Чтение онлайн

– Ну, господин Иаков де Моле не умрет, это я могу тебе сказать совершенно точно -- у него еще есть незавершенные дела, великие или ужасные. Или и то, и другое сразу. Что же до твоих слов, то они звучат не совсем искренне из уст человека, который из всех форм взаимодействия с другими людьми предпочитает насилие. Думаю, что слова "Все из-за Ореста" правдивы, но фразу надо было продолжить по-другому...

За моей спиной под чьими-то ногами хрустнула ветка. Я обернулся. Это был Наугрим.

– Ты уходишь? Куда?
– спросил он без обиды.

Я украдкой быстро оглянулся. Там, где только что стоял Ход, его больше не было -- во всяком случае, его не было видно.

–

Я ухожу, потому что есть одно дело, которое я должен сделать. Я хотел уйти без предупреждения, чтобы не создавать для тебя проблем -- и потому, что тебе может не понравиться мое решение. Но я рад, что мы все-таки поговорим в последний раз.

– Может не понравиться решение? Я разбойник, я безжалостный убийца, как мне может не понравиться что-то дурное?.. Скажи, что это за дело, и почему я не могу пойти с тобой, - Наугрим медленно шел ко мне.

Я вздохнул.

– Ты уже сполна отдал мне свой долг. Тебе больше незачем идти за мной. Более того, мне самому больше никуда идти. Я не собираюсь возвращаться на службу в Орден -- не после всего того, что случилось. У меня осталась одна задача, и я направляюсь туда, откуда могу не вернуться -- скорее всего, не вернусь. Тебе незачем идти туда. Ты ничем не поможешь мне, а своей жизнью рискнешь ни ради чего. Чего бы ты сам ни хотел, я не возьму тебя с собой.

Наугрим заглянул мне в глаза, и я с удивлением заметил, что в уголках его собственных глаз стоят слезы -- в глазах Наугрима, который никогда не выказывал своих эмоций, который был как будто сделан из железа и камня, который преодолевал любые испытания, возникавшие на его пути, и никогда не жаловался.

– Но и мне тоже некуда идти. Что мне делать? Опять убивать за деньги, рисковать своей жизнью ради безразличных мне целей? Весь этот мир мне чужд, и все люди тоже. Ты единственный, кто сделал мне добро, ничего не требуя взамен. Я был как изгнанный из стаи зверь, дикий и ненавидимый всеми, но мы вместе пролили свою кровь, и ты стал моим братом. Что бы ты ни делал, я хочу тебе помогать. Ты говоришь, что твое дело дурное? Тогда откажись от него. Никто не может тебя обязывать. Вернись в Шеол или отправляйся в любой другой город, весь мир открыт для тебя.

Никто не мог бы понять Наугрима так, как я. Снаружи я был спокоен, но внутри меня разрывало. Я подумал, что если сейчас покину его, то поступлю с ним почти так же, как Орест со мной -- мне одному Наугрим открыл свою душу, а я использовал его, когда мне было нужно, и бросаю его. Но я не могу ничего поделать. Уничтожить Ореста -- это мой долг. Ради этого я был рожден.

Наступая на горло всему хорошему, что есть во мне, я сказал:

– Уходи, Наугрим. Ты только мешаешь мне.

– Так и надо принимать решения -- для себя, не принимая во внимание никого другого. Как иначе реализуешь себя в этом полном людей мире?
– произнес Ход у меня за спиной и положил руку мне на плечо.

Наугрим угрожающе поднял свой топор и спросил зло:

– Кто ты такой?

– Тебя это не касается, гном, - отрезал Ход и обратился ко мне.
– Ты действительно готов?

Гном? Что это значит?
– рассеянно подумал я.

– Готов к чему?
– рявкнул Наугрим, делая шаг в нашу сторону.

– К тому, чтобы стать вампиром, конечно.

– Да...
– тихо сказал я.

– Тогда закрой глаза.

Глава тринадцатая

Часть первая

На улице было очень светло, как и всегда в

обители Тайных владык. Проникавший через стеклянное окно свет заливал всю комнату.

