздничной уборкой, отбывали многочисленные родственники, оставшиеся ночевать в Норе; Гарри кидался на мистера Уизли из-за каждого угла, налетая с ураганом укоризны в глазах, а Рон неожиданно обиделся из-за холодности своей непокорной подружки и вообще куда-то пропал на полдня.
Джинни выглядела отвратительно. Утром Гермиона долго помогала ей привести опухшие и красные глаза в нормальное состояние, а днём старалась поддерживать, но выходило не очень.