Что мне приснится
Шрифт:
– Что... что мне нужно сделать, чтобы переместиться отсюда?
– торопливо спросил я, вперемежку с неловкостью внезапно ощутив странное желание остаться.
– Просто закрой глаза.
Я крепко зажмурился, стараясь не выказывать своего волнения, и приготовился испытать что-то вроде того, что со мной произошло тогда, когда я переместился в этот замок из дома Ореста в Шеоле.
Ничего не произошло.
Представляя себе Нецах, которая стоит рядом со мной и смотрит на меня в упор, я испытывал волнение, но продолжал стоять с каменным лицом. Через какое-то время я подумал, что она разыграла
Я почувствовал, как моего лица коснулось что-то холодное - что-то маленькое, как острие иглы - и тут же исчезло, оставив на моей коже влажный след. Это была снежинка, упавшая на меня с неба.
Я открыл глаза.
Падая, снежинки колебались в воздухе, словно танцевали причудливый танец. Деревья еще не успели до конца сбросить свою листву; они наверняка не ожидали, что в самый разгар осени выпадет снег. Было весьма прохладно, чего я вообще-то не люблю, но, засмотревшись на открывшийся мне вид, я не обращал на это внимания. Случайный прохожий бросил взгляд на меня, вставшего столбом посреди дороги, но равнодушно поспешил мимо -- в Шеоле чего только не увидишь. В конце концов, сюда стекаются люди со всех четырех сторон света.
Надо и мне куда-то идти, если я не хочу здесь замерзнуть. Только куда? Сейчас мне не было большой разницы. Почему бы и не в свой дом. Правда, в последнее время я предпочитал там не останавливаться, но сейчас уже не мог припомнить, почему.
Я шел, не задумываясь, и ноги сами находили дорогу, прислушиваясь к булыжникам мостовой и к ритму городских улиц. Шеол, кажется, очень похож на то место, которое я видел в чаше Нецах. Впрочем, я уже успел почти забыть это видение.
В моей голове воцарилась звенящая пустота, но это было даже приятно. Странно было даже представить, что еще совсем недавно я так суетился, строил планы и горячо переживал их осуществление. Кого бы я не встретил на пороге собственного дома - Орден, Владыки, кто угодно -- я не удивился бы и не испытал бы никаких эмоций. Должно быть, все дело в усталости -- я действительно испытал слишком много за последнее время. И слишком много потерял.
Ноги привели меня в мой любимый парк. Я несколько отклонился от дороги к дому, но это было к лучшему.
Достигая земли, снежинки почти моментально таяли, бесследно исчезая навсегда. На листьях же деревьев они оставались, окрашивая их белый цвет, что выглядело очень красиво. С другой стороны, в этом была печальная сторона -- жизненный цикл природы подходил к своему концу, и снежная седина служила предвестием его завершения, необходимого, чтобы весной все началось заново.
Спрятав руки в рукава своего плаща, я бродил по узким дорожкам между деревьев, и это, как всегда, меня успокаивало. Прохладный воздух был особенно чист, и его приятно было ощущать на губах -- как глоток ключевой воды.
Как же я одинок. Я ощущал это особенно остро теперь, когда рядом со мной не было Ореста, который заполнил собой эту пустоту. Похоже, вся моя привычная жизнь будет отныне восприниматься по-другому. Мне говорили, что Владыки все устроят так, что у меня не возникнет никаких проблем, но ведь сама служба в Ордене опорочена в моих глазах раз и навсегда.
Воистину, моим счастьем было находиться довольно невысоко в нашей иерархии, и благодаря этому быть подальше от неприглядной истины. Как мне стало известно, быть слугой Ордена практически значило быть слугой Владык, а сейчас, в какой-то мере, и слугой Ореста -- я не мог представить ничего более отвратительного.
Пора все-таки идти домой, а то я совсем превращусь в ледышку. Надо будет сразу
велеть экономке приготовить горячую воду для мытья.Все, что случилось, и все, что случится -- ничто не заставит меня сдаться. Первая, или, как утверждает Нецах, вторая -- жизнь дана мне не зря, и я докажу это.
Часть вторая
Прием, который для меня устроили в резиденции Ордена, стал очередным наглядным подтверждением власти Тайных владык. Такого уважения мне прежде не выказывали никогда. Я не только был восстановлен в действующем штате, но и вдруг сделался в глазах высших чинов образцовым рыцарем. Проблем не возникло ни с чем: мое подозрительное отсутствие в течение последнего времени как будто никто и не заметил, а что до утраченного меча с печатью, так мне готовы были незамедлительно выдать новый, что само по себе являлось исключением из правил. Я, однако, не согласился - во-первых, выданный меч не стал бы настоящей заменой тому, что я получил при вступлении в Орден, а во-вторых, меня всем устраивал мой нынешний клинок.
Большой интерес у меня вызывало то, какой оборот приняло расследование убийств Арье и Родерика - как-никак, я имел непосредственное отношение к обоим событиям. Когда я набрался решимости спросить об этом, оказалось, что расследование было под каким-то предлогом прекращено. Конечно же, я не сомневался, что истинные причины были другими - может, таким образом Владыки позаботились обо мне, а может, у них имелись другие соображения. Так или иначе, все словно бы вернулось на круги своя по сравнению с тем полным опасности образом жизни, который я вел, пока был соратником Ореста. Нового задания я пока не получил -- сейчас это было связано не с недостатком доверия, а с якобы воцарившимся в стране спокойствием -- и был предоставлен самому себе.
Вообще, все было так, как во время прежних моих простоев в столице, вот только я не был прежним, да и Орден, в моих глазах, тоже. В очередной раз прогуливаясь по знакомым улицам или сидя возле горящего камина с книгой в руках, я то и дело задумывался о том, почему бы мне не изменить свою жизнь. Никакого долга перед Орденом я не чувствовал, да и его законы, как можно было полагать, после знакомства с Тайными владыками меня не сковывали. Единственный ответ, который приходил мне в голову -- я не могу ничего поменять, потому что не знаю другой жизни. Мне казалось, что я изменю что-то, тогда, когда я следовал за Орестом. Сейчас, как и прежде, я мог только ждать, пока мной распорядится Орден, отправив на очередное задание. Несмотря на свое презрение к Ордену, я ждал этого задания с нетерпением, потому что его выполнение, как и всегда, должно было хотя бы на время наполнить мою жизнь смыслом.
Иногда я думал об Оресте, и о тех его пугающих планах, которые мне высказал Ход, и о том видении, что Нецах показала мне в чаше. Тогда мое сердце наполнялось тоской, и я смутно жаждал каким-либо образом стать сильнее, чтобы распоряжаться самому, а не быть исполнителем чужих помыслов. Эти мысли ни к чему не приводили и не могли привести, но я чувствовал, что моя истинная судьба еще ждет меня в будущем, и связана она с Орестом и Тайными владыками. Однажды прикоснувшись к их скрытому от глаз простых людей миру, я стал связан с ними навсегда.
Можно сказать, что пережитые мной события с новой силой разожгли внутри меня жажду жить полной, а значит -- небесцельной жизнью. Возможностей, а вернее -- воли для этого у меня все еще не хватало, но теперь я твердо верил, что в будущем все еще изменится, что я все изменю. В этом было что-то наивное, как в детстве, когда ты считаешь, что настоящая жизнь еще не началась, но вот-вот начнется. Заново обретенное, это чувство само по себе ничего не давало, но я надеялся, что это лишь первый шаг. Если для того, чтобы стать счастливым, нужно было стать наивным, то я готов был заплатить такую цену.