Чтение онлайн

И все же реакция Шрама и Оруэла меня почему-то изрядно напрягла. Наверное, я все же нюхом учуяла, что там не все чисто. Жаль, что это слишком поздно пришло в мою голову.

Наверное, что-то все же отразилось у меня в глазах. Потому что Шрам вздохнул, но расщедрился на объяснения, увлекая меня за собой в сторону нашей каюты:

— Понимаешь, Оля, сотворить подставной круиз очень и очень сложно. Практически нереально. Я вот так, с ходу, и не скажу тебе, какие ресурсы для этого нужны. И уж точно подобные расходы не стоят одного, даже самого гениального ученого. Следовательно, круиз был настоящим. И остальные его участники, кроме банды заговорщиков, как и ты, оказались в руках пиратов. Ну а если я все же ошибаюсь, и круиз подставной, тогда главная

его цель явно не ты, прости. Но в любом случае в наших же интересах как можно быстрее с этим разобраться. Лишние козыри еще никому и никогда не оттягивали карман.

А дальше закипела работа. Занятия нашлись для всех без исключения. Хотя, наверное, больше всего нагрузка была у меня.

Когда-то давно, еще в школе, я считала работу генного инженера слишком нудной, слишком заумной, слишком… В общем, неподходящей для меня. Была уверена, что не потяну ее. Что слишком неусидчива. Все изменилось, когда я не смогла набрать необходимые баллы, чтобы учиться на пилота. Да, да, я не оригинальна. После знаменитой соотечественницы Кристины Шваб-Ольвир, которая не только смогла поступить в Первую Звездную всего через три месяца после вступления Земли в Звездный Альянс Планет, но и совершила невероятный подвиг, уничтожив праотца модификантов, все земные девчонки мечтали повторить ее путь. И я не была исключением. Ни в чем. Я тоже, как многие до меня, провалилась. А денег на дорогу домой не было. Пришлось мне засунуть гордость куда подальше и выбирать менее престижную профессию, на которую я могла поступить даже со своими слабыми физическими данными. И вот здесь меня неожиданно спасло увлечение химией и биологией. Так я стала инженером-генетиком. Почти случайно. Просто потому, что судьба не оставила мне выбора.

Проблемы у нас начались очень быстро. Практически, уже на следующий день. Во-первых, мне истерически не хватало материалов и реагентов. Я очень много использовала, когда искала возможность спасти Шрама, а потом и его людей. Кроме того, когда Шрам закупал для меня по списку оборудование, то ему, видимо, попался недобросовестный поставщик. Проданный им амплификатор оказался либо с дефектом, либо уже ремонтированным после поломки. Он честно выдержал работу над сывороткой для прививок, но, когда я поместила в него первую партию сред для собственного проекта, решил, что уже слишком сильно устал. Я сначала растерянно уставилась на сизый дымок, вытекший из его корпуса. А потом едва не побилась головой об стол: полдня работы ушло космическому демону под хвост. А самое обидное, что техник, отвечавший в команде Шрама за все поломки и модификации, недавно умер, упав с кровати и свернув себе шею. Называется, почувствуй, что такое не везет. В довершение всего, Шраму удалось нащупать какую-то ниточку по поводу моего несостоявшегося круиза. Но для того чтобы получить информацию, нужно было лететь на одну из пиратских баз. А это был риск. И, возможно, неоправданный.

Если честно, узнав об этом, я готова была сдаться. Опустить руки, махнуть на Стейна и Милиту. Но тут неожиданно взбунтовалась команда Шрама. Им было плевать, в сущности, на мое прошлое. Но они уже свыклись, сжились с мыслью, что Тейт получит то, что заслужил. И отказываться от мести не собирались.

Шрам раздумывал всю ночь. А утром, собрав нас всех вместе, сообщил:

— Летим на Кшерос.

— Это же риск для вас всех! — не сдержалась и выпалила прямо при всех.

Шрам нахмурился:

— Оля, все уже взвесил и все решил. Эта вылазка не только ради тебя. Нам нужен кислородный преобразователь, наш вот-вот накроется окончательно, а Мита, чтобы его починить, нет. И нужны еще кое-какие припасы для корабля. Поэтому риск оправдан. Без этих припасов мы долго не протянем.

