Чтение онлайн

Возвращаться в своё, наверное, не стоит, чревато необратимыми последствиями, потому что есть такое чувство, что мне в том мире отнюдь не семнадцать лет.

Я знаю точно, что диалектический материализм закончился совсем не так, как обещали классики. Но даже это не так пугает, как мысль о том, сколько же мне в моём родном мире на самом деле лет. Интересно, у меня там хоть зубы-то свои остались или вставные челюсти плавают в стакане с водой, стоящем на тумбочке у кровати?

И главное — я, как оракул, знаю всё, что там произойдёт дальше. Только про саму себя ни хрена не помню. Вот и пойми, амнезия

ли это или возрастные изменения?

Хотя, с чего это я решила, что я пенсионерка? Если бы мне не надо было работать и пенсию платили большую и вовремя, то я бы вряд ли здесь оказалась. Но я-то здесь! Значит, либо пенсии отменили, либо я ударилась в юность и полностью выжила из ума. Но в любом случае, ещё не всё потеряно. Чую, что моя песенка до конца не спета.

Я живу здесь и сейчас! Готова заниматься на этом драконьем острове саморазвитием и самосовершенствованием. Если здесь есть магический университет, то я согласна в нём учиться. Любые знания, умения и навыки полезны. Образование никогда лишним не бывает. Диплом тоже. Готова учиться, учиться и ещё раз учиться.

Можно даже спортом заняться. С таким-то молодым и красивым телом я могу стать олимпийской чемпионкой этого острова в любых видах спорта. Сама собой любуюсь, чего уж и говорить о мужчинах.

Давече по дворцу гуляла в прозрачной ночной рубашке, надетой на голое тело и едва прикрытой кружевным пеньюаром. Забавное и вполне невинное ночное приключение. Ловиас наверняка чувствовал себя рядом со мной в приподнятом настроении.

Видимо, потому и телепортировал меня в спальню от греха подальше. Ох, уж эти мужчины! Вечно у них женщины во всём виноваты. А сами-то лицемеры с двойными стандартами.

Женщин умнее себя мужчины не любят, дур глупее себя презирают, только красота на них действует безотказно. Вот и местный маг не устоял. Ничего удивительного, кто сможет устоять против природной красоты и недюжинного ума молоденькой и обаятельной «старой девы»?

Я же не только красивая и умная, но ещё и разносторонняя! Так что придётся этот мир перекраивать под себя. Мне тут, между прочим, не всё нравится. У меня левые взгляды. Социалистические. А тут, понимаешь, неравноправие: господа, слуги, дворцы...

Здесь нет не только интернета, но даже телевидения! Нет соцсетей, где я могла бы размещать свои красивые фото и писать остроумные статусы. Нет форумов, где я могла бы высказывать своё особое мнение в ответ на чужие ошибочные.

Надеюсь, что умниц и красавиц тут ценят по достоинству. Хотя, кроме себя самой, я здесь ни одной таковой не встретила. Это немного пугает. Если в этом мире зверствовала инквизиция, тогда всё ясно. Я осталась единственной и неповторимой.

Но что если инквизиторы всё ещё при власти? Тогда в одиночку мне не выжить. Как написал великий поэт Маяковский: «Голос единицы тоньше писка». Надо немедленно создавать партию. Один в поле не воин. Нужны соратники. Иначе пропаду.

2

— Доброе утро, Кора! — сказала с приветливой улыбкой женщина преклонных лет, одетая в чёрное платье до пола, расшитое золотыми нитями. — Меня зовут Лаура де Арконти. Я мать дракона.

Во дурдом! Бедная женщина. Нашла чем похвастаться. Седина ей идёт. Лицо доброе. Для матери дракона

она неплохо сохранилась. Морщины есть, но они её не портят. В целом, женщину можно назвать красивой для её лет. Интересно, сколько ей?

— Доброе утро, — поприветствовала я хозяйку.

— Дорогая, вы прекрасно выглядите! Надеюсь, вам понравились ваши апартаменты?

— Понравились. А что на завтрак? Я очень проголодалась.

— Вот об этом я с вами и хотела поговорить.

— О завтраке? Я готова съесть слона. Так проголодалась.

— Я хотела поговорить с вами о дворцовом этикете, леди Кора. Думаю, что в ближайшее время вам придётся пока довольствоваться обществом гувернантки. Она же и моя фрейлина, которая научит вас правильно себя вести.

— А со мной что-то не так?

— Думаю, что хорошие манеры сделают вас ещё краше и привлекательнее, — дипломатично извернулась Лаура де Арконти.

Женщина позвонила в серебряный колокольчик, висящий у двери. В комнату вошла восхитительная миниатюрная брюнетка лет двадцати пяти с красивыми карими глазами и очень бледным лицом.

— Летиция де Маре, — представила гувернантку-фрейлину мать дракона.

— Какое у вас потрясное платье! Это парча? — сделала комплимент вошедшей я, но та даже глазом не моргнула, зато мать дракона едва заметно поджала губы.

— Пожалуй, я вас оставлю. Летиция научит вас всему самому необходимому.

— Хм. Даже не представляю, как я смогу учиться на голодный желудок, — ответила я и почувствовала, как заурчало в животе. — У меня сейчас голодный обморок случится.

— Ох! Завтрак — это часть вашего обучения, милая Кора. Его сейчас принесут на двоих. Летиция вам поможет.

Так начались мои беспросветные будни. Обучение дворцовому этикету мне сразу же не понравилось. Все эти правила никому не нужны, разве только тем, кто их придумал.

Я чувствовала внутренний протест, но приходилось слушаться, иначе не видать мне дворцового общества, как своих ушей. Кстати, жемчужные серьги мне очень идут, как и платье цвета лазури, расшитое жемчугом.

С каких это пор я стала шмоточницей? В прошлом я точно ею не была, иначе почему всё эти вещи меня так восхищают и удивляют? Если бы у меня были такие шмотки и украшения в моей прошлой жизни, то я бы не замирала всякий раз, глядя на себя в зеркало.

3

После скучнейшего завтрака в моей жизни, приправленного хорошими манерами Летиции и её нравоучениями и замечаниями, гулять по саду показалось мне самым прекрасным занятием. Свежий воздух с ароматами цветущих роз и свежескошенной травы очень благотворно действует на процесс пищеварения.

Я в пол-уха слушала Летицию и любовалась порхающими вокруг разноцветными огромными бабочками и стрекозами. Мохнатый шмель зарылся в розовый бутон и смешно перебирал лапками. Солнышко светило, птички пели. Что ещё нужно для счастья и хорошего настроения?

Общество! Вот, что для этого нужно. И вовсе не такое занудное, как общество Летиции де Маре. Разве можно быть такой скучной, как она? Как может девушка её возраста, а ей, как выяснилось, всего двадцать пять лет, всерьёз верить, что в моде мраморный матовый бледный цвет лица, а яркие румяные щёки теперь иметь неприлично?