Чтение онлайн

Ее глаза были так близко, что казались бездной, в которую хотелось прыгнуть.

Я решил было сказать еше кое-что, но растерялся. Хотел попросить ее о помощи, но не думал, что она сможет помочь. Ее пальцы вцепились в мои плечи, ноги обвились вокруг моих ног. Я испытывал невероятное желание – и боялся.

Должно быть, Лиз поняла это по моим глазам.

– Что-нибудь не так, да?

– Я тебя недостоин, – сказал я.

– Конечно нет, – согласилась она. – Я отдаюсь не за деньги. – Она вдруг замолчала и внимательно посмотрела на меня. – Да ты не умеешь

наслаждаться сексом, верно?

Я промолчал. Лиз права. Мне доводилось видеть, как смеются и играют другие пары, и я всегда удивлялся, как им это удается. Я же… словно прокаженный какой-то.

– Ладно, сдаюсь, – вздохнула Лиз. – Делай, как привык.

Неожиданно она перекатилась через меня и соскочила с кровати.

– Куда ты?

– Я сейчас.

Она вернулась с флагом – пятьдесят две звезды, тринадцать полос. Я вспомнил, что рядом находится небольшой конференц-зал.

Лиз забралась обратно в постель и начала устраиваться с преувеличенной тщательностью.

– Я предлагаю следующее, – заявила она с серьезной миной. – Я закрою лицо флагом, – она надела его на голову как платок, – а ты сделаешь это ради любви к своей стране.

– Что?

Она не отвечала. Я стянул флаг с ее лица. Лиз улыбалась мне.

– Я не знаю, что еще придумать, – сказала она и снова натянула флаг.

– Ты спятила!

– Ну и что? – Ее голос доносился из-под звезд и полос. – Разве ты не патриот? – Она сжала свои груди. – Представь себе, что это оплоты свободы!

– Лиз!

Она потрясла грудями.

– Это не смешно, – сказал я. Флаг мелко задрожал.

– Тогда почему я хохочу? – поинтересовалась она сдавленным от смеха голосом.

Я сдернул флаг. Лиз снова натянула его.

Тогда я толкнул ее в бок. Она взвизгнула и закрыла живот руками. Я потянул флаг, она вцепилась в него. Я толкнул ее еще раз и еще.

– Эй! Ты хотела патриотизма? Сейчас получишь Перл-Харбор! – Я сопровождал каждый толчок звуком взрыва. Лиз взвизгивала, но хохотать не переставала. Она . прижала коленки к груди. Я завопил: – Банзай! – и шлепнул ее по заду.

– Ты, кажется, начинаешь понимать… – начала она.

– Ага!

Я сбросил флаг. Лиз легла на бок, свернувшись калачиком, но слишком ослабела от смеха, чтобы сопротивляться. Я перекатил ее на спину.

– Оплоты свободы, говоришь? Скорее, двухпартийная система. Сначала я вступлю в эту партию…

– Джим! – удивленно воскликнула Лиз.

– А теперь перейду в другую. А это еще что такое? Раскол в телесной политике? – Я устроился между ее грудями и зафыркал. Лиз хохотала как сумасшедшая. Она подтянула ноги, чтобы сбросить меня, но я уперся грудью в ее колени и хохотал тоже. – А что это там внизу? Роковая щель?

Ее глаза встретились с моими. В этот момент я все понял. И улыбнулся, чувствуя, что излучаю радость. Мой смех отражался в ее глазах.

Я не мог отдышаться, Лиз тоже. Мы хихикали, и посреди веселья ее колени раздвинулись, и я проник в нее. Она крепко обхватила меня руками и ногами. Мы подарили себя друг другу и были счастливы.

Лиз оказалась

права – я был прекрасен.

В. Какая разница между хторранином и вулканом?

О. Вулкан повоспитаннее.

Спутник армейской разведки передал утренние фотоснимки: три главные цели и семь запасных. Я предложил ориентироваться на ближайшую к месту нашей катастрофы.

Полковник Тирелли и доктор Флетчер согласились со мной.

За полчаса до вылета мы еще раз подтвердили наш выбор и наконец тронулись в путь. Три вертушки зарокотали, как огромные злобные насекомые, и свернули на север, пересекая залив. Глядя в иллюминатор, я узнал проносившийся под нами ландшафт.

В вертолете доктор Флетчер обсуждала с Джерри Лар-соном порядок размещения датчиков и пробоотборников. Команда спала. Это была неплохая идея – ведь мы поднялись еще до рассвета. Я устроился поудобнее…

Разбудил меня зуммер: вертолет снижался.

– Прилетели, – сообщила Лиз.

Я потянулся и выглянул в окно. Мы садились на широкий луг, поросший высокой голубовато – зеленой травой. От ветра по ней пробегали волны. Я посмотрел назад. Ведомые машины, сохраняя строй, снижались следом за нами.

Три корабля приземлились на мягкую траву в середине луга. Местность просматривалась со всех сторон по меньшей мере на километр. Значит, незамеченным никто не подкрадется.

– Все в порядке, – командным тоном сообщила Ли-зард. – Всем оставаться на местах, пока разведывательная команда не убедится, что территория безопасна.

Я приник к иллюминатору. Разведчики, вооруженные огнеметами, распылителями ядохимикатов и гранатометами, веером разворачивались по лугу. Я им завидовал: уж они-то знали, что делали.

Как только разведка объявила на территории желтую степень безопасности, в дело вступила команда ученых. В ее задачи входило размещение на грунте приборов и датчиков. В траве сновало несколько маленьких роботов, включая «паука» и двух скороходов.

По приказу я должен был оставаться на борту, пока снаружи не объявят зеленую степень. Пройдя в нос машины, я сел в кресло второго пилота. Впереди скороходы начали расчищать широкий круг. Место встречи. Приветствие для кроликособак.

Приглашение.

Захотелось пива. Я открыл кока-колу.

Внезапно вокруг потемнело – вертушку накрыли маскировочным куполом. Сейчас его надуют и обольют пенобетоном. Весь процесс должен занять меньше часа.

Гипотетически вертушки могли стать раздражающим фактором для кроликособак и червей, поэтому их прятали. Если понадобится срочно удирать, маскировку можно взорвать в считанные секунды.

Кто-то включил свет. Я оглянулся. Ко мне шла пол-ковник Тирелли. Она опустилась в кресло рядом со мной.