Чтение онлайн

— О, понимаю. Я когда поступил в колледж и впервые расстался с родителями на полгода — был в шоке. Приятном шоке.

— Миссис Томпсон просто слишком строгая, — улыбнулась ведьма. — Затравливала твою индивидуальность.

— Да, без предков, в новой компании… Можно было пережить даже такую неприятность, как необходимость учиться. — Оба они рассмеялись.

— А я так и погрязла в образовании, на все семь лет, — поделилась Гермиона, отхлебывая обжигающую жидкость. — Была лучшей ученицей.

— Кто бы сомневался. Ты была лучшей ученицей и в начальной

школе.

— Неправда, Элизабет Кокрейн сдала Общий Вступительный Экзамен по математике лучше меня!

— О да, ты ее ненавидела, — кивнул Робби.

— Неправда! Ну, то есть… Что ты придираешься ко мне?! — шуточно рассердилась молодая ведьма. — Никто не имеет права учиться лучше меня!

— Бедолага Генриетта, — хмыкнул парень. — Моя мамаша будет ангелом в сравнении с тобой!

— Ну ты и сволочь! — расплылась в улыбке его собеседница. — Я буду хорошей матерью. И Етта сама захочет учиться, вот увидишь. Это семейное.

— Да ну, такие аномалии — чрезвычайная редкость. А уж в одном роду, два поколения подряд — невозможно!

— Вот не нужно, mon Pap'a тоже любил учиться, и у него всё получалось легко!

— Никогда бы не подумал такого о Джеральде! — расхохотался Робби, не замечая, как вздрогнула его подруга. — Это он сам тебе рассказал? Боюсь, Гермиона, тебя сурово обманули.

— Да, наверное, — немного потерянным голосом согласилась женщина.

— Не в обиду мистеру Грэйнджеру, — хмыкнул парень.

— Да–да, понятно. Я вообще пошутила.

— У нас в колледже была одна девчонка, — задумчиво вспомнил Робби, — Флорэнс, лучшая по всем предметам. Я был тайно влюблен в нее целых три года.

— А потом?

— А потом ее куда-то перевели, потому что родители уехали на континент.

— Трагическая история.

— Отнюдь. Встретил Флосси полгода назад, в Шотландии. Страшная стала — кошмар.

— Ты жестокий, — рассмеялась Гермиона.

— Я справедливый. А была такая душка… Вот ты изменилась в лучшую сторону.

— Кажется, меня только что оскорбили, — хмыкнула Гермиона, закуривая сигарету. — Я, значит, была страшненькой?

— Ты была похожа на очаровательного бобренка, — хрюкнул в чашку парень.

— Робби! Не хами дочери Темного Лорда!

— Кому, прости?

— О–у-эм, — смешалась Гермиона. — Это… Это меня так в Шэньяне прозвали, — быстро нашлась она. — После Хэллоуина, — зачем-то добавил язык, не спросив разрешения.

— Не знал, что в Китае празднуют Хэллоуин, — резонно отметил Робби.

— Не празднуют, — обреченно согласилась Гермиона. — Там празднуют Цин–Мин–Цзе, День поминовения предков. Как Хэллоуин его праздновала только я, — добавила она первое, что пришло в голову. — С тех пор стала дочерью Темного Лорда.

— А китайский язык знаешь? — легко поверил ее приятель.

— Ши, хао [71] .

— Всё–всё. В школе учила?

— После. Спецкурсом.

— Обалдеть. Вундеркинд, ничего не скажешь. Как тебя вообще занесло в Маньчжурию?

— Нужно было уехать из Великобритании, — развела руками Гермиона и усмехнулась.

— Врагов много? — хихикнул Робби.

— Было, когда-то, — странным голосом сказала она.

— И все пали в бою? — рассмеялся ее приятель, допивая свой остывший чай.

— Нет, Робби, почти все смирились с неизбежным.

— Ты опять говоришь загадками, — вздохнул он.

— Ага, настоящая ведьма.

— Почему же сразу «ведьма»? — удивился Робби, перекатывая в руках опустевшую чашку.

— Да уж такая уродилась, — пожала плечами его собеседница. — Ведьма и есть.

— Ты самокритична.

— А что в этом плохого? — усмехнулась Гермиона. — В том, что я ведьма?

— Ну, не знаю, — замахал руками Робби. — Смотря, что ты имеешь в виду. Полеты на метле?

— Ненавижу летать на метле.

— А что там еще? Черный кот, котел с зеленой дрянью.

— Кот у меня был рыжий, — призналась женщина. — Но мы с ним характерами не сошлись. И дряни я отродясь не варила.

— Ну, тогда ты не ведьма, — решил Робби. — Выходит, так.

— Выходит, — усмехнулась Гермиона. — А кто я?

— Молодая женщина, у которой еще всё впереди. Несмотря ни на что.

— Если не смотреть ни на что из того, что впереди — недолго и под грузовик угодить, — рассмеялась наследница Темного Лорда.

— Здоровый юмор спасет человечество.

— У меня нездоровый юмор, — горько возразила она. — С некоторых пор.

— Мне кажется, тебе нужно выговориться нормально, без обиняков. Не хочешь откровенничать со мной — сходи к психологу. Отец очень хвалит Джули Раузэн, но я мог бы поискать для тебя кого-то и вовсе незнакомого.

— Я не в том положении, чтобы откровенничать с психологами. Не то закончу в сумасшедшем доме.

— Эти люди — профессионалы, они еще и не такое слышали.

— Ну, если они настолько профессиональны, что заставят меня разувериться в моем прошлом — я закончу уже в больнице святого Мунго с Локхартом! — расхохоталась женщина.

— С кем? — поднял брови Робби. — И: где?

— Да был один такой профессор у меня на втором курсе. А потом сошел с ума.

— Ты серьезно?

— Ага. Со мной чего только не случалось в этой жизни. Принципиально невероятного.

— Ну не жизнь, а сказка, — опять хохотнул парень.

— Страшная сказка. — Гермиона устремила непроницаемый взгляд в темную даль. — Мне надоел магический мир, я от него устала, — глухо сказала она. — Всё, что чудилось сказочным — оказалось ложью. И даже самая сильная магия не способна вернуть того, что страшнее всего потерять. Каким бы могущественным ты ни был, всегда найдется кто-то сильнее. И хитрее, хитрее всего в одну, но самую важную для тебя минуту. Эти «браслетики» стали для меня жизнью Лили Поттер. Ничего не стоящие, в один, самый страшный момент, они отнимают у нас всё. У меня — навсегда.