Чтение онлайн

— Про то тебе гораздо больше Трофим с Рогволдом бы рассказали. Я то что… Слыхал лишь краем уха. Магия смерти, верно? Одно лишь сказать могу. Средь хлынувшей к нам сотню лет назад нечисти подобного ужаса не встречалось. Или что меняться начало в последнее время, или же волшба эта сугубо нашенская. Но до того редкая и жуткая, что о ней никто и не знает особо. Нешто в Стужу некромант пожаловал, а?

— У меня нет другого объяснения, — признался я, невольно поёживаясь. И далеко не от холода. — Пришел с Севера, каким-то образом проник в форт, его не остановили ни охранные руны, ни Часовые, ни местный чародей. Наслал на жителей смертельные чары, умертвив всех без исключения.

Корнедуб продолжал недоумевать, просто отказываясь верить услышанному. Ветеран Стражи привык сражаться с другими противниками, более понятными…

— Да как так же… Это ж какую силу надо иметь, чтоб подобное сотворить с цельным поселением! Двести душ прибрать!..

— А меня нынче другое более волнует.

— И что же?

— Где эта тварь и те, кого он поднял. И не вернутся ли они в самом скором времени уже по наши души?

— Твою же мать! — не удержался сержант. — Живо в Стужу! Живо!

Ночь грохнулась на обезлюдевший форт, как полная первобытной черноты наковальня, разом прибив последние остатки захиревшего вечернего солнца. Мы все сидели в приемном зале первого этажа штаб-квартиры исчезнувшего гарнизона. Двери закрыты на все засовы, ставни наглухо заколочены. Свечи и масляные лампы зажжены, большущая кирпичная печь хорошо натоплена. Приятное тепло медленно начало наполнять порядком остывшее помещение, разливаясь по телу.

Каждый из находившихся здесь Часовых был полностью закован в доспехи с обнажённым оружием под рукой. Воины вылезали из своих титанических скорлуп лишь для того, чтобы перекусить захваченными сухпайками, да сбегать по нужде. И снова влезть в броню. Корнедуб и слышать не хотел, чтобы эту ночь кто из нас провел без доспехов. Ну, за исключением меня, разумеется. Поэтому я, относительно других, катался, как сыр в масле. Пододвинув один из простых, но прочных деревяных стульев с высокой спинкой поближе к печке, я засел там, скинув с головы капюшон и наслаждаясь идущим от белённого кирпича жаром.

Погрузившись в свои мысли, провел по отрастающим волосам рукой, пропустил через пальцы седую прядь надо лбом и поймал по-отечески снисходительный взгляд устроившегося прямо на полу, вытянув железные ноги, сержанта. Благо силовая броня Часовых позволяла принимать ещё и не такие позы.

— Как вернемся в Цитадель, первым делом отправлю тебя к цирюльнику. А то ишь, зарастать как начал. На тебе и патлы растут вдвое быстрее супротив обычного, Бестужев. И откуда ты взялся такой, а?

Я поправил прислоненный ко всё ещё холодной каменной стене чёрный рунный клинок и неопределённо пожал плечами.

— Кстати, как там мои знакомцы, что прибыли со мной из Академии? Держатся достойно?

— Гутаришь, как будто не меньше моего прослужил, щегол! — изумился сержант и обратился к бойцам. — Нет, мужики, ну вы слышали этого салагу?

Ему ответили негромким смехом. Служивые уже начали привыкать к нашим с сержантом полушутливым препирательствам и стали внимательно прислушиваться к каждой новой словесной схватке. Новость о том, что Стужу извёл, возможно, некромант невероятной силы, они приняли стоически. Лишь крепче стиснули зубы и рукояти мечей. Я ж говорю, суровые люди, непробиваемые.

— Достойно, — проворчал Корнедуб. — Особливо комендант Цитадели не нарадуется — свободные руки появились у него на подхвате!

