Дочь Волдеморта
Шрифт:
Юбки ее платья и длинные распущенные волосы развевались на магическом ветру, чуть заметный лиловый отсвет заклятия, которым она опутала своего пленника, плясал на бледном лице. Каро немного выгнулась вперед грудью, ее руки и ноги были заведены назад, будто сдерживая огромный невидимый мыльный пузырь, в котором оказался Гарри Поттер.
Гермиона оцепенела.
— А мальчик не промах, То-то! – громко, с серебристым отливом в голосе засмеялась парящая в воздухе ведьма, шевеля пальцами раскинутых рук. – Он только не учел, что здесь буду еще и я…
Она сжала кулаки и резко распрямила пальцы. Два лиловых пузыря вырвали у
По лицу его прошла судорога, на шее выступила пульсирующая синяя жила, глаза лезли из орбит. Шрам в виде молнии, ярко выделяющийся на незагорелом лбу, налился багряным и почти мерцал.
— Как думаешь, он смог бы убить тебя? – спросила Каро, немного опускаясь к полу. – Начало, право же, неплохое! Помоги мне, То-то, мальчик силен, как громамонт [156] ! Нужно обезвредить его, сохранив жизнь и сознание. Второй раз мы этого мальца так не поймаем…
156
Крупное серое африканское животное, весом до тонны, обладающее огромной силой.
(с) Дж.К.Роулинг «Магические твари и где их искать».
— Взять меч и палочку! – приказал Темный Лорд.
Рабастан, лежавший ближе всех от Гарри на полу, и которого Гермиона уже считала мертвым, неожиданно легко вскочил на ноги и с поспешным проворством схватил парящий в воздухе меч Гриффиндора.
— Помнишь Анидаг? – продолжала Каро. – Давай-ка и его так же, То-то? Он не должен даже отключиться. А если парнишка умрет и девочка очнется – мы не сможем ее убить, помяни мое слово! Да поторопись, То-то, я, право же, теряю си…
Внезапно Каро переменилась в лице: смертельная бледность залила ее кожу быстрой волной.
— Скандинавский леший, – прошептала ведьма с хрипом, и струйка темной крови вырвалась из уголка ее губ.
Гермиона не сразу поняла, что это Рабастан, шагнувший за спину парящей колдуньи, чтобы забрать палочку Гарри с другой стороны, вдруг с размаху всадил меч Годрика Гриффиндора в спину женщины между лопаток, точно пробив сердце.
Глава XLIII: «И прежде чем взошла заря, рабы зарезали царя [157] »
Со второго рывка он пронзил ее насквозь – окровавленная сталь вырвалась из левой груди Каро, в то время как Беллатриса с диким криком бросилась на предателя, одним взмахом своих огромных серповидных когтей снося его голову с плеч.
157
Строка из поэмы Генриха Гейне "Валтасар".
Они оба повалились на пол за спинами Гарри и всё еще парящей в воздухе Каро. Голова Рабастана мотнулось в сторону, от удара оборвались остатки кожи и жил, и она покатилась к лестнице. Но еще до этого рокового прыжка Беллы старик успел крикнуть громовым голосом, обращаясь к Волдеморту: «За брата! Будь ты проклят!..»
Всё это заняло доли секунды, но их хватило Гарри, чтобы, сбросив оцепенение и развеяв дымчатые лиловые цепи, схватить парящую палочку и отбить молниеносную атаку Волдеморта.
— Беда, То-то, – прокатился по
залу неестественно громкий голос Каро, который уже не исходил из ее искаженного судорогой рта, – вечно от тебя одни проблемы…Только теперь тело ведьмы, последний раз судорожно вздрогнув в воздухе, повалилось с глухим стуком лицом вперед. Остатки ее Связующих чар еще угасали в воздухе, когда Гарри, поставив ногу на поясницу женщины, выдернул окровавленный меч из ее спины и поднял ликующий горящий взгляд на застывшего Волдеморта.
— Мы будем сражаться насмерть, – произнес Гарри.
— Я не стану убивать тебя, Поттер, – поборов все чувства, произнес Темный Лорд, с ледяным спокойствием не сводя с Гарри поднятой Старшей палочки. – И ты это знаешь.
— Соображаешь, Риддл! – хохотнул тот. – Тем хуже для тебя. Двоих за раз ты всё равно не осилишь! Был бы умнее – услал бы ребенка подальше, раз уж возлюбленная дочурка не дает избавиться от него!
Он снова расхохотался, диким злым смехом.
Уцелевшие Пожиратели Смерти, все, кто еще оставался на поле боя – попятились назад, даже Беллатриса осторожно отползала к покосившейся арке, ведущей в боковой коридор.
— Едва ты убьешь меня, Поттер, – тихо произнес Волдеморт, – мой собственный Хоркрукс, последний из них, проснется в тебе самом.
Во время короткой паузы Гарри молчал и, ухмыляясь, смотрел на Темного Лорда.
— Думаешь, я еще не понял этого? – наконец произнес он. – Проблема Хоркрукса, заключенного в живом существе, в том, что его очень просто уничтожить. И я успею убить себя до того, как появится риск потерять контроль над ним, хотя я и справился бы с тобой, я знаю это! Но рисковать мы не станем. Не надейся, Риддл, настал час расплаты!..
Гермиона уже не слушала их: бесшумной тенью она поднялась на руках, превозмогая остатки поразившего ее проклятья, и стала ползком пробираться по лестнице на второй этаж, игнорируя покалывание сотен игл, терзающее тело от этих движений. Чары спадали на нет по мере продвижения вперед, разрушались.
Из-за перил верхней площадки ведьма еще раз взглянула вниз, на поднявших палочки волшебников.
И неслышно скользнув к полуразрушенному коридору, бросилась к комнате дочери.
Глава XLIV: Так, как решишь ты…
Не тут-то было!
Верхний коридор густой пеленой окутал болотный туман чар. Трансгрессировать не удалось. И едва Гермиона решительно шагнула в это удушливое марево, пол ушел из-под ног, и она ухнула в глубокую бездну.
Ведьма с трудом поднялась на ноги. Огляделась.
Кругом высились своды глубокой пещеры. Неровные стены уходили в черноту, пульсирующие от магии сталактиты и сталагмиты высасывали силу, словно огромные каменные вампиры. Воздух ловушки, спертый и накаленный до предела, дрожал.
Она должна выбраться отсюда.
Гермиона собрала все свои силы.
Шепча страшные заклинания, она стала медленно пробираться вперед, превозмогая боль и противящуюся магию.
Западня, устроенная для Гарри Поттера Волдемортом, тут же выпустила когти – из стен сверкнули стальные лезвия мечей и с лязгом врезались в слабеющую защиту ведьмы.
Теперь наследница Темного Лорда знала, что сила, спасшая ее от гибели в эту секунду, была вырвавшейся на свободу Красной магией. Это о нее расплавились лезвия мечей, это она зажгла глаза женщины пламенем.