— Почему не сняли преобразователь с тех кораблей, которые бросили в космосе после стычки с подручными Тейта? — тоскливо буркнула, почти смирившись с тем, что ждало впереди Шрама, с тем, что рисковать он будет не только из-за меня.

В первый миг ответом мне была ошеломленная

тишина. А потом модификанты вдруг начали… ржать. Подручные Шрама просто покатились от хохота. И я поняла, почему, только когда Оруэл, утирая глаза, пояснил:

— Ольга, все корабли разные. Соответственно, и преобразователи разных моделей. К тому же, откуда мы знаем, что преобразователь с захваченного корабля хороший, не изношенный как наш? Ниоткуда. То есть, нужно потратить уйму времени и усилий, чтобы аккуратно его вынуть из установки, ничего не сломав только для того, чтобы проверить: подходит или нет, рабочий или тоже вот-вот сдохнет.

Шрам хмыкнул:

— Хватит болтать. На Кшеросе у нас будет не более двух-трех часов. Поэтому придется разделиться и смотреть в оба. Часть пойдет закупать все необходимое для корабля. Часть будет охранять Ольгу во время закупок. А я буду трясти осведомителя. — У меня екнуло в груди сердце, когда Шрам строго посмотрел на меня сиреневыми глазами: — Оля, подумай, как ты сможешь замаскироваться. Нежелательно, чтобы на Кшеросе узнали, что у меня в команде появилась женщина. Это может создать дополнительные риски.

Глава 8

Кшерос оказался даже не астероидом, а каким-то обломком без собственной атмосферы. С одной стороны, удобно — старты и приземления облегчало отсутствие атмосферы и, соответственно, сопротивления. С другой стороны, когда мы по длинной и нестабильной кишке стыковочного механизма, наконец, добрались до купола искусственной атмосферы, я почувствовала себя неуютно. Словно вдруг оказалась посреди ледяного космоса без защиты. Только и того, что установка гравитации работала, не позволяя свободно парить под куполом. Если бы еще и ее не было, то совпадение было бы полным.

Запрокинув голову, я посмотрела в темное пространство над головой. Назвать его небом язык не поворачивался. Над головой висела жуткая, темная, голодная пропасть. Бездна, готовая сожрать тебя в любую секунду. Я поежилась и отвела взгляд. Как я поняла, на Кшеросе все было сделано руками народных умельцев: купол, установка искусственного климата, механизмы, обслуживающие примитивный космопорт. Даже двери, впустившие нас в переходник, ведущий в приземистое, нелепое помещение космопорта, выглядели так, словно их лепили из разных кусков металла.

Еще одно отличие Кшероса от других известных мне мест: никто не озаботился регистрацией нашей посадки и выяснением цели прибытия. Ну прибыли и прибыли. Словно до нас никому не было дела. Мрачный фарн в замасленном комбинезоне, сжимающий в левой руке какой-то агрегат, с жутким ожогом на пол-лица, попавшийся навстречу нам на входе, выслушав Шрама, молча ткнул пальцем сначала влево, а потом себе за спину, прямо. По сигналу Шрама налево отправилась группа из двух наших, отвечавшая за приобретение преобразователя и других необходимых деталей. Мы же двинулись прямо. И через несколько метров прямой и угрюмый коридор из какого-то странного материала закончился точно такой же дверью из металлических латок. За которой оказалось какое-то подобие города.

Вне помещения под куполом было холодно. Настолько, что изо рта вырывался парок. Видимо, на Кшеросе с ресурсами было туго, и для местной власти, если она здесь была, обогрев огромного пространства являлся непозволительной роскошью. Я порадовалась тому, что меня было решено маскировать с помощью безразмерного худи с капюшоном, которое я сейчас с радостью натянула поверх мешковатого комбинезона ремонтников. С моей комплекцией в него можно было завернуться, как в одеяло.

Окинув взглядом небольшой пятачок в окружении разномастных и нелепых зданий, на краю которого мы стояли, освещенный холодным сероватым светом диодов, вмонтированных в стены над каждым входом, я невольно сделала шаг поближе к Шраму. Ландшафт был еще тот: темные, какие-то кривобокие коробки домов, по большей части с плоскими крышами, лепившимися друг к другу будто в страхе перед всесильным космосом, так-сяк выровненный камень астероида под ногами и ни одной живой души.