Дочь Волдеморта
Шрифт:
Врожденный и с годами отточенный талант Темного Лорда овладевать чужим восприятием, завораживать души и сердца, наконец-то нашел самое гуманное свое применение. Так, как учит Волдеморт, не учит никто.
Его предметы боятся пропускать, но не из-за возможного гнева необычайного профессора, а потому, что все любят эти уроки. Не просто любят — благоговеют перед тем, как он ведет их. На лекциях Волдеморта гимназисты забывают всё — он умеет приковать к себе внимание и ни на миг не отпускать интереса. Лорда Волдеморта можно слушать часами, не замечая, как идет время.
Изречения его растаскивают на цитаты, о нем говорят с восхищением, но большинство всё равно боится до полуобморочного состояния.
Зато прилежно учатся все.
Зельеварение и трансфигурацию ведут, как читатель уже догадался, Северус
104
Autumn Angels.
Пробыла деканом в течение четырех лет даже Беллатриса — со второго года, когда набрали старшие курсы, а преподавательский состав еще не устоялся.
Грезящие Драконы [105] мадам Гонт–Блэк улетели в большой мир позапрошлым летом, и с тех пор она не жаждала руководить новичками, тем более с первого курса.
Беллатриса ведет в гимназии уроки самообороны, но лозунг Леди Волдеморт состоит в том, что лучшей защитой является нападение.
Над Огненными Энтузиастами [106] , нынешним пятым курсом, главенствует преподавательница заклинаний профессор Хэап. Чрезвычайно тучная женщина, в обхвате размером с полдюжины Гермион, щедро сдобренных мягким расплывчатым салом, Летисия Хэап является отменным специалистом в своем предмете, и преподает его строго и взыскательно.
105
Dreamings Dragons.
106
Fair Fan.
Ведет травологию и взращивает курс Стеклянных Горгулий [107] эксцентричный профессор Нуакшот, старый ученый и ботаник. Для облегчения своего дела он когда-то отрастил три дополнительные руки, и теперь у него имеется по две с каждой стороны тела и еще одна на спине. Последняя конечность растет между лопатками и расходится на конце двумя ловкими кистями. Чернокожий мавританец Мелькиадес Нуакшот — виртуозный ученый, но не слишком богатый колдун. Он согласился преподавать ради всех тех материалов, которые будут ему предоставлены в гимназии, но это не сделало его менее ответственным.
107
Glass Gargoyles.
Астрономии гимназистов Даркпаверхауса вот уже пятый год учит Падма Патил. Молодая когтевранка окунулась в этот оазис тьмы назло общественному мнению и в поисках престижной высокооплачиваемой работы: она выучилась и стала неплохим специалистом. А в качестве моральной поддержки вместе с Падмой устроилась на работу к Волдеморту ее лучшая подруга и бывшая однокурсница Мэнди Броклхерст.
Профессор Броклхерст ведет курс изучения магглов и является единственной магглорожденной ведьмой во всей гимназии: среди учащихся пока нет таких детишек потому, что они механически распределяются в существовавшие издавна магические школы в зависимости от места рождения, решение же об обучении ребенка в Даркпаверхаусе могут принять только родители. Здесь даже полукровных волшебников совсем мало — таких детей просто боятся отдавать в школу Волдеморта. А магглорожденным и вовсе нет возможности оказаться в гимназии.
Так что Аманда Броклхерст в своем роде уникальна и уж точно необычайно смела и дерзка.
Подруги остаются неразлучны и вместе вот уже второй год приглядывают за Ледяными Отражениями, хотя номинально деканом у тех значится только профессор Патил.
Курс заботы о магических существах ведет в Даркпаверхаусе мрачный и нелюдимый Рабастан Лестрейндж.