Комната, в которую меня привел Ход, была похожа на ту, в которой я проснулся во время своего первого посещения замка -- только больше, и еще здесь был круглый стол, за который мы сели напротив друг друга. Перед Ходом на столе лежали длинный кинжал без украшений и небольшой золотой кубок.

– Так это правда, что я... что моя личность не изменится?

Ход усмехнулся.

– Конечно же, изменится. Но ты не превратишься ни в моего безвольного раба, ни в лишенного разума кровососа, если вопрос об этом. Позволь объяснить тебе несколько вещей. Существо, которое может жить вечно, отличается от человека по своей сути. Ведь человек -- это мыслящий тростник. Мыслящий, но тростник. Тростник, но мыслящий. Трагедия и величие человека состоит в том, что его дерзновенные помыслы, его гордый дух помещены в бренную оболочку, хрупкую, как тростниковый побег. Этот-то парадокс и заставляет людей жить так странно... Глоток моей крови освободит тебя от смерти, кроме насильственной, и ты перестанешь быть человеком. Что же до того, почему вампиры пьют человеческую кровь -- причины этого не так просты, как кажется непросвещенным. Дело в том, что в своем бессмертии каждый вампир очень одинок; мы не такие, как люди вокруг нас. Кровь -- это жизнь. Испивая человеческую кровь, ты приобщаешься к самому существу этого человека. Вы двое соединяетесь так, как два человека никогда не смогут. Кровь связывает вас. С этой связью может сравниться только связь, возникающая между беременной женщиной и плодом, который она носит у своего сердца - впрочем, эти две связи одного и того же рода. В такой близости с человеком кроется наслаждение, которое не описать словами. Слабые вампиры становятся рабами этого наслаждения и потому пьют кровь, хотя могли бы жить и без нее. Слабым ты не станешь -- не таков я, твой создатель, не таков и ты сам. Сильные же вампиры пьют кровь потому, что знают Истину.

Завороженный его словами, я подался вперед и спросил:

– Что есть Истина?

– Истина -- это знание, которое более всех других нужно наделенному сознанием существу. Это знание непреложно, ибо стоит за гранью правды и лжи. Оно более естественно, чем законы природы, ибо они вовне, а Истина -- внутри нас. Я поведаю тебе Истину тогда, когда ты выпьешь мою кровь, и она станет твоей Истиной так же, как моей.

Я кивнул. Ход взял со стола кинжал и медленно провел им по вене на своей левой руке, возле локтя. Из разреза обильно потекла кровь; под струю своей крови Ход подставил золотой кубок. Когда крови, по его мнению, набралось достаточно, Ход небрежно провел ладонью правой руки по разрезу. Когда он убрал ладонь, я увидел, что рана полностью исчезла -- на ее месте только ровная кожа безо всяких следов. Меня уже ничто не удивляло.

Ход протянул кубок мне.

– Отведай моей крови. Отринь человеческое, прими несмертное. Стань вампиром, охотником в ночи!

Приняв кубок, я сразу же сделал глубокий глоток, чтобы не мучиться сомнениями. Мне доводилось и прежде ощущать вкус крови, и сейчас он был точно такой же -- соленый и чуть горький. Я осушил кубок до дна.

Замерев, я ожидал в себе изменений, но ничего не происходило. Солнце за окном светило как прежде, на него не набежала тень, и свет его не опалял мою кожу.

Ход поднялся из-за стола и вплотную приблизился ко мне. Наклонившись, он торжествующе прошептал мне на ухо:

– Узнай же то, о чем ты всегда догадывался. Нецах наверняка говорила или показывала тебе что-то, что навело бы тебя на такую мысль. Но она и до этого была в тебе. Ведай же Истину! Ты живешь в мире, который существует только ради тебя. Каждый уголок мира и каждый зверь в нем, включая зверей, ходящих на двух ногах и наделенных даром речи, существует ради тебя и через тебя. А потому поступай так, как желаешь.