Усмехнувшись, я подумал, что при другом стечении обстоятельств и меня на неопределённое время ждала бы такая участь, заниматься черной рутиной работой. А вот гляньте-ка, почти сразу

Снаружи, под раскинувшимся ночным небом, освободившемся от облаков, таком необычно ярким и звёздным, какое бывает только в этих краях, остались четверо воинов. Они заняли наблюдательные позиции на крытых площадках угловых башен. Должны были стоять, глаз не смыкая, смотреть за стены и при малейших признаках опасности бить тревогу. На каждой башне для этой цели были приспособлены тревожные колокола и простые, но надёжные гелиографические системы, с помощью которых можно было послать световой сигнал от мощного масляного фонаря зависшему над Стужей высоко в небе дирижаблю.

Никто не знал, что нам принесёт наступившая ночь. Проведём ли мы ее в тепле, коротая томительные часы до самого утра, или же столкнемся-таки с… С чем? Этого тоже никто точно не знал. Даже если мои умозрительные заключения и окажутся верными, если и впрямь всё, что произошло в загадочным образом опустевшем форте случилось по вине неведомого некроманта, дальнейшее развитие событий предсказать было очень сложно. Произойти могло действительно всё что угодно…

— Ты-то сам к чему склоняешься? — словно прочтя мои мысли по морщинам на нахмуренном лбу, негромко спросил меня сержант. — Сбёг-таки этот чертов колдун, аль где в соседнем лесу ошивается, да посматривает на нас?

Я повёл плечами. Странное ощущение стало накатывать в последние минуты. Или спина от близости печки постепенно прогрелась, или же мой хитрый грифончик начинает о себе напоминать…

— Я дам знать, как только почую что нехорошее. Заранее предупрежу.

— Ишь ты! Ну прям чародей вылитый, — фыркнул Корнедуб. — Эх, Бестужев, не знал бы я твоей подноготной, и впрямь бы подумал, что ты ну прямо весь из себя такой потомственный аристократ, владеющий всеми Родовыми способностями, рядом с которым и срать безопаснее!

Пропуская сержантский фирменный трёп мимо ушей, я зацепился за нужные мне слова, так же негромко спросив:

— Сержант Корнедуб, разрешите обратиться?

С подозрением покосившись на меня, ветеран особым поворотом кистей отстегнул от брони латные перчатки и наконец с наслаждением почесал в затылке.

— Обращаются в регулярной армии к зажиревшим офицеришкам, Бестужев. У нас тут попроще будет… Спрашивай.

— Капитан Кречет дворянин?

Корнедуб с уже удвоенным подозрением снова зыркнул из-под насупленных бровей.

— Разговорчики, рядовой. Что еще за повышенный интерес к родословной нашего командующего?

— Рыбак рыбака… Я вот всё думаю, как он тогда рассмотрел, что творится за стеной магического огня в Ведьмином проколе? Ну, вы понимаете, о чем я… Когда отдал приказ стрелять в Гашека. И ведь так четко всё видел. Даже я с трудом мог что-либо разглядеть по ту сторону. Капитан кое-что умеет, да?

Корнедуб, сделав зверскую рожу, посмотрел по сторонам, словно желая, убедиться, что никто из расположившихся по разным местам погруженного в полудрему зала Часовых нас ненароком не подслушивает.

— Вот что с тобой, делать? И ведь не отстанешь же! Да и жалко тебя. Так что кое-что и скажу.

— Жалко? — удивился я. — С чего бы это вам меня жалеть?

Сержант едко усмехнулся и сказал:

— Так ежели ты от меня ничего не добьешься, ещё, чего доброго, полезешь к самому Кречету со своими дурацкими расспросами. А он, под плохое настроение, и осерчать может, да и открутит тебе твою башку! Понял, дурень?

Я сконфуженно умолк. Понял, чего не понять. К нашему командующему и впрямь лучше под горячую руку не попадаться. Не человек, а зверюга.