Гермиона не успела хорошо узнать человека, два года игравшего роль ее дяди, сразу после амнистии заключенным Пожирателям Смерти после Темной Революции, и не могла теперь с уверенностью
заключить, что сделало Рабастана таким — годы Азкабана или исчезновение брата. Но когда Гермиона начала преподавать в гимназии, профессор Лестрейндж уже ходил в личине некоего монаха, отшельника, замкнутого в себе, угрюмого и задумчивого. В нем потух тот огонь, которым когда-то пылало его сердце, огонь, благодаря которому он предпочел заточение в Азкабане предательству своего Лорда, благодаря которому оставался верен тому многие годы.Сейчас прежнее пламя едва тлеет, если не угасло вовсе — и остаточной теплоты его хватает лишь на бездушное преподавание. Впрочем, профессор Лестрейндж пять лет пробыл деканом выпустившихся летом Хрустальных Созданий и в этом году принял шефство над очередным пополнением — двадцатью восьмью Агатовыми Драгоценностями.
Профессор Нэсмизидас, преподающая в Даркпаверхаусе гадания и ведущая к выпуску курс Ужасных Всадников [108] , заслуживает того, чтобы о ней рассказать подробнее.
108
Horrible Horse(wo)man.
В свои семьдесят девять лет эта женщина по имени Амаранта выглядит двадцатилетней девушкой дивной, неземной красоты. Она подобна потустороннему видению, божественному ангелу, снизошедшему на земную твердь по ошибке и стремящемуся вскорости умчаться в заоблачную высь.
Дочь вампира и вейлы, Амаранта не стареет, и печати времени не суждено оставить на ней своего следа.
Но зато неизгладимый след оставила на ее лице хлюпнявка.
Эта тварь, обитающая на болотах, и в неподвижном состоянии похожая на сухую деревяшку (хотя при ближайшем рассмотрении можно заметить когтистые лапы и очень острые зубы), обычно передвигается по болотистой местности, питаясь в основном мелкими млекопитающими, однако любимой пищей хлюпнявки является мандрагора. Укусы сего мерзостного существа оставляют большие раны на лодыжках человека, шрамы от которых ничем невозможно свести.
Амаранте не повезло. Ей было пятнадцать лет в то роковое утро, когда, идя по болоту к деревеньке, в которой обитала ее семья, девушка оступилась и упала аккурат около притаившейся озлобленной хлюпнявки. Тварь впилась в ее лицо и оставила на левой щеке уродливый шрам, от которого полувейле не суждено избавиться до конца своих дней.
Из-за этого дефекта Амаранту чаще всего можно видеть укутанной скрывающим половину лица платком. Она не любит яркого света, не любит подвижных развлечений и солнечных дней. Профессор Нэсмизидас предпочитает полумрак и тихие беседы. Она — первоклассная гадалка, умеющая предсказывать судьбу всеми ведомыми магическому миру способами, и умения свои Амаранта отточила до совершенства.
Эта необыкновенная женщина живет в Румынии с детства. Она выросла в одной из вампирских деревень, коих много раскинулось за Карпатским хребтом после того, как потомки убиенного Дракулы вынуждены были покинуть Трансильванию, спасаясь от безжалостных маггловских туристов. Вампирские поселения прячутся с тех пор за горной грядой, в глуши, тишине и покое.
Мать Амаранты, вейла Нимрадель, выросла недалеко от вампирской деревни Альмовин, полюбила вампира и ушла вместе с ним в его стаю.
Эти создания живут стаями. Настоящих вампиров, потомков Владислава Дракулы, осталось не так много — всего несколько крупных колоний. Остальные, по сути, вампирами как таковыми не являются — те, кто просто питается свежей кровью, продлевая этим свой век, сохраняя молодость и силу — не вампиры, а обычные кровопийцы. Зависимые.
В Румынии обитают настоящие вампиры.
В соответствии с Магическим законодательством 1852–го года им разрешено питаться кровью магглов, не убивая их, но они должны делать это полутайно, сохраняя в целости завесу между миром магии и маггловской реальностью.
Нападать на волшебников строго запрещено.
Вампиры живут от трехсот до пятисот лет, они долго сохраняют молодость, но на последней сотне лет дряхлеют и умирают, как и прочие живые существа. Миф о том, что укус вампира обращает жертву в такое же создание — всего лишь маггловская страшилка, как и истории об их бессмертии. Эти существа размножаются так же, как и люди, и умирают, подобно всему живому во вселенной.