Чтение онлайн

– Полетели?
– Удивился я.

И тут что-то невидимое мягко подхватило меня, подняло в воздух и понесло над головами толпы снежных людей. Те восторженно взвыли и принялись скакать, пытаясь ухватить меня за ноги. Я забрыкал ими и тоже взвыл, только от страха.

– Не бойся. Ты под моей защитой.
– Величественно произнесла хозяйка Леса.
– Никто здесь не причинит тебе вреда.

Девочка иронично хмыкнула. Меня подняло повыше и прыгающие снеголюди больше до ног не доставали. Я приободрился и с любопытством закрутил головой.

– Кстати, - спросил я.
–

А вот скажите, почему они умеют так здорово прыгать? У нас вроде считают, что он, снежный человек, то есть, просто ходит. Вроде не слышал я, чтобы очевидцы говорили, что он прыгать умеет, или по деревьям лазить. А тут у вас вон они как...

– Дорогой мой любознательный Алексей, - заговорила хозяйка.

– Можно Леха, - скромно сказал я.

– Дорогой мой любознательный Леха, - продолжила она.
– В то время, когда мои питомцы, которых ты называешь снежными людьми, находятся на поверхности, они ни то, что прыгать, бегать нормально не могут. Им банально не хватает кислорода. Слишком сильно он понизился в атмосфере с тех пор, когда они жили на поверхности. Именно поэтому снежный человек, он же йети, биг фут, сасквоч...

Раздалось громкое рычание, и я тревожно завертел головой.

– Ну вот, - скорбно произнесла хозяйка.
– Вы, милочка, даже моего дорогого гостя напугали. Что уж говорить о питомцах.

Я оглянулся. Снеголюди и, правда отстали, кинувшись разбирать камни и дубины.

– А они не того, ни это?
– Опасливо предположил я.
– Ну, вдруг пристукнут кого по ошибке?

– Не пристукнут, - важно сказала хозяйка.
– Не допущу. С бедными змейками оплошность вышла, да. Отвлеклась. Все ресурсы, знаете ли, на анализ задействовала.

– На шпионаж!
– Обличающе воскликнула девочка.
– На попытку взлома данных!

– Потешить любопытство, - ответила хозяйка.
– И не кричи так, пожалуйста, милочка, питомцы пугаются.

В этот момент, и я испугался. Из леса вышло здоровенное страховидло, все в шерсти и с торчащими изо рта клыками, будто у моржа. Оно уселось и по-собачьи наклонило голову, с интересом разглядывая меня.

– А можно подняться повыше?
– Забеспокоился я.
– А вдруг сожрать попытается?

– В моем царстве никто никого не ест, - торжественно сообщила хозяйка Леса.

– А чем вы его кормите?
– Я кивнул на животину.

– Ничем.

– Это как это?
– Опешил я.
– А оно у вас с голоду не сдохнет?

– Нет. Организм моих питомцев немного изменен. В их телах, в том числе и в пищеварительном тракте, находится что-то вроде бактерий, в одну из функций которых входит переработка любого вещества в необходимые данному организму элементы.

– Это как?
– Удивился я.
– И даже воду?

– В основном, воду. Грызть кору или жевать листья не каждому нравится. И пищи необходимо куда меньше.

– А мне такое можно? Водички попил, травку пожевал, и сыт!
– Я вдохновился идеей.

– Нет!
– Рявкнула девочка.
– Ей запрещено что-либо менять в биообъектах.

– К сожалению, это именно так, - печально произнесла хозяйка Леса.
– Если у тебя не было... назовем

их бактериями жизни, внести их мне нельзя. Не получится. Но если у тебя вдруг отвалится нога, или, например, рука, я с удовольствием смогу их прирастить. Или вырастить, например, новую.

– А если голову?
– Предложил я.

Хозяйка задумалась.

– Вырастить или прирастить я смогу, - наконец сказала она.
– Дело не хитрое. Но память объекта операции могу не восстановить. Все зависит от степени повреждения межклеточных связей.

– Ну да, - завистливо сказала девочка.
– Разрешение твоего операционного поля, это... Мне бы так.

– Какой толк от моих возможностей без применения.
– Резко ответила хозяйка. Я поежился. Как-то очень плохо прозвучало, будто на миг приподнялась маска доброй тетушки, а там звериный оскал. Как в сказке про Красную шапочку в кульминационный момент, хотя там, вроде, все хорошо кончилось. Или нет?

– Но что говорить зря?
– Спокойно, будто ни в чем, ни бывало, продолжила хозяйка Леса.
– Вот, например. Для пичуги, вроде этой - около меня завис, трепеща крыльями, колибри размером с голубя, - у меня проблем не возникнет, будь он вообще без головы. Психоматрица проста и незатейлива, хранится в моих банках памяти. Кстати сказать, в них хранятся психоматрицы всех моих питомцев, я сканирую и сохраняю их постоянно, и если бы не вмешательство твоей... помощницы, я бы сделала и твою. Воистину, про данный случай говорит ваша поговорка: "сила есть, ума не надо".

– Запрещено.
– Сурово произнесла девочка. Я пригорюнился. А как заманчиво, остался я, к примеру, без головы, пришел сюда и р-раз, ее вырастили и память вся на месте. Красота! Я глубоко задумался над самой малостью: придумать, как добраться сюда, будучи без головы, и уговорить Деф, что еще сложнее.

– Слышь, Деф.
– Я удивился, насколько естественно это прозвучало. В конце концов, как-то эту головную боль называть надо. Почему не Деф?
– Пусть она снимет с меня психоматрицу, вдруг пригодится?

– Запрещено.
– Упрямо произнесла девочка. Нет, не девочка, так звучит слишком безобидно. Деф.

– Да что так-то?
– Возмущенно возопил я.
– А вдруг я без башки останусь? Вон у тебя, то колодцы, то еще что! Как я помнить стану, что было?

– Запрещено.
– Повторила Деф повышенным тоном.
– Будешь упрямиться, экскурсия закончится. Прямо сейчас.

Я пригорюнился, уж не помню, в какой раз за сегодня. Что за день такой выдался, честное слово, одни разочарования. Ну и фиг с ней. Вот теперь, капитально, Деф.

– Ладно, Деф, проехали. Давай экскурсию с водопадами, ужас как хочется их увидеть.

– Это не ко мне. Это к объекту шестьсот двадцать два.

– Зачем так много злости?
– Печально заметила хозяйка Леса. Я поддакнул.

– Что вредничаешь? Водопады хочу.

– Будут тебе водопады.
– Проворчала Деф с непонятной интонацией, мне показалось, злопамятной. Опять, небось, про свой музей вспомнила.
– Не утони, смотри.

– Буду тонуть, ты же меня спасешь?
– Я доверчиво улыбнулся.