Чёрные деньги
Шрифт:
– Надо с этим что-то делать, - произнес Гарри, обращаясь к самому себе.
Он стянул с себя шляпу с таким видом, будто она мешала ему думать и принимать решения, и поставил ее на колено, как нищенскую чашу. Торговая марка на внутренней шелковой подкладке свидетельствовала о том, что шляпа была приобретена в магазине "Хабердашери" в Лас-Вегасе. Золотое тиснение на кожаной полоске говорило о том, что ее первоначальным хозяином был Л.Спилмен. "Гарри украл эту шляпу, - подумал я.
– Или же у него фальшивые водительские права".
Он обернулся
– Судя по всему, вы не намерены здесь надолго остаться. От вас нет никакого толка.
Я ответил, что увижу его позднее в отеле. По его лицу было видно, что он не был обрадован такой перспективой.
3
Дорога "Лаурель-драйв" петляла в зарослях кустарника, похожих на английский парк. Внушительная зеленая ограда из можжевельника скрывала его от взглядов со стороны дороги. В дальнем конце парка сидела женщина, издали напоминавшая сестру Джинни. Вместе с ней за столом, прикрытым зонтом, сидел мужчина, поглощавший свой обед.
У него была выдающаяся вперед нижняя челюсть. Его лицо сразу же стало несколько напряженным, когда я появился в проезде. Он вскочил, вытирая рот салфеткой. Он был высок и держался прямо, с приятным, но несколько вызывающим видом.
– Ну, я вас покидаю, - услышал я его поспешные слова.
– Не спешите. Я никого не жду.
– Я тоже не ждал, - произнес он резко.
Он бросил салфетку на тарелку с недоеденным майонезом. Не возобновляя разговор и не глядя на меня, он направился к "мерседесу", припаркованному под дубом, сел в машину и укатил по другой стороне полукруглой дорожки. Он был похож на человека, которому нужен был лишь предлог, чтобы быстро удалиться.
Миссис Фэблон стояла около стола в явном замешательстве.
– Кто вы такой, ради Бога?
– Меня зовут Арчер. Я частный детектив.
– А доктор Сильвестр знает вас?
– Если он и знает меня, то я его не знаю. А в чем дело?
– Он уехал в такой спешке, когда увидел вас.
– Весьма сожалею.
– В этом нет необходимости. Обед не совсем удался. Не утверждайте, что Сильвестра выслеживает кто-то.
– Вероятно, нет. По крайней мере, я здесь ни при чем. А есть причина для этого?
– Во всяком случае, не до дверей моего дома. Джордж Сильвестр наш семейный доктор уже в течение десяти лет, и отношения между нами в таком же засушенном состоянии, как и его палочки для осмотра горла.
– Она улыбнулась своему собственному остроумию.
– Вы выслеживаете людей, мистер Арчер?
Я посмотрел ей в глаза - не шутит ли она. Если это и было, она этого не показала. У нее было удивительное лицо с некоторым налетом непроницаемости. Меня заинтересовали ее глаза, потому что я не видел глаз ее дочери.
Это были глаза самой невинности, не молодые, а именно невинности, будто она воспринимала только заранее известные факты. Такие глаза очень подходили к хорошо подкрашенным волосам блондинки, вьющимся свободно на ее хорошенькой
головке, и безупречной фигурке под слишком молодящем ее платьем. Она позволяла мне с простодушным видом рассматривать себя. Но за ее невозмутимостью все же чувствовалась какая-то напряженность.– Я кому-то для чего-то понадобилась?
– спросила она, слегка улыбаясь.
Я не отвечал. Я пытался нащупать тактичный ход, чтобы затронуть вопрос о Джинни и Мартеле.
– Я вам задала вопрос, - сказала она, - а вы не отвечаете. Что, таким образом работают детективы?
– У меня свой метод работы.
– Свои таинственные пути совершать чудеса? Я начала это подозревать. Теперь скажите мне, какого рода чудеса вы хотите совершить здесь.
– Это имеет отношение к вашей дочери Джинни.
– Понятно.
– Но ее глаза не изменили выражения.
– Присаживайтесь, если желаете.
– Она указала на железный стул напротив себя.
– Вирджиния попала в какую-нибудь неприятность? С ней никогда такого не случалось.
– Как раз на этот вопрос я ищу ответ.
– Кто навел вас на наш дом?
– произнесла она довольно резко.
– Это не Джордж Сильвестр?
– А почему вы так думаете?
– Меня поразила поспешность, с которой он скрылся только что.
– Она внимательно смотрела на меня.
– Но это был не Джордж, не так ли? Он увлечен Вирджинией - все мужчины ею увлечены, - но он не показывает этого.
– Она замолчала.
– Не показывает этого?
Она поиграла своими тонкими бровями.
– Вы заставляете меня говорить о вещах, о которых я не хотела бы говорить.
– Она перевела дыхание.
– Я знаю, должно быть, замешан Питер. Это он?
– Я не могу это утверждать.
– Если Питер, значит, он пребывает в еще более беспомощном состоянии, чем я думаю. Это был Питер, так ведь? Он грозился иногда, что наймет детектива. Питер сошел с ума от ревности, но я не думала, что он так далеко зайдет.
– Это еще не очень далеко. Он попросил меня выяснить прошлое того человека, за которого собирается выйти замуж ваша дочь. Я полагаю, вы хорошо знаете Фрэнсиса Мартеля?
– Естественно, я встречалась с ним. Он яркая личность.
– Нет сомнения. Но за последний час произошло кое-что, что делает необходимой попытку узнать побольше о нем. Я сам видел на дороге внизу вашего дома. Человек хотел его сфотографировать. Мартель напугал его до смерти своим пистолетом, грозился убить его.
Она кивнула головой:
– Я не осуждаю его за это.
– У него в привычке грозить убийством людям?
– Это не было бы убийство. Это был акт самозащиты.
– Она говорила так, будто повторяла чьи-то слова.
– У него свои причины для того, что вы видели, я в этом уверена. Он не хочет, чтобы в городе узнали, кто он.
– А вы знаете, кто он?
– Я обязалась хранить его секрет.
– Она коснулась губ пальцами с ногтями, окрашенными в тот же красный цвет, что и губы.